Полыхающий рассвет - Лисса Соллей

Риччи вынужденно вздохнул, но на условия Хели согласился. Морганна унесла мальчика на второй этаж, а мужчины так и остались стоять друг против друга. Казалось, Альберт хотел о чём-то поговорить, но подбирал слова, чтобы начать.

– Извини, что иногда я бываю груб, – вдруг выдохнул северянин и посмотрел в глаза Нишанту.

«Верно говорят, – подумал Фаввара, – что альфарийцы – потомки драконов. Такой суровый взгляд только у мудрого зверя и искать».

– Я не держу на тебя обиды, – более дежурно, чем хотелось бы, ответил Нишант и отвёл взгляд. Казалось, разговор ещё не закончен.

Альберт помялся и поднял глаза ко второму этажу. После этого он решительно шагнул к Нишанту.

– Ты не заметил ничего странного в Ричарде?

Вопрос поставил Фаввару в тупик.

Ал продолжил:

– Я всю жизнь ухаживаю за сестрой и знаю, как ведёт себя человек при этой болезни. Как он выглядит, какие привычки. Разумеется, многое отличается, потому что случай Ричарда особенный. – Хель ещё раз подумал и продолжил: – Но я заметил, что его глаза и волосы восстанавливают цвет. Ещё вчера, когда мыл ему голову, увидел, как сильно сходит белизна. Такое чувство, будто… он вылечился. Но это практически невозможно.

– С чего ты это взял? Может, показалось?

– В бочке для купания после него остался белый осадок. Так он с волос смывается. Я однажды столкнулся с тем, что человек полностью исцелился. Пару месяцев он везде оставлял белую пыль, пока полностью не пришёл в себя. И глаза у Ричарда не такие красные, как раньше.

Нишант ничего не ответил.

Морганна усадила Ричарда на кровать и положила рядом дневную одежду. Сама она ушла в ванную комнату, чтобы быстро окатить себя от пота ведром еле тёплой воды.

Мальчик честно надел всё по порядку, даже сам обулся, однако завязать ничего не смог – через пару шагов всё валилось с тела. Поэтому он спокойно дожидался Морганны, чтобы она подвязала ему пояс. А тот был очень красивым. Какие-то буквы переплетались в диковинных лозах меж собой. Этот узор повторялся красными нитками по краям пояса и рубахи. Даже манжеты рукавов были им украшены. А ещё на поясе был пришит мешочек для всякой мелочи.

Морганна вернулась в комнату уже одетой. Болотно-зелёного цвета рубашка с завязками и свободными рукавами была надета под длинный коричневый сарафан в пол, а всё это подвязывал тёмный алый пояс с тонкими концами. На ногах всё так же были сапоги. Она быстро закончила с одеждой Ричарда и посадила его на стул, чтобы расчесать гребнем. Пока она аккуратно приводила в порядок шевелюру ребёнка, её серьги в виде деревянных чёрных оленьих рогов слегка позвякивали, сталкиваясь маленькими цветными металлическими бусинами.

Всё это время Морганна задумчиво молчала.

– Готово. – Она нежно провела по уложенным волосам мальчика. – Можем идти завтракать.

Спускался Ричард сам. Хель собрала вещи и передала их внизу Уотсону, который грузил карету. Нишант стоял рядом с выходом и о чём-то договаривался с Альбертом, пока к последнему не прилетела на плечо птица.

– А его можно погладить? – Ричард поднял голову на Морганну, и та одобрительно кивнула.

Мальчик спокойно подошёл к мужчинам и внимательно рассмотрел животинку. Это был небольшой чёрный ворон, нетерпеливо топтавшийся по плечу Альберта. Старший Хель заметил взгляд ребёнка и присел на одно колено. Ричард затаил дыхание. Вблизи птичка оказалась ещё интереснее. Почтовых птиц он видел и раньше, но так близко они ему не давались.

– Только аккуратно. – Ал посадил почтальона на руку.

Ричард бережно, одним только пальчиком провёл по вороновой головке. Мягкие пёрышки прилегли, и птица мотнула головой. Это рассмешило Фауса. Он уже смелее погладил спинку и крылышки. И одну лапку. Потому что ко второй был привязан листок.

– А что это?

Ал отцепил послание от лапки и раскрыл свиточек. Быстро пробежав глазами, он одобрительно кивнул.

– Это послание от Клауса. Он будет ждать нас в Северной Инквизиции до полудня. И тебя в особенности.

Ричард только сильнее воспрянул духом. Он ещё немного покрутился около кареты, но вскоре вместе с Альбертом вернулся в столовую, где их уже ждали Морганна и Нишант с готовым завтраком. Мальчик тщательно вымыл ручки и шмыгнул под локоть Хель, обнимая её. Ал сел рядом на лавочке – слева от него.

Каша не пахла странными приправами, только немного чем-то сладким и молочным. Ричард смело взялся за ложку и зачерпнул, сразу отправив в рот. При этом он тут же закрыл глаза – а вдруг невкусно? Но на деле оказалось с точностью до наоборот – каша была восхитительной. Тёплая и сладкая, в ней то и дело попадались ягодки, а приятный сливочный запах так и лез в нос. Было только слышно, как ложка бьёт по деревянной тарелке.

– Это что? – Нишант наклонился к Морганне.

– Манка. – Хель отпила чаю и заулыбалась. – Глянь, у него уши шевелятся. Точно понравилась.

Альберт одобрительно поглаживал мальчика по спине, неспешно завтракая.

– А ты не забыл, какой сегодня день, велли? – Морганна резко переключилась на брата и от нетерпения выпрямилась.

Нишант поднял глаза в немом вопросе, а Ричард заинтересованно отставил чашку с чаем, которым запивал кашу, чтобы «лучше проходила».

– Не имею ни малейшего предположения. – Ал рассмеялся на тяжёлый вздох сестры. – Помню-помню. А ты что же, успела приготовить мне подарок?

– А что сегодня? – Ричард еле удержался, чтобы не вытереть рукавом грязную щёку. – Праздник?

– Да! – Морганна крепко сжала ладонь брата. – У Ала сегодня день рождения. Это очень важный праздник. Он есть у каждого человека и повторяется каждый год. В такой день принято дарить подарки. Мой день рождения, например, прошёл восьмого апреля.

– А зачем он нужен? – Мальчик отправил ещё одну ложку в рот.

– Чтобы поблагодарить мир за то, что ты прожил ещё один год. – Альберт ласково погладил ребёнка по волосам. – Вот когда ты родился?

– Я не знаю, – Ричард пожал плечами, – и о празднике тоже впервые слышу.

Хель и Нишант переглянулись между собой, но замолчали. Альберта неприятно кольнуло внутри.

«Что ж за мати-то такая?»

Но он промолчал.

Ричард довольно скоро расправился с кашей и чаем, как и остальные. Пришла пора отправляться в путь. Остатки вещей погрузили в карету ещё перед завтраком, поэтому было лишнее время до отправления.

Зеркало из вчерашнего ритуала Морганна завернула с собой и спрятала в сумку, а владельцу заплатила как за разбитое.

– Так почему нота хромает?