Убить злодейку. Том 1 - Савольсэн

– Вы… Вступили в сговор с ведьмой? Вы понимаете, что это тяжкое преступление? – он хотел, чтобы она отрицала все. Сказала, что не знала, что ее обманули, что больше не станет… Попросила прощения. Но вместо этого она лишь холодно улыбнулась.

– Вы собираетесь донести на меня храму? Отлично, валяйте. Может, меч меня и не убивает, но кто знает, что будет с моим телом после костра инквизиции? Ну же, доложите обо мне!

Нет, это не то, чего он хотел. Ее неспособность понять его благородные намерения вызвала в нем вспышку гнева.

– Леди Мизериан!

– Энакин, отпусти первосвященника. Ведь иначе он не сможет донести на меня.

Как только ее рыцарь отпустил его, она подошла ближе, выхватила меч и бросила его к его ногам.

– Убейте меня этим мечом. Женщина, вступившая в сговор с ведьмой – сама ведьма, верно? После всех этих громких слов, почему вы до сих пор не казнили меня? Моя кровь для ваших рук слишком грязная?

Гибрис думал, что его больше не задевают резкие слова. Мать говорила ему жестокие вещи столько раз, что он научился не обращать на них внимания. Но сейчас горечь подступила к горлу, и он не смог сдержать эмоции. Он не стремился к всеобщему признанию. Не жаждал любви каждого. Это было лишь маленькое, незначительное желание. Однако осознание того, что единственные две женщины, чье одобрение было для него действительно важно, отвергли его… оказалось невыносимым. Она смотрела на него и смеялась, словно охваченная безумием. Затем ее прекрасные зеленые глаза встретились с его.

– Первосвященник, моя просьба не такая уж сложная. Просто делайте вид, что не знаете меня. Не знаете о том, что я иномирянка, вступившая в сговор с ведьмой.

Игнорировать это было невозможно. Он не хотел снова пережить такую же трагедию, как той ночью.

– В любом случае я скоро умру. Но обещаю, что я не сделаю этого у вас на глазах. И даже если стану призраком, никогда не явлюсь перед вами.

– Почему… Почему вы так говорите? Все сказанное мной было вовсе не из страха! Ваша боль так угнетает. Она невыносима…

Гибрис запустил руки в волосы, пытаясь справиться с душевной мукой. С каждым мгновением перед его глазами все сильнее переплетались образы леди Мизериан и его покойной матери. Его начало тошнить.

– Нет… Нет… Как я могу помочь? Я хочу искупить вину за то, что разозлил вас… Прошу… Пожалуйста… – голос его дрожал.

– Чтобы я не умерла?

«Живи» – слово, которое однажды Гибрис не смог сказать, и до сих пор об этом сожалел. «Живи…» Слезы, которые стало непосильно сдерживать, потекли по его щекам. Он хотел, чтобы она нуждалась в нем. Если он в чем-то виноват, он готов просить прощения за все, что угодно. Лишь бы только она не отказывалась от своей жизни.

Гибрис с надеждой взглянул на нее. Ее бледная изящная рука нежно стерла его слезы. Лунный свет осветил хрупкую улыбку. Женщина, которая днем была одета как блудница, в этот момент превратилась в подобие святой.

С самого рождения Гибрис жил, цепляясь за что-то важное. Сначала это была пуповина матери, потом – край ризы первосвященника. Когда он начал понимать суть вещей, то стал держаться за истину, провозглашенную богом. Он молился ему. И на этот раз просил позволить ему удержать руку этой женщины. Умолял дать шанс спасти ее от смерти.

– Не смейте жалеть меня. Раздражает.

Это знаменовало конец. Мир померк.

Глава 10. Трагикомедия

Я всегда питала слабость к ночным ярмаркам. Тишину сумерек разбивала необычная атмосфера, полная шумных людей и ярких огней. Поэтому, когда услышала, что здесь пройдет ярмарка, я твердо решила ее посетить.

Но вот незадача! У меня не было подходящей одежды. Сойдя с поезда, я практически все вещи собственноручно выбросила. Единственное, что у меня осталось, – красное платье куртизанки и черное, что сейчас было на мне, а этот мрачный наряд больше подходил для похорон. Надень я его, буду привлекать слишком много внимания. Внешность и без того приметная, зачем провоцировать лишние взгляды? Я словно объявлю на весь свет: «Посмотрите на меня, я – та самая таинственная девушка знатного происхождения, у которой трагичное прошлое». Это обстоятельство вынудило меня попросить одну из девочек из гостиницы сходить за подходящей одеждой. Я дала ей необходимую сумму денег, чтобы она купила неприметное платьице, что позволило бы смешаться с местными. Судя по всему, девчушка боялась подходить ко мне слишком близко. Она пристально посмотрела на меня и через некоторое время принесла несколько простых хлопковых платьев спокойных тонов. К моему удивлению, каждое было мне впору. На ярмарке непременно куплю для нее сладостей и похвалю за точный глазомер. Я надела тунику светло-бежевого цвета с белыми вставками и вышла из комнаты. У дверей, как преданный пес, ждал Энакин. Я тяжело вздохнула.

– …Энакин, иди переоденься.

Какой смысл мне идти в простой одежде, если рядом будет околачиваться он в рыцарской броне, вынуждая всех думать, что я какая-то леди?

Хотя Рэндол не такая уж и глушь, как тот же Бонитэо, где только поля да леса, но все равно деревня деревней по сравнению со столицей. Точнее, это был уютный курортный городок, куда люди приезжали насладиться озером и природой. Поэтому ярмарка тоже не блистала размахом. В этом и заключалась ее прелесть – убранство здесь было скромное, но душевное. И, конечно же, какая ярмарка без еды! Я направилась к торговым рядам, откуда доносились ароматы углей, специй и жареного мяса. На прилавках было все, что только можно: курица, лягушки, колбаски. Курица показалась мне банальной, а на лягушек я взглянула с подозрением – вдруг желудок взбунтуется? Решив не рисковать, я остановилась на колбасках. Но тут возникла проблема: они выглядели абсолютно одинаково и понять, какая из них вкуснее, было невозможно. Подойдя ближе к хозяйке лавки, я вежливо поинтересовалась:

– Здравствуйте! А сколько стоит одна?

– Девушка, такие большие, сочные, с дымком – всего за три экрома! Берите, не пожалеете!

Три экрома – это три медные монеты. На корейские воны примерно 1500 вон[9]. Для такой аппетитной, да еще и большой колбаски это была просто смешная цена. Я сглотнула слюну и уточнила:

– Все с одними и теми же специями?

– Что вы! – оживилась она. – У нас есть в собственном соку, сырные и с пряностями. Все колбаски по одной цене!

Я