Изгой - Герман Иванович Романов

– Стрельцы твои в одноцветных кафтанах ходят. С московских полков пример взял?

– Ага, чтобы путаницы не произошло. А ратники одеты, во что горазд каждый. Но они за тыном сидеть будут и в поход не ходят. Хотя, если нужда будет, кошевой атаман их всех ополчить может.

– Понятно, рать увеличит многократно.

Лобода покрутил головой, нахмурился – идея всеобщей службы его явно озадачила не на шутку. Юрий прекрасно понимал, о чём сейчас думает сотник «слобожан».

Ведь что у запорожцев, что у донских казаков на землях проживала масса народа, что в работниках были, ремеслом или хлебопашеством занимались, или промыслами. Стенька Разин именно таких на бунт подбил, и «гулящих людишек» набрал. Войско из таких плохое, воевать толком не умеют, но вот смуту учинить запросто могут. А тут стрельцы подготовленные – есть повод для тревоги. А ну, если не против татар и ногаев выступят, а вместе с ляхами против царя московского?!

– Вижу, на стене у тебя мушкет висит удивительный. Да и стрельцы твои такими вооружены поголовно. – Необычного действительно много, Семён Афанасьевич. Стрельба из него намного точнее выходит, и чуть дальше, чем из обычных фузей. Пуля точно подогнана под ствол, зазора нет, в бумагу оборачивать её не приходится, а потому заряжать можно быстрее.

Юрий взял ружьё и выложил его на стол. Следом положил все принадлежности, что стрельцу полагались, включая штык-нож. Лобода тут же впился во всё взглядом.

– В походе множество османских мушкетов захватили, стволы от них. А вот всё остальное – моя задумка. Замок переделан, почти без осечек обходится – сто выстрелов спокойно сделать можно, потом перебрать заново. Ложе с прикладом удобные, опять же, ремень есть: хоть на плече носи, когда пешком идёшь, хоть через шею поперёк спины вешай. Последнее для всадников очень полезно, если в рубку ввяжутся…

– По спине саблей не полоснут, ствол удар на себя примет. Как занятно! – пробормотал Лобода, прощупывая сильными пальцами погонный ремень. Видно было, что новое ружьё его занимает – он тронул мушку в кольце, затем ткнул пальцем в целик.

– Так, а что это?

– Совмещаешь в прорези мушку – и стрельба точнее пойдёт. Запорожцы новинку сию опробовали, им сильно понравилось. Теперь в Сечи переделывать все ружья будут по этим образцам. А это штык, вроде багинета – вот так он крепится, – Юрий вытащил клинок из ножен и за секунды присоединил его к стволу. Затем пояснил:

– А так уже в руках пика будет, пусть короткая, но всадника на неё принять можно, да и вражеского мушкетёра заколоть – шпагой он отбиться не сможет от выпада. На аршин расстояние будет дальше для укола, а в схватке это важно. Да и бердыша для упора не нужно, фузея эта намного легче обычного мушкета, да и в бою, в свалке, большим топором не шибко помашешь – заколют штыком с одного выпада.

– Понятно, – мотнул головой сотник и ткнул пальцем в газыри. – А это берендейки такие?

– Так точно. Лучше бы заряд с пулей бумагой обернуть, да в патрон превратить. Вот только нет у нас бумаги, пришлось пеналы делать из бересты, она влагу не пропускает, и войлочным пыжом закрыта. Порох на полку насыпал, затем в дуло – следом пыж забил и пулю кинул. Если далеко стрелять нужно, то ещё один пыж. А если спешка какая, то поступать, как свеи в боях делают, можно – как пулю на порох кинул, прикладом по земле стукнул и хватит. Курок взводи и стреляй!

– Вижу в походах и сражениях ты побывал изрядно, раз такому дело научился. А где именно воевал? Опыт у тебя изрядный, с умением. И людей учишь, и оружие чудное делаешь во множестве.

– Стволы только османские, всё остальное тут варганим, и амуницию с одеждой воинской шьём. Кошевой приказал поторопиться, с утра до вечера кузнецы и работники трудятся. Атаман сказал, что тревожно в степи, турки с татарами к большому походу готовятся.

Юрий говорил спокойно, заставляя сотника открываться всё больше. И ожидал просьбы, которая тут же последовала.

– Дал бы ты фузею свою со всеми принадлежностями к ней?!

– Казакам твоим, Семён Афанасьевич, али в Малороссийский приказ отправить хочешь?

– И так, и так, – смутился сотник, понимал видимо, что игра его давно раскрыта – Галицкий умело уходил от вопросов по поводу своего прошлого, но в то же время навязчиво рекламировал оружие.

– Новинка больно удивительная. Чудо чудное, Юрий Львович. Мыслю, гораздо полезнее московских пищалей будет. И мушкетов лучше, что у солдат полков иноземного строя.

– Намного лучше, чего скрывать! Хорошо! Дам тебе два ружья со всей амуницией и снаряжением, что к ним полагаются. Одно тебе, другое дьякам Малороссийского приказа передашь. Может, и успеют до османского похода производство фузей и переделку мушкетов наладить. Враг у нас общий, с ним сражаться всяко придётся. Только чур – отдарок за тобой, у нас стволов не так и много, атаман спросит. Железо нам доброе нужно и порох к нему. Да уголь древесный – запас заканчивается.

– Отправлю требуемое, Юрий Львович, как в обитель прибуду. Благодарствую за хлеб-соль, но в дорогу уходить нужно. Тут десять вёрст всего – через час на месте будем, сани-то пустые…

Глава 13

Первый праздник в этом мире, где никто не отмечает Новый год! Зато Рождество куда значимее, тут народ верует искренне.

Юрий набил табаком трубку – пристрастился к курению накрепко, хотя раньше такого за собой не замечал, хотя время от времени пачка сигарет имелась в кармане.

Странное время стояло на дворе, для него непривычное – год начинался не с 1 января, а с первого дня осени, а летоисчисление велось не от Рождества Христова, а от Сотворения мира. И ёлку новогоднюю, то есть рождественскую, здесь не ставили.

Смалец, многое видевший в этом мире и помотавшийся по свету изрядно, поведал, что в германских землях обычай украшать дома еловыми и сосновыми ветками имеется, как и разница в календаре. Ибо православные живут по юлианскому, а католики – по григорианскому.

Галицкий все эти долгие месяцы только и делал, что удивлялся и учился, хотя раньше думал, что после школы не возьмёт в руки ручку. Последних здесь не было, писали гусиными перьями, острить которые стало для него поначалу нешуточной проблемой. Перепортил массу перьев, пока наконец не приловчился. И уже всерьёз подумывал, как сделать хотя бы медное перо и прикрепить его к палочке.