Двадцать два несчастья. Том 14 - Данияр Саматович Сугралинов

— Так она же человек довольно известный и имеющий связи в районе… — начал объяснять Наиль.

— Да мне плевать на эту бабку! Что она там мутит? — перебил я.

— Пелагея подала заявление в опеку и прокуратуру, — сказал Наиль. — Добивается, чтобы Райку лишили родительских прав, а потом хочет оформить опеку над Борькой.

— Но ей же сколько лет?

— Возраст будут оценивать отдельно. Материалов против Райки она собрала много, и связи в районе у нее есть. Угрозу надо воспринимать всерьез. Поэтому я думаю, что нужно сделать так… — Но договорить Наиль не успел.

Раздался чей-то вскрик, и мы обернулись. К нам изо всех ног бежала Тайра Терентьевна и истошно голосила.

— Что случилось? — закричали мы в один голос.

— Там Япар… Мертвый лежит! — выпалила она, сотрясаясь в рыданиях.

От этих слов у меня чуть не подкосились ноги.

Глава 15

Мы с Наилем синхронно охнули и во всю прыть бросились туда, откуда только что выбежала перепуганная Тайра Терентьевна. Ноги оскальзывались на утоптанном снегу, Наиль в своих городских ботинках еле поспевал следом. Но, как мы ни торопились, Диана, которая до этого стояла поодаль и с недовольным видом грела уши, пытаясь уловить хоть что-то из нашего тихого разговора, сорвалась с места тоже и, срезав путь по боковой тропинке, опередила нас обоих.

Япар лежал на снегу, широко раскинув руки. Рукавицы валялись поодаль, голова была откинута набок, а под затылком медленно расплывалось кровавое пятно, ослепительно алое на белом насте.

Не успел я сделать и шага, как передо мной развернулось окошко Системы.

Диагностика завершена.

Основные показатели: температура 36,2 C, ЧСС 56, АД 150/90, ЧДД 12.

Обнаружены аномалии:

— Закрытая черепно-мозговая травма, ушибленная рана затылочной области.

— Угнетение сознания до сопора.

Наскоро пробежав глазами показатели, я выдохнул:

— Жив, курилка.

И чуть громче, уже для всех, повторил:

— Живой он. Наиль, вызывай скорую и полицию. Скажи: травма головы, без сознания. Диана, отведи, пожалуйста, людей подальше, пусть не топчут снег.

Вокруг уже скопилось довольно много народа. Все бестолково суетились и ахали, а кто-то уже порывался поднять Япара и посадить.

— Не трогать его! — рявкнул я.

Диана, надо отдать ей должное, распоряжение выполнила мгновенно и оттеснила народ на дорожку.

Я опустился на колени, стараясь не сдвинуть пострадавшего ни на сантиметр. Окликнул его по имени, потом еще раз, громче, но Япар не отозвался. Грудь поднималась ровно, а на сонной артерии под холодной кожей билась кровяная ниточка, тонкая, прерывистая, но тем не менее она была. Уже хорошо. Зафиксировав голову ладонями, я только тогда ощупал затылок. Под сбившейся шапкой кожа была глубоко рассечена, вокруг раны наливалась плотная припухлость. Дальше я действовал уже не думая: сознания нет, дыхание есть, кровообращение есть, шею не трогать, ждать бригаду. Хуже всего было то, что снаружи такие травмы почти всегда выглядят безобиднее того, что творится под костью.

— Наверное, кто-то с силой ударил его сзади, — шепнула Диана, присев рядом и стараясь, чтобы работники не слышали.

— Возможно. А возможно, поскользнулся и приложился о наледь. Рано делать выводы, — ответил я, хотя сам в версию с наледью не верил, потому что рана располагалась слишком высоко, а пятно на снегу было слишком широким.

— Хорошо, что шапка смягчила удар, иначе точно убили бы.

— Может, и не убить хотели, а только оглушить, да переборщили с силой, — сказал я, приглядываясь к ране. — Но с таким ударом разницы немного.

— Да как же так, — растерянно проговорил Наиль, уже убрав телефон. — Зачем? Он же такой нормальный мужик был.

— Почему был? — возмутилась Диана, но я ее перебил:

— Потому что он узнал, кто поджигал священную рощу.

Сказал я это, видимо, громче, чем следовало, и сзади по толпе прокатился ропот. Отступать было поздно, и я добавил:

— Он собирался еще раз все перепроверить и сегодня хотел назвать мне имя. Не успел.

Диана принесла из хозблока аптечку и по моей просьбе подержала Япару голову, пока я прикрывал рану стерильной салфеткой, стараясь не давить. Потом по очереди приподнял ему веки. Зрачки были одинаковыми и на свет реагировали. Признак хороший, но серьезной внутричерепной травмы он не исключал.

До приезда скорой я так и просидел на снегу, удерживая ему голову. Прибыла она быстрее, чем я ожидал. Фельдшер осмотрел Япара, два дюжих санитара зафиксировали ему шею воротником и осторожно переложили на носилки. Я коротко изложил фельдшеру все, что успел увидеть, и попросил передать в приемном, что позже подъеду сам. Все, что мог из первой помощи, я сделал, но легче от этого не становилось. Машина ушла в сторону Морков, а меня не отпускало тяжелое чувство: опасность для Япара не миновала, ведь тот, кто его ударил, знал, что свидетель выжил. И мог захотеть довершить начатое.

Как все это распутать, я пока не представлял. Расстроенный, я брел к главному корпусу, забыв и про завтрак, и про все свои планы на день. Предстояло много возни с полицейскими протоколами, и я заранее прикидывал, что в них говорить. Про поджоги и про Япара молчать было бы глупо, а вот про священную рощу, духов и марийские поверья рассказывать не стоило, а то этот разговор сразу превратится в допрос сумасшедшего. И тут я вспомнил про небольшие следы, которые сфотографировал перед возвращением. Когда я пытался дозвониться Япару, он уже, возможно, лежал здесь.

Вскоре подъехала полиция, и мне пришлось вернуться. На вызов прибыли двое молодых сотрудников и хмурый следователь постарше. Я показал ему фотографии следов и объяснил, где они тянутся, рассказал о двух попытках поджога рощи и о том, что Япар кого-то подозревал и собирался назвать имя. О местных поверьях распространяться не стал, поскольку для протокола хватало фактов. Рощу на территории санатория поджигали трижды, а человека, который вычислил поджигателя, ударили по голове в то самое утро, когда он собирался это имя озвучить.

— Фотографии мне перешлите, — сказал следователь, записав мой номер. — И к обеду подойдите в отдел, оформим протокол.

Наиль догнал меня на дорожке и пошел рядом.

— Это нам самим теперь расследовать придется, — сердито вздохнул он. — Полиция будет долго крутиться по всей территории, как я понимаю.

Я кивнул. Какая бы ни была официальная версия, найдут они того, кто ударил Япара,