Эволюционный предел - Андрей Андреевич Красников

про общение с пустотой я не стал и жизнь постепенно вернулась в свою привычную колею. Редкие трапезы, попытки хоть как-то поддержать форму с помощью тренажеров, унылое перелистывание библиотечных списков, ругань с попутчиками, сон...

Эта тягомотная рутина продолжалась еще недели две, после чего опять была нарушена – во время очередного совместного завтрака капитан Алонсо торжественно объявил, что корабль начинает финальное торможение.

– Поздравляю всех с этим знаменательным событием, господа. Мы преодолели почти шесть световых лет и готовимся ступить на поверхность абсолютно иного мира. Да здравствует Земля!

Не знаю, на что именно он рассчитывал, но особых восторгов никто из нас не проявил – как ни крути, а текущий момент был вполне ожидаемым и запланированным, да и готовились мы к нему на протяжении уже двух или трех месяцев. Тем не менее, добиться кое-какого результата Карлосу все равно удалось – после его сообщения даже неугомонный Крамар временно перестал озвучивать свои навязчивые обиды и вместе со всеми остальными перебрался в командный центр. Впрочем, ничего особенно интересного нам там не показали.

– Чтобы использовать для торможения маршевые двигатели, следует развернуть корпус корабля на сто восемьдесят градусов, – решил провести маленькую лекцию капитан. – Процесс несложный, однако требует очень точного позиционирования на завершающем этапе работы. В случае ошибки мы рискуем сбиться с курса и потратить на маневрирование лишнее время.

– Хватит жути нагонять, – проворчал Хансен. – Топлива достаточно, корректировки система сама внесет.

– Вы губите мою актерскую карьеру, – весело рассмеялся Алонсо. – Как бы то ни было, сейчас мы должны занять идеальное положение относительно звезды Барнарда. Это займет несколько часов, после чего корпус корабля стабилизируется, а вектор гравитации изменится.

– Опять по стенам ползать? То еще дерьмо.

– Утешайте себя тем, что это ваше самое последнее испытание, мистер Линнер.

– А потом смерть на безымянной планете?

– Вряд ли, мистер Крамар.

– Хватит нести чушь, – поморщился я. – Если кому-то что-то не нравится, он может пойти к себе в каюту и сидеть там.

– Благодарю, мистер Шнайдер. Мешать работе экипажа действительно не стоит.

– Сколько нам еще лететь?

– На торможение до приемлемой скорости уйдет около двух месяцев. Дальше нам придется какое-то время маневрировать внутри системы. Думаю, с этим мы справимся еще за месяц.

– И какого тогда черта я здесь делаю, – фыркнул Крамар, направляясь в сторону двери. – Можно было и не дергать.

– Если бы у тебя были мозги, ты бы выучил все эти цифры много лет назад.

– Пошел на хрен, Шнайдер.

– Давайте успокоимся и займемся подготовкой к развороту, – примирительно улыбнулся капитан. – Я бы рекомендовал вам занять места в своих каютах, но если кто-то из вас хочет понаблюдать за процессом, здесь тоже есть свободные кресла. Операция начнется через час.

Следить за космическими маневрами оказалось чертовски скучно, я почти сразу же захотел вернуться домой, но сделать это оказалось довольно сложно – момент был упущен, движение жилого модуля прекратилось, наведенная гравитация исчезла и ради короткого перехода требовалось искать ботинки с магнитами. Заниматься этим я не собирался, так что в итоге просидел в командном центре еще два с половиной часа, тоскливо наблюдая за переползающими с места на место звездами. Потом нужный вектор был установлен и начался разогрев главных двигателей.

– Можете идти, Курт. Все уже закончилось.

– Хорошо.

Капитан оказался прав – хоть что-то интересное мы увидели только спустя восемь с половиной недель, когда оказались в непосредственной близости от системы Барнарда. Крохотная звездочка по-прежнему выглядела тусклым пятнышком посреди океана сверкающей пустоты, однако теперь бортовой телескоп давал нам возможность рассмотреть ее более подробно.

– Это красный карлик с пятью планетами, – сообщил нам Алонсо в ходе одной из своих маленьких лекций. – Ширина обитаемой зоны ничтожна, так что для колонизации пригодны только первая и вторая. На второй слишком высокая гравитация, поэтому изначально мы ориентированы на первую.

– А если там облака из серной кислоты? – лениво поинтересовался Хансен. – Развернемся и улетим домой?

– Мы должны поймать сигнал автоматизированного модуля, – спокойно ответил капитан. – Если обнаружить его не удастся, нами будет проведено самостоятельное исследование обеих планет и высадка на более подходящую из них.

– На второй сила тяжести трехкратная. Нас расплющит.

– Поэтому будем верить и надеяться, что первая планета идеальна.

– Ага, мы верим. Само собой.

Я тоже успел ознакомиться с выкладками астрофизиков и отлично понимал, что в данном случае Алонсо чуточку лукавит – организованная Кайзером экспедиция имела своей целью именно первую планету. В случае отсутствия там мало-мальски пригодных для жизни условий, самым вероятным итогом нашего путешествия стала бы медленная смерть на орбите. Или совершенно безнадежная попытка вернуться обратно.

– А мне уже все равно, – в унисон моим мыслям фыркнул прикованный к инвалидному креслу Линнер. – Посмотрю на это дерьмо, сдохну и все закончится.

– Никто из нас не сдохнет, – чуточку устало произнес капитан. – Во всяком случае, не здесь и не сейчас.

– Я и говорю – на планете.

– Давайте просто туда долетим. И перестаньте действовать Карлосу на нервы.

– Лучше прямо в звезду полететь. Смысл один и тот же.

– Хватит, Борис.

– Тьфу.

Накопившейся за время бесконечного полета негатив все еще требовал выхода, однако по мере приближения к звезде я стал замечать, что в репликах моих спутников нет-нет, да и начинает проскальзывать тщательно замаскированная надежда. Все мы отчаянно устали от космоса и тесных кают, каждому хотелось еще раз ощутить под ногами твердую землю, а новое место жительства между тем неуклонно приближалось, заставляя мечтать, надеяться и верить. Даже Крамар поддался общим настроениям, сократил до минимума свои выступления и теперь часами напролет сидел перед экраном, на котором неспешно мерцала наша звезда.

Самые дальние планеты мы так и не увидели, зато второй по счету шарик в какой-то момент времени оказался совсем рядом. Экипаж задействовал все мощности корабля в попытках уловить идущие с его поверхности сигналы, однако ничего не добился – кажется, Барнард-два так и оставался необитаемым.

– Это предполагалось изначально, – сообщил капитан, когда стало понятно, что внизу нас никто не ждет. – Идем к следующей, там должен быть модуль.

– Слабо верится, – грустно вздохнул выбравшийся из своего убежища Наиль. – Не могло повезти сразу двум кораблям.

– Отставить панические настроения. Вы вообще понимаете, что