Темный Лорд Устал. Книга VI - Тимофей Афаэль

временем бережно, почти нежно взял горшок в руки, так обычно берут раненую птицу. Поднёс к лицу, разглядывая поникшие листья с фиолетовым отливом. Нахмурился и потрогал почву пальцем — его хмурость превратилась в откровенное неудовольствие.

А потом произошло что-то странное.

Каменное, непроницаемое лицо Воронова, которое не дрогнуло даже когда он ломал руку начальнику охраны вдруг стало живым, сосредоточенным и почти… человечным.

Он влил что-то в корни растения — Орлов почувствовал слабый отголосок магии — и склонился ближе, наблюдая за реакцией.

Премьер-министр Империи стоял посреди кабинета и смотрел, как его игнорируют ради горшка с растением.

— Э-Это… — он откашлялся, пытаясь вернуть голосу уверенность. — Это просто растение?

Воронов не обернулся. Он продолжал вливать магию в корни, и Орлов видел, как поникшие листья едва заметно шевельнулись — то ли от потока воздуха, то ли от чего-то другого.

— Это био-фильтр, — голос Воронова был каким-то тихим и… усталым. — Уникальный организм, способный поглощать некротическую энергию из почвы и воздуха. Он с эффективностью примерно пятнадцать процентов снизит угрозы разломов, если его высадить на территории. Единственный экземпляр в мире.

Он наконец повернулся к Орлову, и Премьер увидел в его глазах то, чего никак не ожидал увидеть.

Это был искренний, неподдельный упрёк, как у садовника, который обнаружил, что кто-то вытоптал его любимую клумбу.

— А вы его засушили, — закончил Воронов.

Орлов смотрел на него и не находил слов.

Он приехал сюда, чтобы обсуждать геополитику. Баланс сил между Империей и региональным лордом. Будущее страны, чёрт возьми. А этот человек… эта сила природы в человеческом обличье — просто стоял перед ним с горшком в руках и смотрел так, словно Орлов лично виноват в том, что какое-то растение не получило достаточно питательных веществ.

Воронов аккуратно поставил горшок обратно на стол и наконец посмотрел на Орлова. По-настоящему посмотрел, впервые с момента входа в кабинет.

— Итак, — произнёс он. — О чём ты хотел поговорить?

Глава 15

Виктор Орлов

Воронов смотрел на него и Орлов мог лично на себе почувствовать необычность этого человека даже таким простым образом.

В ответ на взгляд и стараясь сохранить лицо, он выпрямился, расправил плечи, натянул на лицо маску «Железного Канцлера» — ту самую, которая заставляла министров бледнеть и генералов тянуться по стойке смирно.

— Господин Воронов, — голос его прозвучал твёрдо, как и положено главе правительства. — Полагаю, нам стоит начать заново. Я не представился официально.

Он сделал паузу.

— Виктор Орлов. Премьер-министр Империи.

Воронов даже не ответил. И лишь перевел взгляд обратно на растение и продолжал изучать его листья, трогая их пальцами, проверяя упругость стеблей. Словно титул, который только что прозвучал, был не более значим, чем жужжание мухи за окном.

— Я знаю, — произнёс он наконец. — Ты управляешь ресурсами Императора.

Орлов моргнул.

Он слышал много определений своей должности за годы службы — лестных и не очень, точных и карикатурных, но «управляющий ресурсами» было чем-то новым. Не глава правительства, не второй человек в государстве, не Железный Канцлер, а просто… функция. Как бухгалтер или завхоз при большом хозяйстве.

И самое обидное — в этом определении была своя правда.

Он действительно управлял ресурсами. Распределял бюджеты, контролировал потоки, следил за тем, чтобы машина государства не развалилась на ходу. Пока Император выкручивался, кланы грызлись, а такие как Воронов строили свои сады — Орлов латал дыры и затыкал течи.

Управляющий ресурсами. Да, пожалуй, точнее и не скажешь.

— Можно сказать и так, — Орлов позволил себе лёгкую улыбку. — Хотя обычно используют более… официальные формулировки.

Воронов наконец снова повернулся к нему. Его лицо было спокойным, почти безмятежным, но в глазах плескалось что-то такое, от чего Орлову захотелось отступить на шаг. Однако он не отступил, все же сила воли и многолетняя практика удержали на месте, но желание было.

— Формулировки — это шелуха, — произнёс Воронов. — Суть важнее. Ты распоряжаешься ресурсами, я строю системы. Вопрос в том, можем ли мы быть полезны друг другу.

Прямота этого заявления обезоружила Орлова больше, чем любая угроза. Ни светской болтовни, ни политических реверансов или попыток прощупать позицию собеседника — просто констатация факта и вопрос по существу.

С кем я разговариваю? — снова мелькнула мысль. — Это не политик, не феодал и даже не бизнесмен — он нечто совсем другое.

— Полагаю, можем, — ответил он осторожно. — Именно поэтому я здесь.

Воронов снова повернулся к растению, и Орлов почувствовал укол раздражения — профессионального, но всё же раздражения. Он привык, что люди ловят каждое его слово, что его внимание — это валюта, за которую борются. А этот человек предпочитал ему горшок с увядающей травой.

— Вы уделяете этому растению больше внимания, чем мне, — произнёс Орлов, не скрывая иронии. — Почему?

Воронов ответил не сразу. Он провёл пальцем по одному из листьев, а тот слабо дрогнул в ответ, словно узнавая прикосновение. И только потом повернулся к Премьеру.

— Потому что оно полезно.

Орлов приподнял бровь, ожидая продолжения.

— Это уникальный организм, способный перерабатывать некротическую энергию и излучение разломов, — Воронов говорил ровно, без эмоций, как лектор, объясняющий азбучные истины нерадивому студенту. — Поглощает заражение из почвы, воздуха, воды. Если высадить периметром вокруг проблемной зоны, угроза прорывов снизится и довольно сильно. Я вам уже говорил.

Орлов замер.

Пятнадцать процентов — цифра, которую он озвучил ранее. Эта была цифра, которая для обычного человека звучала скромно, для него означала совсем другое. Он знал статистику наизусть, потому что каждый квартал получал доклады о потерях от разломов. Тысячи погибших ежегодно и миллиарды кредитов на ликвидацию последствий. Целые регионы, превращённые в мёртвые зоны, которые приходилось огораживать и охранять, чтобы тварьё не расползалось дальше.

Пятнадцать процентов снижения угрозы — это сотни и тысячи спасённых жизней. Высвобожденные ресурсы и территории, которые можно вернуть в оборот.

В нём проснулся тот самый государственник, который двадцать лет назад пришёл в политику не ради власти или денег, а ради того, чтобы что-то изменить. Тот, которого он давно похоронил под слоями цинизма и компромиссов.

— Это стратегический ресурс, — произнёс Орлов, взвешивая каждое слово. — Если то, что вы говорите, правда… Империи нужны образцы. У нас серьёзные проблемы на восточных границах, там концентрация разломов выше, чем где-либо в мире. Мы теряем людей каждый день.

Он ждал торга. Того,