Царь горы. Игра со смертью - Оксана Олеговна Заугольная

– Он должен был исчезнуть после горы? – прошептала она совсем тихо, не удосуживаясь убедиться, что Кирилл ее слышит. Но он слышал, конечно.

– Не исчезнуть, но буквы должны набраться чернил после прохождения черты, – он подхватил ее за локти, не давая упасть, когда ноги подогнулись. – Настя. Где ты должна быть.

– Если я прошла вершину… – Настя сглотнула. Сухие губы не слушались, каждое слово приходилось проталкивать едва ли не силой! – Если бы я прошла вершину, я бы попала в суперигру, так?

– Умничка! – обрадовался Кирилл. Странно так. Настя ждала его насмешек, обиды или ругани, но он был терпелив, нежно придерживал ее и снова пытался поймать взгляд. И Настя ему это позволила. Какой смысл смотреть на кого-то еще, если никого, кроме Кирилла, рядом и не было? И победы не было. И окончания кошмара на горе – тоже.

Она почувствовала холод. И пусть это было ничто по сравнению с тем льдом, который заморозил ее насмерть, все равно она быстро озябла, дрожь прошивала все тело.

– Давай, Настя, ты сможешь, – поторопил ее Кирилл. Что-то в его глазах было такое, что Настя поняла – со временем у нее и правда плохо.

Она зажмурилась. Темнота помогала лучше, чем золотые кругляши глаз змеелюда. Если это было испытание в ее голове. Очередное, проклятье на эту гору и ее хозяйку! Понять бы еще, что это было! Неужели медные трубы? Но разве… ах да. Они.

Значит, в какой-то момент ее реальность подменили этой иллюзией, и она по-прежнему находится на горе, все еще должна проходить испытания, и вопрос лишь в том, на каком этапе своего пути она остановилась. Что было реальностью, а что уже навязанным сном?

И тот факт, что рядом с ней был Кирилл, а не Виджей, заставлял думать о худшем варианте. Она все еще там, где ее оставил Кирилл, собравшийся посмотреть, кто идет к ним с другого края трещины. Никакого Виджея не было. Скольжения – не было. И поцелуя тоже.

Последняя мысль обрадовала Настю настолько, что она распахнула глаза и тут же зажмурилась, чтобы глаза привыкли к полумраку. Она угадала. За ее спиной был пристегнутый рюкзак, а за руки ее так же держал Кирилл, который выглядел точно так же, как и полчаса назад, когда оставил ее здесь. Или прошло всего лишь пять минут? Две?

– Надо выбираться из трещины, – увидев, что она пришла в себя, Кирилл не тратил время на объяснения. – Прямо сейчас!

Но Настя и сама уже догадалась, что дело плохо. Гора еле слышно гудела, мелкие камни падали, словно спелые желуди, а крупные грозно скрипели, словно собирались схлопнуть складку в горе, где они с Кириллом прятались.

– Там обвал, – все-таки удосужился пояснить Кирилл, волоча ее за руку за собой в ту сторону, где Настя уже была. Где ее подловил Виджей и скользнул вместе с ней.

Воспоминания были настолько яркими, что она завертела головой, едва оказалась на поверхности. Ей казалось, что вот-вот она увидит узорчатый хвост нага или его темную кожу. Но никого не было. Кустарник с пестрыми осенними листьями был чуть покрыт серебристым инеем, отчего казался сделанным из яшмы или какого другого поделочного камня. Багровые и темно-оранжевые плоды шиповника поблескивали на солнце. Настя нащупала термос, полагая, что глоток горячего напитка поможет ей четче определиться, где и в каком времени она находится.

– Не самое подходящее время для остановки, – недовольно щелкнул языком Кирилл. – как насчет того, чтобы посмотреть, можно ли помочь пострадавшим от обвала?

– Я хочу пить, – буркнула Настя. На нее вывалилось слишком много информации, и она понимала через слово, о чем толкует Кирилл.

Обвал. Отчего он вообще произошел? Часто ли тут вообще… обвалы? Может, ей и вовсе не стоило прятаться в трещине и в дальнейшем придется их обходить. И помочь пострадавшим. Кому это? Кто-то шел ее убивать, и она сейчас должна вытаскивать этого кого-то?

Нет, будь она в другом месте и в другой ситуации, она бы первая бросилась к обвалу, но сейчас она во всем видела проверку. Не будет ли это глупостью? И Виджей был таким настоящим, как и его поцелуй с последующим укусом. Каковы шансы, что Кирилл тоже ей сейчас видится? Проклятая гора с ее проклятыми играми!

Нет, она будет сильной и не станет расклеиваться из-за всего. Она развинтила крышку термоса и наконец отпила чай. Настоявшийся напиток был пряным, чуть горьковатым и очень согревающим. Точно то, что нужно было зябким осенним утром.

В голове прояснилось.

– Кто там? – скрывая дрожь в голосе за очередным глотком, спросила Настя и как можно безэмоциональнее повела плечом в сторону, откуда они пришли.

Кирилл, по-видимому, был впечатлен ее выдержкой. Он качнул головой и повторил то, что она знала и раньше от него же.

– Двое змеелюдов. Шли целенаправленно к нам. Сейчас… думаю, один погиб. А второй может оказаться жив.

Настя вздохнула и завинтила термос.

– Давай попробуем его вытащить, – она представила, как на весь этот шум к ним, занятым разгребаниями камней, присоединятся другие игроки и вовсе не для того, чтобы помочь, а чтобы напасть со спины. Как там? «Оглядывайся!»? Она запомнила, правда.

Но бросать человека, пусть и змеелюда, умирать тут ей не хотелось. Еще меньше ей хотелось его вытаскивать и не потому, что ей не было его жаль. Но что с ним дальше делать? Тащить с собой? Возможно, сильно пострадавшего и настроенного к ним совершенно не дружески?

Или бросить полуживого умирать теперь снаружи? Настя не понимала, как Кирилл, который старше ее, не понимает таких простых вещей. Нельзя просто что-то делать, нужно понимать, чем это чревато в дальнейшем! Если они сами собираются выжить, то тащить с собой врага очень неумно, как и пытаться вылечить его с помощью скудной аптечки, которая была у каждого с собой. Там точно не было ничего по-настоящему серьезного.

Но было видно, что Кирилл не может усидеть на месте и рвется на помощь. Насте точно придется помогать. Они ведь команда, верно? И он ее спас от этих… медных труб.

Настя неожиданно поняла, что это могла оказаться еще одна проверка. Пусть она уже не помнила странный стишок и вообще слабо помнила все этапы, которые ей предстояло пройти,