Эволюционный предел - Андрей Андреевич Красников

возникла мысль, что весь наш корабль уже очень давно выглядит как филиал высокотехнологичного дома престарелых. Вакцина Янковского творила чудеса, ни у кого из нас не наблюдалось признаков старческой деменции, однако это почти ничего не меняло – я отказывался верить, что горстка балансирующих на краю могилы людей способна принести в данной ситуации реальную пользу. Кайзер действительно хотел быть уверенным в руководстве новой колонии, рассчитывал, что за время полета мы серьезно повысим свою компетенцию благодаря непрерывному обучению и мечтал о дальнейшей экспансии, но сейчас его тезисы казались мне детским лепетом.

– О чем думаете, Курт? – поинтересовался капитан. – Вам чего-нибудь принести?

– Спасибо, Карлос. Думаю о том, что наш руководитель очень сильно просчитался. Надо было отправлять сюда крепких двадцатилетних ребят, а не выживших из ума болтунов.

– Дискуссионный вопрос. В вашем возрасте психика уже сформирована, вы не так сильно подвержены влиянию гормонов, вы чисто физически неспособны причинить другим колонистам существенный вред. Можно ли сказать то же самое о двадцатилетних ребятах, которые всю свою сознательную жизнь будут мечтать о женщинах и выяснять между собой отношения?

– Черт его знает. Вы же как-то справляетесь.

– Мне было тридцать пять, когда я согласился на эту должность. – пожал плечами Алонсо. – Я получил достаточную квалификацию, я осознанно шел на риск, но я не был знаком с мистером Кайзером и не готов проводить в жизнь его волю. А вы готовы.

– Вижу я, как они готовы.

– Не они, а именно вы, – уточнил собеседник. – Насколько я знаю, ваши полномочия на планете будут абсолютными.

– К черту полномочия. Как думаешь, он еще жив?

– Вы имеете в виду Кайзера? Скорее всего, нет.

– Тогда к нам больше никто никогда не прилетит. Мы просто сдохнем в этой чертовой системе.

– Не согласен, Курт. Мне по-прежнему кажется, что проект будет действовать даже после его смерти. Это действительно новый этап развития человеческого вида и ему не дадут закончиться.

Я вспомнил о политической возне Янковского и бессмысленных метаниях тупого электорального стада, раздраженно скривился, но не стал продолжать щекотливую тему – наши с Карлосом беседы уже долгие годы шли по одним и тем же сценариям, не принося с собой каких-то новых идей. Зато с их помощью я получал неплохую возможность отдохнуть от контактов с желчными и крикливыми попутчиками.

– Можно воспользоваться челноком?

– Опять? – удивленно поднял брови капитан. – Зачем?

– Хочу забыть весь этот бред.

– Забыть не получится. А наши ресурсы ограничены.

– Карлос, перестань. Двадцать минут свободного полета никому не повредят.

– Последний раз в этом месяце.

– Как скажешь.

– Сами вылететь сможете?

– Разумеется.

– Система, открой мистеру Шнайдеру доступ ко второму челноку, – печально вздохнул собеседник. – Курт, не больше получаса.

– Спасибо, друг.

Одним из несомненных преимуществ виртуальной капсулы являлось то, что за время полета мне удалось освоить некоторые весьма специфические навыки – в том числе и пилотирование малогабаритных космических челноков. Разумеется, на Земле никто и никогда не позволил бы дряхлому старцу летать на таком аппарате, но вокруг нас уже почти тридцать лет был только космос и границы допустимого ощутимо сдвинулись. Впрочем, привилегия свободного пилотирования распространялась только на меня – скорее всего, Карлос решился нарушить технику безопасности лишь потому, что не хотел портить отношения с будущим руководителем колонии.

Чтобы добраться до нужной палубы, мне пришлось надеть скафандр, вылезти из жилого блока и ощутить на себе все прелести нулевой гравитации. К счастью, магнитные ботинки обеспечивали надежное сцепление с палубой, участь отправленного в свободный полет теннисного мячика обошла меня стороной и еще через пять минут я оказался в технической зоне. Воздуха там уже не было, костюм надулся и утратил былую гибкость, магниты начали работать чуть сильнее, но эти мелкие детали остались где-то за пределами моего восприятия – впереди открылся шлюз, за которым находился выделенный Карлосом аппарат. Продолговатая машинка своим внешним видом напоминала скорее подводный батискаф, а не самолет или вертолет – крылья в космосе являлись бесполезным рудиментом, лишние выступы на фюзеляже могли серьезно усложнить пилотирование, так что челнок выглядел как очень большая сарделька. Белая сарделька, оборудованная многочисленными соплами корректирующих двигателей и украшенная стеклянной кабиной.

Я осторожно забрался в кресло, пристегнулся ремнями, после чего активировал стартовый протокол и начал следить за тем, как автоматика двигает неуклюжую посудину к выходу. Герметичные двери неспешно открылись, магнитная сцепка исчезла, затем последовал толчок и челнок медленно выскользнул куда-то в пустоту. Я дотронулся до управляющего джойстика, увеличил тягу, буквально за несколько секунд отлетел от главного корабля на пару сотен метров, однако сразу после этого услышал в динамиках голос капитана Алонсо:

– Не торопитесь, Курт. Старайтесь держаться в километровом радиусе.

– Хорошо.

Со стороны колонизационный модуль выглядел немного жутковато – звездного света не хватало для того, чтобы высветить все изгибы его корпуса, поэтому я видел только уродливую черную тень, ограниченную едва заметными во тьме контурами. Иллюминаторов конструкция корабля не предусматривала, маршевые двигатели были отключены, о других источниках света инженеры не позаботились, так что у меня в голове практически сразу же начало формироваться ощущение чуждости. Какое-то время я наслаждался этим будоражащим чувством, а затем развернул челнок по ходу движения модуля и попытался увидеть звезду Барнарда. Без помощи навигационной системы сделать это оказалось невозможно, однако бортовой интеллект охотно высветил мне тусклую красноватую точку, почти неразличимую на фоне более ярких звезд. Кажется, с момента моего последнего выхода в открытый космос она стала чуточку больше.

– Курт, вы слишком далеко.

Я проигнорировал замечание капитана, полностью отключил освещение кабины и уставился на далекие серебряные искры, чувствуя, что в душе начинает разрастаться детский восторг. Здесь, посреди бесконечной пустоты, мысли становились четче и яснее, земные проблемы растворялись в вечности, появлялось осознание истинных масштабов вселенной...

Тихое счастье длилось около минуты, а затем космос наконец-то очнулся от спячки и обратил на меня свой равнодушный взгляд. Я как будто наяву ощутил его мимолетное прикосновение, спина сразу же покрылась холодным потом, сердце замерло от прилива внезапного ужаса, однако восторг никуда не делся – теперь мне казалось, что я нахожусь перед лицом истинного создателя этого мира. Впрочем, сладкое наваждение очень быстро исчезло – внимательно отслеживавший мое состояние капитан заподозрил неладное и перевел челнок в режим дистанционного управления.

– Пора обратно, Курт. Вы слишком сильно волнуетесь.

Возвращение на корабль прошло спокойно, рассказывать Карлосу