Эволюционный предел - Андрей Андреевич Красников

– Первый автоматический модуль обогнал нас всего на пять лет, – снова вступил в разговор Карлос. – Если предположить, что в их конструкции ничего не изменилось, то этот был отправлен ровно через десять лет после нас.

– То есть, далеко не сразу после окончания этой волшебной терапии, – понимающе хмыкнул Возняк. – Значит, вариант с преемником более реалистичен.

– Не вижу смысла гадать. Просто запросите информацию у бортового интеллекта, да и все.

– Хорошая мысль.

Спустя пару часов модуль осуществил весьма точную и деликатную посадку в двух километрах от колонии, однако никакой дополнительной информации мы так и не получили – на планету прибыл абсолютно рафинированный интеллект, задачей которого являлось развертывание в окрестностях базы полномасштабного завода по производству цемента. Обычного строительного цемента, пусть и довольно-таки технологичного.

– Ничего не понимаю, – признался Хансен. – То есть, они гнали сюда этот гроб, но не удосужились запихнуть в него хоть какие-то новости? Вот же сволочи.

– Или нас действительно списали со счетов, или решили держать в изоляции, или просто забыли дополнить систему нужными данными. Выбирай тот вариант, который тебе ближе.

– Думаю, они просто не захотели изменять базовую прошивку, – подал голос Лоренцо. – Там же отлаженный алгоритм, предназначенный только для одной цели. Вскрывать его и нагружать бесполезной информацией просто опасно.

– А обычный планшет на полочку бросить?

– Там нет полочек. Весь комплекс собирается роботами, а затем консервируется.

– Если бы захотели, то придумали бы выход.

– Согласен. Значит, не захотели.

– Уроды.

Свалившийся нам на голову завод отказался следовать каким бы то ни было приказам, около трех недель медленно полз в сторону озера, после чего наконец-то выбрал подходящее место и начал свою трансформацию. Та заняла еще около месяца, а затем нашим взорам предстала компактная производственная линия, выполнявшая одну-единственную функцию – создание того самого цемента. Реализовать традиционный способ его выработки на чужой планете было очень сложно, поэтому инженеры Кайзера двинулись по пути наименьшего сопротивления и замкнули весь процесс на энергетическую составляющую – центром завода являлся здоровенный молекулярный принтер, неспешно заглатывавший привезенную роботами породу, доводивший ее до состояния плазмы, а затем переводивший свободные ионы в нужные химические соединения. Для поддержания этого процесса требовались усилия четырех реакторов, тонкая струйка готового серого порошка никого из нас не впечатляла, однако факт оставался фактом – завод кое-как работал и давал ожидаемый результат.

Следующие несколько месяцев мы гадали, ради чего нашей колонии понадобились запасы цемента, но дальше все встало на свои места – к планете вышли еще четыре модуля, а нам было предложено определить участок местности для строительства полноценного города. После коротких, но жарких споров такой локацией стало уже родное для нас озеро, прилетевшее оборудование благополучно спустилось в отмеченную на карте точку, а затем все вокруг как-то незаметно превратилось в огромную стройку. Полностью автономные механизмы деловито выравнивали землю и прокладывали дороги, на месте будущих городских кварталов один за другим появлялись котлованы, а тот самый цемент буквально сразу же оказался в дефиците. Хорошо еще, что технологическая экспансия продолжалась, Земля исправно присылала новые грузы, по округе начали расползаться десятки полностью автономных разведывательных дронов. а стройка только ширилась.

Я искренне удивлялся тому, как сильно Кайзер верит в качество своих изделий, но все оказалось гораздо сложнее – примерно через год после начала транспортного бума первый комплект техники закончился и к нам стали прилетать дубликаты. Включать их в работу искусственный интеллект не захотел, так что на расстоянии восьми километров от базы очень быстро сформировался целый парк из законсервированных строительных модулей. То есть, некую вероятность ошибки руководители проекта все же учитывали. Тем не менее, кое-какие вопросы к ним у нас все равно остались.

– Спрашивается, что бы делали все эти роботы, если бы здесь была только вода? Или кислота вместо воздуха?

– Вряд ли этого старого придурка волнуют такие мелочи.

– У него должны быть толковые ассистенты и вменяемая стратегия, иначе мы видим обычную игру в рулетку. Он же сливает весь бюджет страны в унитаз, понимаете?

– Возможно, у астрономов появились новые данные.

– Думаешь, они оправдывают любые траты?

– Нет-нет-нет, – внезапно перебил разгорячившегося психолога Возняк. – Я работал над этой системой.

– И что?

– Если ты переходишь на полностью автономную промышленность, законы классической экономики начинают уходить в сторону. Роботы выполняют все текущие задачи, стоимость их работы минимальна, стоимость готовых изделий минимальна, поэтому в итоге тебе нужно решить только одну задачу – как обеспечить свои заводы необходимым количеством энергии. Если ты эту задачу решаешь, для тебя нет особой разницы, выпустить в космос один модуль или десять.

– А ресурсы? Железо, редкоземы, ядерное топливо?

– Насколько я понимаю, Кайзер с этим разобрался.

– Интересно, как?

– Скорее всего, с помощью тех же самых роботов. Во всех моих экономических моделях всегда фигурировали две непреложные константы – бесконечная энергия и бесконечные ресурсы.

– Знаешь, Шарль, я хоть и не экономист, но мне твои модели кажутся идиотскими.

– Это всего лишь метод построения базового сценария, – нисколько не обиделся Возняк. – Ты формируешь идеальную модель, а затем ослабляешь ее за счет различных переменных и смотришь, в каких условиях она способна функционировать.

– Я вижу здесь лишь одно условие – нескончаемый приток бесплатных денег.

– Вряд ли. Скорее, ограниченные финансовые интервенции.

– Все равно, слишком уж глупо это звучит.

– Надеюсь, мы проживем достаточно времени, чтобы узнать правильный ответ.

– Надейся, надейся...

Перемены благотворно повлияли на психологическое здоровье жителей колонии, однако поучаствовать в стройке мы так и не смогли – роботы действовали согласно заложенным в них алгоритмам, отчаянно противились чужому вмешательству в свои дела и решали большинство возникающих затруднений самостоятельно. Пожалуй, наиболее серьезным нашим достижением в итоге стал именно выбор места для будущего города – дальнейшие процессы уже шли в автономном режиме. С другой стороны, наблюдать за работой умных механизмов и рассматривать постепенно расширявшуюся карту планеты все равно было интересно – гораздо интереснее, чем днями напролет пялиться на пустую темную равнину.

Интенсивная возня на берегу озера продолжалась больше года, после чего была прервана абсолютно неожиданным лично для меня событием. В один прекрасный день мы с Хансеном и Возняком по-привычке сидели в центре управления, листали на главном экране картинки с различных строительных агрегатов и беззлобно ругались друг на друга, а потом освещение