Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 11 - Сергей Алексеевич Евтушенко

который день подряд я спал по два-три часа, вне зависимости от степени усталости. Да и уставал ли я на самом деле? Подпитка Полуночи и Авалона давно трансформировали моё тело в нечто, не укладывающееся в рамки обычной человеческой биологии. В своём замке при желании я мог бы оставаться на ногах целую неделю, испытав разве что лёгкий дискомфорт. Вне Полуночи — другое дело. Я всё ещё испытывал голод и жажду, чувствовал боль и терял силы в местах вроде Риида и Йхтилла. Большинство функций организма здорового человека оставались со мной в любых местах, и это не могло не радовать. Я хотел думать о себе, как о человеке, а не боге или чудовище — так и в клику к Знающим недолго угодить.

Надо обратиться к Лите за усыпляющими заклятьями или хотя бы продвинутыми техниками медитации. У паучишки-то со сном проблем не было, даже наоборот — она бы с радостью оставалась на ногах ещё часов шесть-семь в сутки. Дотяну до начала ночи, и если не удастся заснуть…

Я открыл глаза и уставился на сумрачную равнину, бескрайнюю равнину, протянувшуюся так далеко, насколько хватало глаз. Знакомое место. Пожалуй, даже привычное. Здесь проходили все мои встречи с Альхиретом и одна встреча с Мастером. С первым я готов был общаться только путём старого доброго мордобоя, со вторым — не прочь нормально поговорить. Стоит заметить, в прошлый раз меня отсюда выкинуло как раз во время разговора, и достаточно бесцеремонно. Может, сейчас всё пройдёт иначе?

Впрочем, быстрый осмотр окрестностей не внушал оптимизма.

Обычно здесь дул свежий ветер, от легчайшего бриза до ураганных порывов, но сейчас стоял абсолютный штиль. Не было слышно ни стрекотания сверчков, ни звуков других насекомых, ни даже шелеста трав. Всё застыло, замерло, растения пожухли, покрылись инеем. И дело было явно не во внезапно подкравшейся зиме — этот странный спокойный мир не знал смены времён года, пока царила вечная летняя ночь. Сегодня же даже звёзды померкли, распадаясь из созвездий на отдельные, едва заметные точки в огромном чужом небе.

Это место всегда подкупало чувством покоя и свободы, чувством даже несколько неуместным, учитывая компанию Альхирета. Неуместным — но не ложным, не пытающимся заманить меня в ловушку. Скорее, Альхирет выбрал сумеречную равнину для переговоров как раз потому, что здесь не было фальши. Её не было и сейчас, но свободой и покоем, увы, тоже не пахло. Тревога на грани паники, задавленная некой недоброй силой до состояния тишины. Кто-то постепенно душил бесконечную степь под звёздами, выжимал из неё жизнь капля за каплей. И у меня имелось хорошее предположение о личности этого «кого-то».

Я шагнул вперёд, ощущая, как иссушённые, ломкие стебли осыпаются на землю под моими ногами. Хотя ветер не вернулся, становилось всё холоднее, воздух леденел на вздохе. Если так пойдёт дальше, придётся закутаться в облик «Зверя» просто чтобы не замёрзнуть. Вопрос только в том — идти мне куда-то или оставаться там, где стою. Что сделает хоть какую-то разницу в рамках поглотившей всё вокруг свинцовой зимы?

Новый шаг, ещё один, затем ещё, долгое путешествие сквозь угасающий мир. Ни ветра, ни капли тепла, ни отголосков музыки высших сфер, что обычно сопровождала меня здесь. Вне зависимости от того, приду ли я куда-нибудь, становилось кристально ясно — это мой последний визит. Меня позвали, чтобы попрощаться.

Валун, на котором сидел Мастер, развалился на части, словно оказался слеплен из грязного льда. Его обломки сложились в знак — тот самый знак, что существовал в Йхтилле до Князя в Жёлтом, но больше о нём ничего не было известно. Единственная подсказка для поисков Мастера сегодня стала горьким напоминанием, последним напоминанием — нельзя тянуть месяцами и тем более годами. «Гибель вселенной» могла оставаться набором звуков, но это не значило, что дорогие моему сердцу места останутся невредимы.

Я не успел полюбить сумеречную равнину, не успел даже получше узнать её. Теперь же меня лишили даже тени такой возможности.

Больше ничего не оставалось — кроме как стоять посреди мёртвых трав и гаснущих звёзд, пока воздух не застыл в лёгких. Твёрдая земля под ногами дрогнула и осыпалась вниз, увлекая меня всё дальше и дальше в голодную чёрную бездну.

Мне едва удавалось поспать, и даже если я справлялся, то не видел снов. Но чего точно не происходило за много, много месяцев — я не просыпался от собственного крика. Сегодня пришло время вспомнить эту не самую весёлую традицию.

— Вик?

— М?

— Как вы?

Окончательно прийти в себя в объятьях возлюбленной, которая к тому же нежно гладит тебя по голове — не худший вариант из возможных. Кас сегодня не засыпала со мной в нашей спальне, но возникла рядом в ту же секунду, как показалось, что мне грозит опасность. И кто кого оберегает от беды, скажите на милость?

— Бывало и хуже. Хотя определённо бывало и лучше, даже с учётом обстоятельств. Я сильно кричал?

— Сильно. Луна ждёт за дверью, во всеоружии. Дети тоже проснулись.

— Спасибо, хоть не решили сжечь дверь, — проворчал я. — Угроза миновала, можно спать спокойно.

— Точно? Вам в том числе?

— А вот тут как повезёт.

Спустя пятнадцать минут Ава с Яном были отправлены назад, в драконятник. Они порывались остаться дрыхнуть со мной, как в старые добрые времена, но кровать бы их не выдержала при всём желании. А вот Луна оставалась в рамках приличных для спальни габаритов и вскоре сладко сопела рядом, при случае способная быстро дотянуться до любого оружия из вываленной на пол кучи. Мы с Кас не последовали её примеру, потому я тихо рассказывал о гибели сумеречной равнины, а моя кастелян слушала.

— Это всё ещё мог быть морок высокого уровня воплощения, — сдержанно сказала она. — Я отслеживала эманации, исходящие от окружающих нас узлов и иного пространства паутины. Всё спокойно, звёзды пока не гаснут.

— Да, Ноарталь и Торвельд тоже в порядке. Но то было особенное место, Кас, будто часть… нормального мира снов, а не грёбаного кошмара.

— В таком случае, возможно, его получится однажды вернуть.

Кас, как и положено кастеляну Полуночи, думала на три шага вперёд. А вот мне не давало покоя настоящее, особенно то, на которое пока что можно было повлиять.

— От Асфара были какие-нибудь новости?

— За последние пару недель — нет. Послать официальный запрос?

— Давай.

Вряд ли мой друг о нас забыл — просто дел у него сейчас было примерно в тысячу раз больше, чем у меня в самый загруженный период