Найди меня в сердце ночи, Каноко - Лин Си Ён

«Хороший знак», – чуть не пропела она внутри, заворачивая вслед за Хинатой в метро. Всего одна станция, и они были на месте: огромный холл, тут и там заставленный разноцветными стендами, казался почти бесконечным. Высокие потолки в металлических конструкциях отражали свет, и тот мягко струился сверху, заполняя пространство теплым сиянием. Высокий мужчина – американец по виду – поправил очки и на ломаном японском продолжил разговаривать с парой бизнесменов в костюмах.

Каноко вздохнула, сжала кулаки и шагнула по лестнице вниз, в гущу толпы. Хината шел следом, время от времени оглядываясь.

– Куда пойдем? – Она скосила глаза.

– Я думал… Или ты хочешь сначала погулять?

– Не знаю! – Каноко загадочно улыбнулась, пожала плечами и свернула прочь от стенда «Шин Райджин».

От сильного ощущения, что рядом ёкаи, мурашки выступили на коже. Опасности не было, но – на выставке? Среди толп людей? Что их сюда занесло? Хината хмыкнул, но пошел следом, не задавая вопросов.

На квадратной площадке – небольшой, может, два на два, – стоял стеклянный куб с толстыми стенками. Внутрь, будто в аквариум, посадили карликовые сосенки, расстелили пластиковый мох по днищу и поставили пять домиков: слишком детализированных для обычных игрушек.

Каноко поморщилась, когда кто-то ткнул ее локтем в ребро, подвинулась, чтобы никому не мешать, и почти невольно протиснулась к самому стенду. По выложенным галькой дорожкам гордо шествовали кодамы. Не меньше десятка, судя по вплетенным в волосы цветам, луговые, такие часто прячутся в высокой траве.

– …последнее достижение. Согласно исследованиям, кодамы – лесные духи – обладают способностью очищать воздух, загрязненный выхлопными газами. Достаточно поставить подобный террариум в комнату, и у вас дома всегда будет атмосфера леса в горах!

Что-то коснулось шеи Каноко, она хотела отодвинуться: подумала, что снова мешает другим посетителям, и с облегчением обнаружила стоявшую у нее на плече собственную кодаму. Та рассматривала террариум со смесью презрения и недовольства. Что-то среднее между: «Да как вы только позволили заточить себя в этот стеклянный куб?» и «Неужели вы такие неудачницы, что решили обменять свободу на искусственный мох и корм по расписанию?»

– Шарлатаны. – Мужчина слева от Каноко покачал головой. – Они правда думают, что нормальные люди поверят в этот бред про магических существ и несчастных детей, которые их якобы видят?

Она отодвинулась бы, будь рядом хоть чуть-чуть свободного места. Но люди напирали со всех сторон, и оставалось лишь прислониться к ограждению и уговаривать ногу ныть не так сильно.

– Вы не верите в ёкаев? – Как оказалось, мужчину услышала не одна Каноко. Ведущий держал микрофон у самого рта, но хитрую улыбку все равно было видно.

– Я слишком стар, чтобы верить в сказки.

– Как представитель «Модерн ёкай технолоджис» я не могу промолчать и поставить авторитет компании под удар. – Ведущий стоял на небольшой платформе и поэтому возвышался над всеми. – Юки-сама, вы не могли бы приподнять крышку террариума? Ручка как раз рядом с вами.

Мужчина с микрофоном замахал кому-то руками, Каноко заинтригованно перевела взгляд в ту сторону. У самого стекла, но с другой стороны, стояла бледная долговязая девушка с конским хвостом из серых волос. Прямоугольные очки в тонкой оправе добавляли ей серьезности, но почти полностью отбирали индивидуальность.

Юки-сама, – которая, несмотря на столь почтительное обращение, оказалась лишь на пару лет старше, – кивнула и протянула руку к ребру куба. Толпа заоглядывалась, расступилась, и Каноко удивленно вытаращила глаза: Кицунэ, как всегда беспощадно разодетая, сложила руки на груди. Казуо рядом внимательно рассматривал механизм на крышке террариума.

На этот раз он был не в школьной форме и не в фартуке официанта и неуловимо выделялся на фоне окружающих. Выцветшая от бесконечных стирок бордовая кофта покрылась катышками, рукава висели, локти на них вытянулись и торчали. Дом, около которого она вчера провела не менее получаса, тоже не отличался ухоженностью или лоском. Понятно было, что всеобщее послевоенное благополучие Казуо с матерью не коснулось.

Верхняя грань террариума сложилась, как четыре гигантских жалюзи, и аромат свежей хвои и травы мгновенно заполнил пространство вокруг небольшого стенда. Мужчина рядом с Каноко лишь хмыкнул – видимо, его и это не впечатлило. Сама она все никак не могла оторвать взгляд от Казуо: он приветливо улыбался Кицунэ, смеялся и совсем не выглядел потерянным, как в пятницу. Что-то узнал и для себя решил?

Картинка… настораживала. И суток не прошло с их последней встречи. Что успело случиться? Где Казуо был вчера вечером? Каноко успела искусать себе все губы, но объяснение так и не придумала. Оглянулась в поисках Хинаты: может, хоть он знал, что происходит? Вот только толпа успела оттеснить ее от друга.

«После того как презентация закончится, надо будет поговорить с Казуо. Или нет, лучше сначала с Хинатой, а только потом с Казуо».

Ведущий продолжал вещать, а Каноко после нескольких неудачных попыток уйти решила, что выбраться не получится. Слушала хвалебную оду великому изобретению «Модерн ёкай технолоджис», морщилась и ворчала под нос, что эти странные инженеры ничего не понимают в ёкаях. Она сама не заметила, как сначала взяла буклет, а потом, не выдержав очевиднейшей ошибки, все же подняла руку, чтобы возразить ведущему:

– Вы правда считаете, что все эти «удобнейшие домики» и «почти натуральная атмосфера» что-то значат для ёкаев? Да им все равно!

Презентация почти закончилась, и толпа успела сместиться к следующему стенду, – только поэтому ведущий позволил себе растеряться. Было видно, что он устал, пот выступил на лбу, а пальцы, намертво зажавшие микрофон, мелко подрагивали.

– Вы совсем не заботитесь о комфорте ёкаев? – Он вымученно улыбнулся, а Каноко лишь покачала головой – теперь ей было стыдно за слишком резкий выпад. Но ведь и слушать бред дальше – настоящее издевательство!

– Забочусь, конечно. Но ёкаям… Им другой комфорт нужен. Я лично знаю тэндзё-наядзё, который живет в поезде Токио – Сайтама. Понятно, что в первый раз он там оказался случайно. Но если бы ему не понравилось, никогда не остался бы.

Ведущий вздохнул. Перехватил микрофон в другую руку, чтобы собраться с силами, но так и не успел ей ответить. Молодой мужчина в костюме, всю презентацию простоявший, облокотившись на угол стенда, неторопливо подошел ближе к Каноко.

– И почему же тэндзё-наядзё решил жить в вагоне? Неужели там потолки вкуснее?

Смотрел он с прищуром: хитро, но без агрессии.

– Тэндзё-наядзё не только облизывают потолки. Им еще нужны щели и много места под крышей. – Каноко нахмурилась: раньше она не задумывалась, из-за чего ёкай решил остаться в синкансене,