Капитан под залог - Майя Хоук

Он смотрит на меня.

— Кейлан не будет ждать, пока мы выспимся, — говорю я. — Он уже что-то планирует. Ты это знаешь.

Долгая пауза. Рейвен стоит напротив меня и смотрит внимательно. Потом молча передёргивает плечами и делает знак безопасникам.

— Миру отправь к гостям, — говорит он.

— Я сама, — говорю я и оборачиваюсь к ней. — Иди. Всё хорошо.

Мира смотрит на меня секунду, потом кивает и исчезает за занавесом.

Комната наблюдения — небольшая, технически оснащённая, ничего лишнего: несколько экранов, пульт управления, стулья которые никто не занимает. Двое безопасников Рейвена встают у двери. Он вставляет чип в считыватель, и в центре стола появляется голографический экран.

Голос Миранды звучит тихо и ровно — она писала это подбирая слова, как человек, который знает, что говорит это один раз и должен объяснить максимально понятно.

«Мы были на Азуре. Третий день. Он получил звонок поздно ночью — я не спала, слышала, как он вышел на палубу. Говорил тихо, но я разобрала несколько фраз. Он назвал сектор Кассиопеи. Назвал сумму — восемьсот миллионов кредитов. Сказал: "график не меняем, следующая волна — через два месяца". Потом: "полицейский становится проблемой, разберитесь с ним до конца квартала".

Я не понимала, о чём речь. Но когда забралась в шаттл — уже поняла больше. На его экране был открыт файл. Я запомнила название: "Кассиопея-7. Ротация активов". Там были колонки. Даты. Названия компаний. И отдельным столбцом — суммы переводов на счета, которые я не знала, но один из них был подписан: "ГР-пираты. Транш 4".

Он говорил по коммуникатору ещё раз, уже в шаттле. Я слышала только его часть разговора. Он сказал: "Они сделали своё дело в Кассиопее. Теперь нам нужен следующий регион. Готовьте список активов". И ещё: "Блэкторна уберите аккуратно. Он слишком давно копает".

Я не знаю, что означают все эти слова. Но я знаю, что когда он меня заметил — его лицо изменилось. Он не кричал. Просто сказал очень тихо, что если я скажу хоть слово, меня не найдут. Ни меня, ни моего отца».

Запись заканчивается.

В комнате тишина.

Я смотрю на экран ещё секунду, потом поворачиваюсь к Рейвену.

— Так вот почему он хотел избавиться от тебя.

Рейвен стоит неподвижно. Я вижу, как кулаки у него сжимаются — медленно, почти незаметно, но я уже знаю, на что смотреть.

— Он нарочно выдавил меня из сектора, — говорит он наконец. Голос ровный. Слишком ровный. — Семь лет назад. Я тогда ещё не знал, что это именно Кейлан. Думал — стечение обстоятельств. Перевод, понижение, дело закрыли без объяснений. — Пауза. — Но я не прекращал копать.

Я смотрю ему в глаза и не отвожу взгляда.

Он молчит ещё секунду — и я вижу, как что-то в нём меняется. Не ломается. Просто отпускает, как отступает волна, которая наконец добралась до берега. Лейра. Кассиопея. Семь лет, в которые он жил только одной мыслью — разобраться, кто виноват и вот он наконец получил имя.

Кейлан Эверест платил пиратам для того чтобы они дестабилизировали сектор — и безусловно получал от этого баснословную выгоду. Так и разбогател.

Рейвен медленно кладёт руки мне на плечи. Аккуратно, как кладут руки на что-то хрупкое, хотя мы оба знаем, что я не хрупкая.

— Спасибо, — говорит он тихо. — Что сражаешься за меня.

Я улыбаюсь — мягко, без слов.

Потому что слов здесь не нужно.

Сигнал приходит, когда я ещё не убрала руки с плеч Рейвена.

Его коммуникатор вибрирует — коротко, дважды. Условный код. Я успела выучить это за последние дни: два сигнала означают срочно, три — критически. Рейвен смотрит на экран, и лицо у него меняется — не сильно, почти незаметно, но я уже умею это читать.

— Что? — спрашиваю я.

— Селена Рош, — говорит он. — За ней слежка. С двух часов ночи.

Я смотрю на время.

— Кейлан понял, — говорю я.

— Понял, — подтверждает Рейвен и уже отдаёт знак безопасникам.

— Подожди.

Он оборачивается.

Экран коммуникатора мигает снова — на этот раз другой сигнал. Незнакомый канал, анонимный, но с кодом доступа, который знают только оперативники Рейвена.

Кто-то внутри системы.

Рейвен берёт вызов, и в центре стола появляется голограмма. Женщина — лет тридцати, тёмные волосы убраны назад, лицо усталое и очень сосредоточенное. Красивое лицо, даже сейчас. Особенно сейчас — потому что в нём нет страха, только решимость.

— Капитан Блэкторн, — говорит она. — Я Селена Рош. Думаю, вы уже знаете моё имя.

— Знаю, — говорит Рейвен.

— Тогда вы знаете и то, что за мной следят. — Она произносит это спокойно, почти деловито. — Двое на улице, один в здании. Я насчитала трёх. Может быть, есть ещё.

— Откуда у вас код доступа? — спрашивает Рейвен.

Лёгкая пауза.

— У меня было время. И были причины. — Она чуть наклоняет голову. — Я следила за Кейланом три года, капитан. Самостоятельно, без чьей-либо помощи. У меня есть кое-что, чего нет у вас.

— Что именно?

— Живой свидетель переговоров с людьми из Кассиопеи. — Она смотрит прямо в камеру. — Я была рядом дольше, чем Миранда. Я знаю имя посредника. Я знаю дату и место последней сделки. И я знаю, как заставить Кейлана подтвердить всё это вслух.

В комнате тишина.

— Вы сказали — заставить, — говорит Рейвен медленно.

— Я хочу его спровоцировать. — Голос у неё ровный, без колебаний. — Он думает, что я сломлена. Три года он в это верит. Это наше преимущество. Я выхожу на него сама — как будто хочу договориться. Как будто напугана настолько, что готова молчать в обмен на деньги и возможность уехать.

— Он не поверит, — говорит Рейвен.

— Поверит, — говорит Селена. — Потому что именно этого он ожидает от людей. Что все в конце концов выбирают удобство. — Пауза. — Мне нужна ваша аппаратура. Запись разговора. И люди рядом — на случай если что-то пойдёт не так.

Рейвен молчит.

Я смотрю на него. Вижу, как он обрабатывает это — быстро, методично, проверяя каждую точку на слабину.

— Риски, — говорит он наконец.

— Я знаю риски, — отвечает Селена. — Я жила с ними три года. — Что-то в её голосе