Линия иной судьбы 2 - Дмитрий Соловей

пятнадцать. Точно знаю, что я самый старший на курсе, но эта деваха уже, как говорится, «созрела». Какое счастье, что она не в нашей первой группе! Но как комсорг курса не останусь в стороне от тех проблем, что могут возникнуть.

— Илья Петрович тебя ищет, — сообщила Тома и призывно заулыбалась Григорию.

Пришлось мне поспешить на встречу с начальством, оставив Гришу самого разбираться с гормональным взрывом.

Наконец-то я узнал официальную должность нашего «начальника лагеря». Оказалось, что Илья Петрович обычный завхоз, точнее, заместитель директора по АХЧ. Сидел он в кабинете на первом этаже, заваленном ящиками и мешками. В колхозе Илья Петрович проявил себя как человек, мягко говоря, нерешительный. Помню, как он безропотно принял новость о том, что в лагерь не привезли воду. Сейчас Илья Петрович выглядел не менее суетливым:

— Валентин, молодец, уже пришёл! Прямо к директору давай, он у себя. Ждёт тебя, комсорга курса. Серьёзный разговор будет по поводу переезда на Мира.

Примерно я понял, чего стоит ожидать. Наш первый курс, ударно отработав на ломке табака, вернулся в Краснодар раньше остальных учащихся, которые останутся в колхозах, возможно, до середины октября. Занятия начнутся позже, потому что химико-технологический техникум как раз переезжал с улицы Леваневского в только что отремонтированное здание на Мира. И вот здесь понадобятся грузчики и рабочие руки.

В кабинете директора КХТТ атмосфера была совсем иной, чем у завхоза. Стиль — истинно сталинский, со всеми положенными атрибутами и портретами на стенах. Максим Сергеевич сразу перешёл к делу, разложив на столе списки групп.

— Садись, Валентин, — кивнул он мне на стул, как только я представился. — Из колхоза вы вернулись первыми, но расслабляться некогда. Перед техникумом стоит государственная задача — в кратчайшие сроки переехать в новый корпус на улице Мира. Но прежде чем привлекать людей к погрузке и обустройству лабораторий, нам нужно полностью укомплектовать актив.

Директор постучал карандашом по столу, привлекая моё внимание к документам:

— Твоя задача как комсорга курса — немедленно собрать все три группы первого курса. Проведите собрания. В каждой группе необходимо утвердить старосту, а также выбрать комсорга и профорга группы. Списки соберите и предоставьте мне лично к завтрашнему утру. Вопросы есть?

— Куда мы после собрания? — задал я вопрос.

— Поступаете в распоряжение Ильи Петровича. Начинаем переезжать в новое здание техникума.

— До какого часа работаем? — решил я сразу прояснить ситуацию.

— Работать будете, Валентин, до полной победы над хаосом, — отрезал Максим Сергеевич.

Ну что ты будешь делать! Какой упёртый мужчина. Но я тоже могу проявить упрямство. Если мы сейчас, «на берегу», не обговорим, сколько часов в день нас будут задействовать, то потом начнут гонять по каждому пустяку до самого вечера.

— С восьми до двух часов дня? — поставил я временные рамки.

— Что, без обеда? — нахмурился директор. — До трёх, но с перерывом на обед с двенадцати до половины первого.

Ага. Он ещё полчаса ненароком прибавил. Ладно, не буду совсем уж лезть в бутылку, но закрепить это документально не помешает.

— Секретарь отпечатает ваш приказ, что это касается исключительно учащихся специальности «Аналитическая химия»? — с как можно более беззаботным выражением лица уточнил я.

— Отпечатает, — ворчливо пообещал директор. — Теперь понятно, почему тебя так нахваливала секретарь. Отпечатает и на стенде у входа в новом корпусе повесит.

Дальше начались выборы в группах. Наконец-то я пересчитал народ. Вернее, секретарь выдала мне список. Всего нас оказалось девяносто два человека. В третьей группе было на два человека больше, чем в остальных. И судя по датам рождения напротив фамилий, туда распределили самую молодёжь, которым только-только исполнилось четырнадцать или будет на днях. Предположу, что «лишние» два человека на случай исключения кого-то из техникума в ближайшее время.

Подростки, оказавшись в большом городе, могут махнуть рукой на учебу. Попробуй за такими уследи. Здесь поможет одна мера наказания — исключение особо злостных прогульщиков в назидание остальным. Но пока все в предвкушении, ждут чего-то интересного в техникуме. Боюсь, что многие разочаруются, когда поймут, что химия это не чудеса, а кропотливая и нудная работа.

Прежде чем начать, я усадил рядом с собой Верку Соколову — почерк у неё был самый разборчивый — и велел вести протокол собрания. Без бумажки с подписями и датой любые выборы для начальства как бы и не существовали. За время пребывания в колхозе мы хорошо познакомились друг с другом. Мне даже не пришлось высказывать своё мнение по выбору старосты. Первая группа единогласно проголосовала за Григория Шевченко.

На должность комсорга женская часть неожиданно предложила Татьяну Ткачук. Очень странный выбор, при условии, как она себя вела в колхозе. Зато стала понятна некая её агрессия в мой адрес. Нужно посмотреть подробнее биографию этой Ткачук. Похоже, что девица сама метила в комсорги курса, но выдвинули меня.

Да и в первой группе я не захотел видеть её на этой должности и предложил Фёдора Бондаренко. Специально напомнил ребятам эпизоды колхозной жизни, когда Федька, несмотря на свою худобу и неказистый вид, проявил себя с лучшей стороны, помогая по мере сил. Напомнил, как на поле в самый солнцепёк, Фёдор молча, без единой жалобы, помогал девушкам закончить рядок. Таскал в прицеп трактора свои и чужие сетки с табаком. В общем, парень оказался надёжный, не хлипкий духом.

Негатива в сторону Татьяны я высказывать не стал. Мало ли кто там у неё родители? Слишком уж уверенная в себе девушка. Правда, непонятно, отчего она не закончила десять классов, а пошла в техникум?

С другой стороны, директор меня ни о чем таком, что стоило бы учесть при выборе комсорга, не предупредил. Значит, по его мнению, подходят все.

С перевесом в шесть голосов выбрали Фёдора. Ну тут арифметика простая. Девушек в группе двенадцать человек, парней восемнадцать. Мужская часть группы дружно предпочла в комсорги парня. То, что мы все учились в школах, где шло разделение на мужские и женские, сказывалось и в подобных ситуациях. Какой пацан захочет, чтобы им девка командовала? Вот именно. И раз нас было больше — наш кандидат и победил.

С комсоргом разобрались, оставалась последняя должность — профорг. Я поднял руку, призывая к порядку.

— Так, тихо, народ, — не обращая внимания на недовольную Ткачук, попросил я. — Теперь выбираем профсоюзного организатора. Сразу объясняю для тех, кто не в курсе: профорг отвечает за наш с вами быт. Именно этот человек будет выбивать у завхоза Ильи Петровича талоны на бесплатное питание в столовой, оформлять материальную помощь и так далее. Работа бумажная, кропотливая, требующая аккуратности. Поэтому я предлагаю