Путь Стратега 3 - Саша Токсик

То был классический гладиус или, говоря проще, короткий меч, которым в своё время вовсю орудовали римские легионеры. Предназначен он был преимущественно для колющих ударов, и для работы в строю он подходил отлично.

По сути, только благодаря этим железкам мы и не смогли в два счета смять ряды бандитов.

Леха, разбиравший рядом трофейную кучу, взял второй клинок, взвесил на ладони, пару раз ткнул воздух перед собой и коротко кивнул. От нашего молчуна это была очень даже развёрнутая рецензия.

И было чему кивать. Двадцать клинков и столько же доспехов — и мой отряд обороны из ополчения с копьями и щитами разом превращался во что-то куда более серьёзное. Волков, сам того не желая, вооружил мне дружину. Спасибо, Дементий. Получал бы от тебя такие подарки каждый день.

Придя к Меченому, я желал обсудить и вопрос разделения трофеев. Вот только сын кузнеца уже знал, как поступить со всем добытым нами добром.

— Пусть всё, что упало с бандитов, достанется тебе и твоим людям, — тихо произнес Константин.

— Господин Стратег! — возмутился Лорх, но был вновь прерван поднятой ладонью.

— Ты уверен, Константин? — внимательно посмотрел я на Стратега. — Я не против и поделить.

— Сейчас я уверен, как никогда, — хмыкнул он. — Это твои трофеи. И не приди ты нам на помощь, то кто знает, какая бы участь ждала Упахалово. Поэтому ты можешь считать это моей наградой за спасение собственной жизни. А также компенсацией, потому что в ближайшее время мне будет слегка не до работы в кузнице.

— Понимаю, — кивнул я. — Я также надеялся забрать у тебя Леонида. Мы как раз недавно открыли месторождение малахита недалеко от Дальней, и мне пригодится собственный кузнец.

— Я не против, забирай его, — откинулся Константин на подушки. — Парень уже научился азам, так что дальше только работа, работа и ещё раз работа, кха-кха!

Откашлявшись, Константин спросил:

— Только что делать с этими дрянными бандитами? Как видишь, оставлять людей Жмыха было не лучшим решением.

Тогда я предложил решение.

— А ты отошли их всех в мою деревню! — заявил я.

— Ты уверен? — с сомнением выдал Константин. — Двадцать человек — это не пятерка пленных…

— Ну так и я не собираюсь оставлять их без дела, — хмыкнул я. — Сошлю их работать на новом руднике! Если у них и будут какие-то мысли о побеге, то к вечеру у них на него просто не останется сил!

— А ведь точно! — вновь рассмеялся Константин. — К тебе в плен лучше не попадать, Владимир. А то ведь заставишь ещё стать честным шахтером!

Я ответил улыбкой.

* * *

В Упахалово мы задержались на двое суток.

Причина была проста: раненые. Тащить троих новичков с незажившими ранами через болото на катамаранах было не лучшей идеей. Мало того что Жаба-туманник могла на берег выскочить, так ещё и зыбучая трава могла и отрасти за прошедшие дни. Конечно, я несколько сомневался в такой скорости восстановления, но кто эти волшебные травы знает?

Василиса меняла нашим новичкам и пострадавшим жителям деревни повязки с Чудняком на пару с местным травником и гоняла тех, кто порывался вставать раньше срока. Разрубленное плечо и рассечённое бедро быстро затягивались, но на это точно уйдет не один день. Третьему парню, с выбитым зубом, повезло больше всех: уже на следующее утро он таскал мешки наравне с остальными, шепелявя и ругаясь.

Остальные мои бойцы вместе с упахаловцами приводили деревню в порядок уже по-настоящему. Ставили на место мебель, собирали по избам растащенное, разбирали склад с амбаром. Лорх ходил между ними точно коршун и сверял каждую мелочь. Хоть что-то в этой деревне оставалось неизменным.

Я же на второй день отправился в кузницу.

Леонида я нашёл у горна во второй, новой кузнице, которую Меченый поставил незадолго до нападения. Лан качал меха. Здоровяк меня не заметил — он был занят.

Я не стал его окликать и просто смотрел.

На наковальне лежала кирка. Моя кирка, из того самого списка, что ушёл в Упахалово с последним караваном. Леонид доводил её без спешки: подогрел, ударил, повернул, ударил ещё раз, посмотрел на свет, снова в горн. Ни одного лишнего движения. Ни одного удара мимо.

Я, конечно, не кузнец, но я достаточно насмотрелся, как люди работают, чтобы с одного взгляда отличать того, кто способен погружаться в свою работу с головой, от того, кто способен лишь на имитацию бурной деятельности. Это был не тот Леонид, что когда-то ломал у Йорика каждую вторую доску. Молот в его руке лежал так, будто он с ним и родился.

Опыта ему, конечно, не хватало. Константин говорил о том же. Но опыт — дело наживное, а Талант либо есть, либо нет.

— Господин Стратег? — Леонид наконец меня заметил и смутился так, будто я застал его за чем-то неприличным. — Я тут… кирки ваши делаю. Ещё две осталось.

— Дошёл слух, что ты возвращаешься в Дальнюю?

— Господин Меченый сказал, — здоровяк переступил с ноги на ногу. — А это правда?

— Правда. У нас теперь есть малахит, своя руда, а рудник без кузнеца — это не более чем яма с камнями. Доделывай кирки. Они тебе же и пригодятся.

Леонид аж просиял после моих слов и с новым запалом взялся за работу.

Вечера я проводил у Константина. Стоило Лорху оставить нас наедине, как разговор уходил от дел. Константин рассказывал об успехах Лана и новых своих помощников в кузне, о том, какие новости он слышал с северо-востока.

Я поделился историей о Хищновой. Меченый лишь качал головой, слушая меня и приговаривая «вот это женщина». Когда же я дошел до пересказа нашего налета в костюмах мутантов на деревню Щербатова, сын кузнеца чуть не свалился с кровати от хохота. У него даже повязка съехала с раны из-за того, как сильно он надорвал живот.

Было приятно просто так посидеть и поговорить о последних новостях, не ожидая никакого удара в спину или ещё какой гадости.

Меченый был прямой, как шпала, но в то же время верным и добрым. И в этом была его прелесть.

Рядом с ним я мог расслабиться и не искать второго и третьего дна за каждой фразой.

Ростислав, Василиса, Елисей, Йорик и другие жители деревни Дальняя — все они были моими верными соратниками, но они всё ещё оставались моими подчинёнными. И хотя это порой было не так заметно, но между нами всегда была дистанция.

Я