Царь горы. Игра со смертью - Оксана Олеговна Заугольная

Кирилл, конечно, предлагал не проходить этапы вовсе и постараться просто дождаться, когда все уйдут выше, но как бы Настя ни хотела в это верить, она прекрасно видела, что не получается. Не выходит. Ее гонят по этапам вне ее желания, и отказаться не получится. Что, если Кирилл и сам понял это, и хочет помочь ей пройти самый страшный этап? Обессиленного и почти мертвого змеелюда убить будет проще. А если он покалечен, то Кирилл может предложить помочь ему прекратить страдания.

Настя помотала головой. Даже думать об этом было мерзко. Разве она сможет взять и ударить топором живого человека? Не как Виджея в ее иллюзии, а по-настоящему? Нет, Настя не представляла это!

Она машинально сжала руку, и только сейчас поняла, что топора при ней нет!

– Мой топор! – воскликнула она. – Кирилл, ты его не видел?

– Может, остался там? – Кирилл начал раздражаться. – Хочешь вернуться? Я пытался вытащить тебя, а не все вещи! И зачем тебе сейчас топор?

Глаза его широко раскрылись, радужка совсем затопила глаз, отчего он стал сильнее похож на змея, чем на человека.

– Ты хочешь… – он сглотнул. – Добить?

Теперь, когда Настины мысли о том, чтоКириллмог бы этого захотеть, были озвучены, она поняла, что зря так о нем думала. И смутилась.

– Вообще-то я подумала о тех, кто может присоединиться к нашим раскопкам с целью закопать под камни и нас, – холодно ответила она, всеми силами пытаясь скрыть смущение. – Хотятвояидея не лишена смысла. Что, если у выжившего все перебито? Мы будем сидеть и охранять того, кто хотел нас убить, до конца игры?

Кирилл сжал губы, словно задумался.

– Змеелюды крепче, чем ты думаешь, – наконец произнес он. – Жаль, конечно, что среди них вроде не было ящериц, те отлично регенерируют.

– Я думала, ящерки только девушки, – ляпнула Настя.

Кирилл закатил глаза, выглядело это жутко.

– Я понимаю, что ты не интересовалась ни нашей историей, ни анатомией. Но просто биологию ты точно не пропускала? Да, наши виды скрещиваются между собой, но тому вина антропоморфной составляющей. В остальном мы разные, и каждый вид имеет и мужские, и женские особи. Просто змеелюдки почти всегда стерильны и рождается их куда меньше. А выживают единицы.

Настя вспомнила про Ольгу. Вот как? Она думала, та просто одна из них, но все было сложно, гораздо сложнее, чем она могла вообразить! А потом сообразила: Зильберг! У него были ноги. Он… ящерка?

– Впрочем, я имел в виду безногих ящериц, – сжалился над ней Кирилл. – Они послабее нашего племени, но обладают сильно регенерацией. Мог бы и выжить.

Кирилл говорил и откатывал камни. Один за другим, один за другим. Смутившаяся еще больше Настя сняла рюкзак и принялась ему помогать.

– А часто тут такое? – пропыхтела она, вытирая с лица пот. Несмотря на то что с утра подморозило, ей сейчас было очень жарко.

Кирилл непонимающе посмотрел на нее, и она уточнила:

– Обвалы. А то может мы вообще зря ночевали в таком месте? Как завалит ночью!

Она вздрогнула. Но не от того, что представила, нет. Просто из-под камней показалась рука. И, пусть она не обладала невероятными возможностями Кирилла, она сразу поняла, что нашла того, второго. Которого уже не спасти.

– Кирилл, – слабым голосом позвала она, позабыв про свои опасения. – Тут…

Она выдохнула. Так. Этому она уже помочь никак не сможет, значит, разбирать завал надо ближе к Кириллу – и вытащить того, кто еще жив.

– Помогай тут, – поняв ее мысли, буркнул Кирилл. – Его почти наверняка нельзя будет с места дергать, поэтому придется всего раскапывать.

Настя кивнула и решила не тратить время на вопросы. Если оползень или что это вообще было, мог бы случиться в ближайшее время, Кирилл бы не стал так спокойно тратить время. Или стал бы? Настя вспомнила его историю, как его самого вытаскивали из-под огня. Это ведь другое, верно?

За своими паническими мыслями она не сразу среагировала, когда снова наткнулась на руку, только тут пальцы чуть подрагивали, силясь сжаться.

– Кирилл! – вскрикнула Настя и отпрянула, чуть было не поскользнулась на камнях и не подвернула ногу, но Кирилл придержал ее за плечи, правда, почти сразу отпуская.

– Молодец. – сухо произнес он. – Разбираем аккуратно. Я со стороны головы пойду.

Настя не стала возмущаться. Кириллу наверняка виднее. Да и смотреть на голову, если там вдруг месиво, ей совершенно не хотелось. Впрочем, скоро она поняла причины, по которым Кирилл делал именно так: неизвестному змеелюду очень повезло, и крупные обломки скалы словно шалашом уберегли его голову и шею от повреждений, чего нельзя было сказать про остальное тело. Парень лежал ничком, весь в каменной пыли и крови, и, лишь когда Кирилл разобрал завал сверху и Настя увидела затылок змеелюда, она сообразила, кто это.

– Я его знаю! – вскрикнула она и смешалась. – То есть имени не знаю, но…

Теперь она понимала, почему не узнала по раскапываемым ногам – тот змеелюд на вершине был в обороте.

– А второй, значит, Роман, – еще более упавшим голосом продолжила Настя. – Я их видела вдвоем.

Она вздрогнула, вспоминая, как уворачивалась от длинного светло-коричневого хвоста и как Роман отлетел от руки Хозяйки, которая хотела разобраться с ней лично.

– В том своем видении видела? – прохрипел Кирилл, с трудом двигая огромный осколок камня. От напряжения вены на руках вздулись, а полоска чешуек на висках потянулась дальше, накрывая шею и уходя на плечи. – А этот живой был?

Все он понял про Романа. Будто и сам был в иллюзии. Хотя. Кто его знает, на самом деле!

– Вроде да, – Настя не стала говорить, что она вообще-то пыталась выжить. И пусть здесь можно было питать иллюзии, что эти двое шли к ним чайку попить или обсудить планы на будущее, но на вершине они оба хотели ее убить. И смотреть, остался ли он жив, ей было совершенно недосуг.

Кирилл же неожиданно встал на колени рядом с распростертым телом и положил пальцы на шею чуть подрагивающего окровавленного змеелюда. Его ногти вытянулись и загнулись прозрачными слюдяными когтями. Руки пошли мелкими