Фронтир - Михаил Дорохов

по залу и знакомился с другими гостями, ко мне неожиданно подошёл темноволосый, кареглазый рыцарь. В отличие от остальных гостей, на нём был костюм, скроенный на манер далёких западных королевств.

— Господин барон! Желаю отрекомендоваться! Кнут Беллинген, рыцарь подвязки её Величества королевы Иоланды. Имею сказать, что мне весьма понравился ваш ответ тому дерзкому кавалеру.

Я пожал ему руку и удивился, покопавшись в памяти Владислава:

— Благодарю! Позвольте узнать: как же рыцаря из далёкой Фрезии занесло сюда — на восточный край земли?

— О, я решил совершить паломничество по святым местам, но любопытство моё оказалось сильнее, и вот уже год я путешествую по разным городам и странам, — ответил Кнут.

— И что привело вас в Эстер?

— Собор и охота! — пожал плечами воин.

— Какие… разные интересы, — засмеялся я.

— Всё так, всё так… А затем я планирую двинуться в Литторию и уже обратно на запад. Хочу проехать вокруг Срединного моря и возвратиться домой. Будет — что написать, когда вернусь!

— Вы пишете историю своего путешествия? — заинтересовался я.

— Пока заметки, но накопилось уже много чего любопытного. Как буду дома, хочу запереться в моей родной провинции на год в монастыре и дать обет: пока не напишу свой трактат — не покину его стен.

— Похвально, — на полном серьёзе одобрил я начинание странствующего рыцаря, — А можно ли ознакомиться с вашими заметками?

— Мне приятен ваш интерес, но я планирую пробыть в Эстермарке ещё неделю, и заниматься охотой. Будет ли возможна наша встреча в таких условиях?

Мне в голову вдруг пришла идея, и я пытливо спросил у рыцаря:

— А вы любите охоту в лесах или горах?

— Любопытное занятие, — кивнул Беллинген.

— Тогда я приглашаю вас к себе в Вальденбург. Таких лесов нет во всём Эстермарке, — заверил я собеседника, — Мы с вами знатно поохотимся, а я получу возможность прочитать ваши заметки.

— Но они на фрезийском…

— Я немного говорю на нём. Был в одной кампании против ваших славных воинов.

— Значит, мы могли воевать друг против друга! — обрадовался рыцарь, причём так искренне, что я чуть не засмеялся опять.

— Может быть. Я был в походе пять лет назад. В армии маршала Боггарта. Третий полк.

— А я стоял против вашей армии чуть правее вас в битве при Бреси! — изумился Беллинген.

Нет, определённо славный малый!

— Ну тогда я настаиваю, чтобы вы погостили у меня! Нам будет — что обсудить! Сразу скажу, поместье у меня простое, но охота знатная. Ни одного обеда без хорошей добычи не обходится.

— Принимаю ваше приглашение! — решительно рубанул Кнут, — Когда вы будете у себя дома?

— Завтра уже отправляюсь. Предлагаю ехать со мной и моими людьми.

— Тогда я захвачу двух егерей и своих собак.

— Егерей? — удивился я.

— Да, дорогие сволочи, но стоят своих денег.

— Тогда решено!

Мы ударили по рукам и начали договариваться: где встретимся для совместной поездки. Ведь мне с утра надо было завершить ещё пару дел. Например, увидеться с Милошем Фогелем и договориться о кое-каких совместных «проектах», забрать сюрко для моего выезда, договориться с мастерами и… написать письмо в герцогскую канцелярию!

Глава 9

Где нашему рыцарю попадаются три бестии за один день

«…Люди поговаривают, что тот зверь или нелюдь питается человеческой плотью. Если даже смелый охотник, для которого лес — дом родной, увидел Рогатого воочию и выжил, то бросает своё дело и из дома ночью более не выходит…»

Бестиарий святого брата Ательстана

1285 год от Начала

Я неспешно ехал за Хенриком вдоль реки Эст-Дол. Водная гладь ярко блестела в лучах солнца. Хмарь жаркого дня дрожала над головой, заставляя обливаться потом. Позади двигался Кнут Беллинген и двое его нанятых егерей. Один раз на другом берегу мелькнул какой-то вооружённый отряд, скачущий по тропке. Рассмотреть его хорошо я не смог и лишь отметил блестящий доспех одного из кавалькады.

Настроение у меня было хорошее. Вчера, когда я уже собирался покидать Эстер, ко мне на постоялый двор прибежал посыльный мальчишка и сообщил, что меня ждут в ратуше. Там мне вручили вексель на двести один золотой талер чеканки земли Валеэст, который я тут же и обналичил. Город расплатился по долгам на гарнизонное жалованье Вальденбурга. А это значит, что при тратах в семьдесят монет на постой, махинацию с Фогелем и одежду на моих людей да мелкие траты, я получил плюс сто тридцать обратно!

Свят подъехал ко мне ближе:

— Скоро по ту сторону реки начнутся земли, которые, судя по старой карте, должны принадлежать вам, милорд.

— Мы в ту сторону и едем, — усмехнулся я.

Капитан удивлённо посмотрел на меня:

— Неужто вы решили действовать так сразу, господин барон?

— Не совсем, Свят, не совсем, — ответил я, — Теперь, когда у меня на руках есть копия «Межевой грамоты Вальденбурга», нам сто́ит подтолкнуть наших соседей к тому, чтобы они на нас пожаловались.

— Вы хотите, чтобы они сами пошли в суд, не зная, что у вас есть копия? — догадался Свят.

— Да, и не хочу быть в этом споре зачинщиком. Мне это и не надо. Спровоцируем их обратиться к графу фон Кольму и в магистрат Эстера. И уже там предъявим копии. Если мне не дают документ, то они тянут время. Нужно понять: зачем? Поэтому скорее всего они что-то предпримут, пока будет идти разбирательство и суд.

Свят удивился:

— Вы думаете, они осмелятся подделать грамоту?

— А почему бы и нет? Вот тогда я и покажу копию, где будет указано, что юристы города Эстер заверили её не далее как позавчера. А пока будет суд да дело — поспеет копия из герцогской канцелярии.

— Хитро… Не знал, что вы так поднаторели в этих бумажных делах, — с уважением произнёс Свят.

Ох, знал бы ты, друг мой, сколько я всего этого половником вычерпал в прошлой жизни…

Собаки кавалера Беллингена что-то почувствовали. Они вдруг сделали стойку, а потом с заливистым лаем ринулись в лес, что шёл по левую руку от нашего отряда.

— Почуяли кого-то! — крикнул кавалер и пришпорил лошадь.

Я двинулся за ним. Было любопытно — что же там такое. Спешившись у леса, мы ринулись вглубь, к егерям