Песня скорпионов - Елена Анатольевна Прудникова

Лежащий перед ним список претензий, напротив, относился к прочему докучливому миру. Лениво пролистав несколько страниц, контр-адмирал брезгливо отодвинул папку в сторону и со скукой взглянул на Воислава.

— Доложите своими словами. Только кратко.

Стало ясно: в заранее полученные бумаги он заглянуть так и не удосужился.

— Слушаюсь, — подобных субъектов Войко за десятилетие службы насмотрелся вволю, даже желание их пришибить почти пропало. — Зажимы двухсот семидесяти шести водогрейных трубок в паровых котлах номер 2, 3, 4, 8, 11, 12, 14 и 15 — более чем каждая двадцатая — бракованные или установлены с нарушением инструкций. В ходе последнего полёта пять трубок в паровом котле номер 8 вылетели из гнёзд, и двое матросов получили ожоги от вырвавшегося пара. Имея полный ход 100 вёрст в час, крейсер может давать не более 70-ти, и то короткое время.

Треснутая лопасть правого винта не заменена. Вместо замены трещину наспех заварили, и половина лопасти угрожает оторваться в любой момент. Вмятины подшипников поворотного механизма носовой орудийной башни вызывают вибрации и заедание. Башня не может вращаться с необходимой скоростью, и существует постоянный риск заклинивания. Броневые заслонки перегрузочных отделений кормовой орудийной башни и каземата № 5…

— Достаточно! — «Морж» досадливо махнул рукой. — Крейсер вышел из ремонта два месяца назад, акт приёмки подписан — в том числе и вами. Куда вы смотрели на испытаниях?

— Акт подписан моим предшественником. Капитан был болен и положился на него. Почему его подписал военпред, я не знаю. Возможно, вы в курсе…

Конечно же в курсе! Заводчане выполнили не больше половины требуемых работ, получив деньги за ремонт полностью, а также премии за опережение сроков. Качественные детали толкнули на сторону, поставив вместо них уже использованные либо брак. С прикормленным военпредом поделились, и тот, как обычно, решил проблемы с приёмкой. Обычно экипаж устранял недоделки своими силами, но тут припёрся этот…

— Хорошо, капитан. Пишите требование на детали, попробую что-нибудь сделать. Поправите в свободное время, будет чем занять команду.

— Исправление заводских недоделок не входит в обязанности личного состава! — отчеканил Гверо. — Только техническое обслуживание и текущий ремонт. Сейчас крейсер небоеспособен и в таком виде летать не должен. Это опасно для других кораблей и экипажа.

Контр-адмирал оглядел настырного старпома с просыпающимся интересом. Ладно, и покруче нахалов обламывали…

— Не надо разговаривать со мной таким тоном! — «Морж» пренебрежительно хрюкнул в усы. — Мои схалтурили, конечно, и я кое-кому хвост накручу непременно. Однако ведь и ваши акт приёмки подписали. И я даже не исключаю, что у меня где-то завалялась докладная о том, что им предлагали провести работы основательнее, но товарищи очень торопились…

На последних словах верховный ремонтник внушительно направил в сторону возомнившего о себе молокососа волосатый палец, но, глянув в его лицо, осёкся. Капитан Гверо улыбался столь ласково, что лейтенант-секретарша, увидев такое, мгновенно разделась бы до нижнего белья.

— Разрешите уточнить, товарищ контр-адмирал? — Голос Воислава казался ещё приветливее улыбки. — Лично я ничего не подписывал, и неприятности подписавших меня не интересуют. Поэтому мною будет немедленно составлен рапорт о срыве ремонта, копия которого окажется на столе заместителя командующего флотом вице-адмирала Доневича.

«Морж» фыркнул. Сопляк оказался ещё глупее, чем казалось.

— Полагаете, что в штабе флота станут рассматривать писульки каждого старпома? Ваш рапорт до Доневича даже не дойдёт.

— Дойдёт. Я отправлю его письмом, на домашний адрес. — Глаза кап-три опасно блеснули, он шагнул к столу и навис над собеседником, одновременно сунув руку в карман. На секунду адмиралу-снабженцу показалось, что его сейчас пристрелят. Но из кармана появился не пистолет, а всего лишь фотография семейства Доневичей. На ней, рядом с отцом, красовалось двое мальчишек в форме курсантов-первогодков, в одном из которых без труда можно было узнать юного Войко.

— Вице-адмирал категорически против использования личных отношений на службе, но в данном случае непременно сделает исключение из правил.

Иного флотского бюрократа фамилия Доневича, возможно, и сокрушила бы, но только не этого! Воислав вдарил главным калибром, однако натолкнулся на мощнейшую броню.

— Пишите, капитан! — Теперь уже и «морж» лучился благодушием. — Могу даже снабдить вас хорошей бумагой. Как только получу приказ из штаба флота, вашу развалюху тут же поставят в очередь на повторный ремонт! Или, наконец, спишут, как и всех остальных из её серии.

Вот сволочь! Как будто Воислав не знает, что очередь на ремонт у них тянется не меньше двух лет. За это время на «Тавалоге» может произойти не одна авария с трупами, отвечать за которые придётся старпому. Небось, рассчитывает избавиться от него с помощью трибунала? Ладно…

— Вижу, вам всё же кое-что неизвестно, — совсем уже нежно прошептал Войко. — Мой предшественник, капитан III, то есть уже II ранга Джикес находится в начале большой и славной карьеры, которая не позднее чем через год приведёт его на пост военного атташе в одном из ведущих государств Лиги. После моего рапорта о блестящих перспективах придётся забыть — вице-адмирал Доневич не терпит халтурщиков, и командующий флотом, кстати, тоже, никакие высокие связи тут не помогут. И если до соответствующих людей, — капитан зловеще указал на потолок и слегка закатил глаза, — будет доведено, что именно вы могли предотвратить неприятности и не предотвратили, то какие выйдут последствия лично для вас? Уверяю, речь идёт об очень высоких кабинетах, при взгляде на которые даже с адмиральских голов фуражка падает.

О мстительности матери будущего атташе и влиянии её поклонников ценитель мужской ювелирки был явно наслышан. Он побагровел так, что Войко даже испугался, как бы его удар не хватил. Затем перевёл дух и взревел, словно взаправду приходился родичем клыкастым великанам полярных льдов.

— Зоряна!!!

Секретарша появилась мгновенно — воздух ещё дрожал от начальственного рыка. Контр-адмирал расписался на услужливо пододвинутом ему списке претензий. Потом на копии, которую Воислав подготовил для себя. И, свирепо взглянув на красотку, велел:

— Приказ о немедленном проведении ремонтных работ на крейсере «Тавалога», согласно прилагаемому списку! Срочно!

Старпом вежливо поблагодарил, откозырял, покинул кабинет и уселся напротив секретарши — дожидаться копии подписанного приказа. С удовольствием размышляя о физиономии «моржа», когда до него дойдёт, что документ, на котором тот оставил свой автограф, включает ещё и установку на «Тавалоге» современных приборов управления огнём.

Секретарша подняла голову от пишущей машинки и взглянула на посетителя с восхищением. Добиться от шефа срочного и внепланового ремонта не всякий адмирал сумел бы!

Воислав загадочно улыбался, и в душе его словно играл победный марш военный оркестр. Наглый блеф сработал. Доневич интриг терпеть не мог и