Царь горы. Игра со смертью - Оксана Олеговна Заугольная

– Это Арсений Горбунов, если тебе поможет такая информация, – глухо произнес он, словно массируя шею парня. – Я не могу справиться один.

– Чего? – Настя окончательно потеряла нить их разговора.

Кирилл поднялся на ноги.

– Я с трудом, но восстановил почти все движение жидкостей в его организме, – криво улыбнулся он и наклонился отряхнуть колени. Очень удачно – Настя успела скрыть гримасу ужаса. Так вот что он умеет еще! Находить жидкости? Ну-ну. – Почти все, потому что у него сломан позвоночник. Он парализован.

Настя смотрела на Кирилла, ожидая продолжения.

– Помоги ему! – потребовал Кирилл, неожиданной вспышкой ярости напугав Настю. – Ну же, ты не такая жестокая, какой хочешь казаться!

Насте показалось, что она со своим прохождением медных труб пропустила что-то важное. Может, Кирилла тоже задело булыжником и приложило по голове? А что, запросто, он ведь шел навстречу этим двоим, когда Настю укра… Настя провалилась в видение.

– Я обычный человек и ничего не умею такого, – как можно аккуратнее начала она. – И я вообще не очень хорошо разбираюсь в медицине, чтобы советовать в случае с позвоночником. Хотя… а если ему обернуться?

Настя смутно помнила из фильмов про оборотней, что те после оборота вылечивались от своих ран, но не знала, работает ли это с змеелюдами. Смешно, на самом деле. Она лишь сейчас поняла, что у них есть книги и фильмы про лохматых оборотней, лисиц, волков и медведей, в то время как с ними рядом жили самые настоящие оборотни!

– Ты издеваешься? – устало спросил Кирилл, садясь на только что сдвинутый обломок скалы. – Для оборота ему надо пройти все этапы и то не факт, что получится. Это не каждому дано.

– Но он был с хвостом, – продолжила настаивать Настя. – В моем видении. Я отчетливо помню его светло-коричневый, довольно узкий хвост. Может, он и не слишком уверенно им управлялся, но разве это важно?

– Ты видела хвост? – Кирилл вскочил на ноги. – Настя, милая, дорогая, прекрасная Настя! Помоги ему! Ты ему задолжала с этим обвалом!

– Я не понимаю, о чем ты, – Настя чувствовала, как жгут глаза слезы. Да что не так с ней или с Кириллом? – Не понимаю, как я могу ему помочь. Не понимаю, причем тут обвал!

– Ты не дура, зачем прикидываешься! – сорвался на крик Кирилл, и Настя испуганно оглянулась – на такой вопль к ним могло принести кого угодно! Увидев ее испуг, Кирилл замолчал и потер лицо ладонями. – Прости. Меня просто вымораживает, что ты ничегошеньки не знаешь и не желаешь знать про нас. Словно прячешься в домик, как пятилетка. И зажимаешь уши. Я думал, ты пошутила, когда спросила про обвалы. Ведь у нас любой знает, что на такой горе обвал невозможен без желания хозяйки.

Настя прикусила язык, чтобы не спросить, какой такой. Она поняла – живой. Той, на которой есть Хозяйка. Но что это значит, что та решила спасать Настю? Звучало разумно – скучающие Хозяйки могли выбрать себе фаворитов и вести их, это Настя уже понимала. Только вот в видении ей показалось, что если Хозяйка и помогала ей подняться повыше, то лишь для того, чтобы было дальше падать.

– Что я могу для него сделать? – спросила Настя, мечтая лишь о том, чтобы Кирилл поскорее пришел в себя, такой он ее пугал.

– Положи на него руки и вслух расскажи ему, какой у него хвост, – Кирилл думал недолго. – Ты права, это может помочь. Или убьет, или поможет. У оборота позвоночник сильнее и куда гибче.

Настя вздохнула. Звучало это как полный бред, но что она теряла, собственно? Торопиться было некуда, если только не придет Марк со своими прихвостнями. Но тут уже выбирать не приходилось.

Она отодвинула задравшуюся куртку и осторожно скользнула ладонями под свитер. Почему-то казалось правильным класть руки именно на крестец и касаться голой кожи, как делал Кирилл. Под пальцами чувствовались неровные бугорки, и Настя подавила тошноту, понимая, что чувствует. Сломанные позвонки.

«Пусть получится!» – мысленно взмолилась она, надеясь, что могущественная Хозяйка слышит ее мысли.

Глава 18, в которой Насте приходится выбирать

– Хвост был… светло-коричневый… тонкие полоски по бокам, очень изящные чешуйки. Кажется, тебе было непросто двигаться по льду, – Настя чувствовала себя полной идиоткой, когда разговаривала со спиной почти обездвиженного калеки. Она не знала его и не хотела даже узнавать, но Кирилл смотрел так умоляюще, что выбора не оставалось.

Прыгнуть выше головы? Раньше она не знала, как это делается. Теперь понимала прекрасно. Не говорить, что ты не можешь совершить чудо, потому что вообще-то понятия не имеешь как, а попытаться. Лишь бы он продолжал смотреть так.

Кирилл и впрямь смотрел умоляюще, и Насте начало казаться, что этот Арсений хорошо знаком ему. Может, друг? Но почему… ах да, Кирилл выбрал присматривать за ней.

Настя зажмурилась и представила, как под ее пальцами появляются чешуйки, как вырастает хвост, вбирая в себя ткань брюк и носков, а не разрывая их, как ей раньше казалось. И он становится… живым.

Пальцы вздрагивали на прохладной коже, и Настя словно слышала чей-то вкрадчивый шепот. Он лился в уши, подсказывая, что куда проще забрать остатки жизни. Камню не больно и не холодно. А эти искорки могут дать сил ей.

Настя замотала головой, пытаясь вытрясти этот шепот из головы. Стало противно. Вот как, хозяйка? Разве так поступает по-настоящему сильный? Подбирает объедки?

Вслух же она произнесла вполголоса, так и не открывая глаз:

– В камень это просто, наверное. Он уже бездвижен. Вдохнуть жизнь посложнее будет, не каждая справится.

Кажется, ей удалось разозлить Хозяйку. И напугать Кирилла. Тот замер так, словно это его она могла обратить в камень. А шепот наконец исчез, зато под пальцами и впрямь кожа менялась, роговела и разделялась на чешуйки.

Зазевавшаяся Настя, увлеченная своим «лечением», которое представлялось ей самой каким-то шулерством, не успела отреагировать, как оказалась верхом на змеином хвосте, который задергался так, что она едва не слетела носом в камни, но не успела, как хвост окутал ее кольцами. Страшно не было – хвост держал нежно, даже аккуратнее, чем Виджей удерживал ее во время скольжения.

– Насть, – ринулся к ней Кирилл, но она мотнула головой, мол, все в порядке. – Он сейчас будет восстанавливаться