Мастер драгоценных артефактов 5 - Александр Майерс

Откусила, и по комнате разнёсся сочный хруст.

Жуя яблоко, девушка размышляла. Отчего ей сейчас так хорошо? Отчего она чувствует себя по-настоящему счастливой — впервые за долгое время?

Да оттого, что занимается ровно тем, что приносит ей радость. Подслушивать за чужими разговорами, ловить каждое словечко — и при этом знать, что делаешь важное дело, приносишь пользу. Разве не чудо?

— О, гляньте-ка, — подала голос рыжая Аглая, ткнув в панель. — За двенадцатый столик садятся. Четверо. Кто возьмёт?

— Мужчины, женщины? — тут же уточнила Лиза, проглотив кусочек яблока.

— Четверо мужчин, — Аглая прищурилась, разглядывая показания артефакта. — Воины, похоже. Наёмники какие-то, при оружии. Артефакт сталь показывает.

— Отлично, — Лиза отложила надкушенное яблоко. — Я возьму.

Она скользнула в свободную будку, опустилась на стул и натянула на голову шлем. Внешний мир разом исчез. Осталась только тишина, в которую через мгновение вплелись чужие голоса. Такие чёткие будто говорящие сидели прямо рядом с ней.

С первых же слов Лиза поняла: вот оно. То самое, ради чего она здесь и сидит.

— А может, нам с парнями собраться да наведаться сюда? — пробасил один из наёмников. — Местечко-то, гляжу, небедное. Я такой таверны отродясь не видывал.

— Говорят, граф тут силён, — отозвался другой. — Да и сам знаешь — таверны трогать нельзя.

— Да ла-адно тебе, — встрял третий. — Мы ж от этих мест за тридевять земель обитаем. Даже если разграбим тут всё да спалим — хрен кто про нас узнает.

Лиза улыбнулась и быстро застрочила по бумаге аккуратным мелким почерком.

Да-да, голубчики. Никто про вас не узнает.

До чего же ей нравилось здесь быть! До чего нравилось чувствовать себя нужной, полезной.

Лиза ведь всегда была слаба здоровьем. Хилая уродилась, болезненная. Всю жизнь изводила себя оттого, что даже в поле толком выйти не могла — посидит на солнце часок-другой и сваливается с ног. Где уж ей было землю мотыжить, как другие девки.

А тут она оказалась на своём месте!

Лиза будет делать эту работу на отлично. Расшибётся в лепёшку, а будет!

К тому же, граф обмолвился, что у них тут предусмотрен какой-то «карьерный рост». И «надбавки». И «премии». Лиза не очень-то понимала, что значат эти диковинные слова, но звучали они до того заманчиво, что хотелось их непременно заполучить. Очень хотелось.

«Вот так-то, матушка. Добилась я кое-чего своими подслушиваниями. И мужа ещё, глядишь, сыщу…» — Лиза улыбнулась, продолжая дословно записывать разговор наёмников.

* * *

Новый день начался с того, что ко мне в кабинет заглянула Катарина. И вид у неё был встревоженный — а такое за моей бойкой ведьмой водилось нечасто.

— Леонид, можно тебя? — она замялась на пороге.

— Заходи, — я оторвался от кристаллов. — Что стряслось?

Катарина прошла, села напротив и некоторое время молчала, собираясь с мыслями.

— Мне сон приснился, — проговорила она. — Уже второй раз. Будто кто-то меня зовёт…. Какая-то сила. Она что-то говорит мне, а я разобрать толком не могу. Только два слова ясно слышу: «раскройся» и «подчинись»…

— Это всё? — поинтересовался я, поглядывая на почти огранённый камень.

— Мне от этого не по себе, честно. Эта штука кажется огромной и сильной. И всё ближе как будто, — ответила ведьма.

Я устало потёр глаза. После вчерашнего мёртвого поля и бессонной медитации голова всё ещё гудела.

— Не обращай внимания, — сказал я. — Можешь послать их на хрен или ещё куда подальше, без разницы.

Катарина аж опешила.

— Послать? Леонид, это же что-то могущественное! Я чувствую! Нельзя же просто взять и… послать!

— Почему нельзя-то? Очень даже можно, — я пожал плечами. — Если стесняешься, скажи, что это я их послал. И вообще, не думай об этом. Чем больше внимания такой штуке уделяешь, тем больше твоей силы туда утекает. Но раз уж ты так переживаешь — ладно, подумаю над этим вопросом. Ступай пока.

Ведьма посмотрела на меня с сомнением, но спорить не стала. Кивнула и вышла.

Я откинулся на спинку кресла и хмыкнул себе под нос. Не так всё страшно, как ей кажется. Вариантов тут масса, и большинство из них — пустышки.

Очень может статься, что это какая-нибудь мелкая дрянь. Демоны, бесы, голодные сущности с изнанки миров — такие частенько пытаются обтяпать с одарёнными бесполезный контрактик.

Схема стара как мир: нашёптывают во сне «раскройся да подчинись», человек по дурости соглашается — и всё, готово. Канал открыт, из тебя потихоньку тянут силу, не давая взамен ровным счётом ничего.

А «послать» — это, между прочим, рабочий метод. Даже если по ту сторону и впрямь сидит что-то древнее и зубастое. Потому что тот, кто хочет помочь по-настоящему, обычно сразу выкладывает карты на стол: вот, мол, что я могу тебе дать, вот моя цена.

А все эти туманные «подчинись» без конкретики — верный признак паразита. Ты соглашаешься, даёшь согласие — и на этом твоя выгода заканчивается, а чужая только начинается.

В многомерной вселенной такой дешёвый трюк ни с кем бы не прошёл. Там на каждом углу специалисты, которые подобную мелочь щёлкают, не глядя. А вот на отсталых планетах вроде этой — самое раздолье.

Ладно. Разберусь с этим позже. Сейчас меня ждут дела поинтереснее.

Я спустился во внутренний двор и направился к кузнице, откуда доносился знакомый перестук молотов.

— Арсений! — окликнул я. — Готово?

Кузнец расплылся в улыбке и быстро-быстро закивал:

— Готово, ваша милость! Идёмте, идёмте скорее — покажу вам этот шедевр!

Он с гордостью подвёл меня к деревянной стойке, на которой красовался полный латный доспех.

И впрямь хорош. Тяжёлые стальные пластины прикрывали грудь, спину, плечи. Кольчужное плетение шло только там, где надо, — в сочленениях, под мышками, на сгибах. В нужных местах имелась кожаная подкладка — где-то для удобства, а на сгибах — для лучшего, собственно, сгибания.

Над этой красотой корпели не только кузнецы, но и кожевники.

Венчал всё мощный шлем с глухим забралом.

Настоящий рыцарский доспех! Правда, тяжелее обычного в пару раз. Бегать в нём долго не получится, зато удар держит — будь здоров. Обычную сталь и даже пули мелкого калибра выдержит без проблем.

Арсений водил меня вокруг доспеха, показывая каждую деталь и не забывая горестно вздыхать.

— Металла-то сколько ушло, ваша милость! Я уж думал, весь запас изведу. Это ж надо столько стали на одного человека…

Я не обращал внимания на его причитания и придирчиво осмотрел работу. Все конструктивные хитрости, что я заказывал, были на месте.