Тень серого дома - Галина Александровна Ивина

– Знаешь, мне понравилось, – призналась Лия, когда Клим провожал ее до дома.

Они неспешно брели по широкому тротуару. Зажигались фонарные столбы, а небо над городом окрашивалось в алый цвет. Воздух напитывался тонкими ароматами цветущей зелени, которым дневная жара мешала распространяться. После ухода солнца они получили свободу.

– Дурацкий фильм понравился?! – Клим ужаснулся вкусу девушки.

Лия рассмеялась, подхватила его под руку и прижалась к нему всем телом. Наверное, она радовалась тому, что сегодня ей не надоедала звонками пьяная мать.

– Нет. Понравилось свидание с тобой.

Парня бросило в жар. Это признание в симпатии, да?

– Мне тоже, – отозвался он.

Почувствовал, что девушка ждет от него активных действий. И хотя сам ужасно волновался, остановился и потянулся к ней. Для поцелуя ему пришлось наклониться, чтобы компенсировать разницу в росте.

Лия сразу отозвалась. Ее губы оказались мягкими и влажными. Наверное, из-за помады, которой она несколько раз подкрашивалась. Она не спешила разорвать поцелуй, а движения ее губ были податливыми и волнительными.

Даже лежа в постели и засыпая, Клим еще чувствовал их прикосновение. А ночью ему приснился сон, наполненный поцелуями и ласками.

Глава 14

Речная сирена

Чуть слышно работал телевизор. С самого утра Клим читал все, что попадалось на глаза о «Сером доме». Он нашел ту статью, про неизвестных грабителей, про снесенную голову и перерезанную шею, вырванную печень, нападение волков, утопление, поджигание, подвешивание и про сброшенную со второго этажа хозяйку. В общем, обо всех тех ужасах, которые перечислил ему Август.

То нападение на «Серый дом» выглядело очень подозрительным и подтверждало слова Эрна. Клим еще больше убедился в этом, когда нашел маленькую заметку в газете. Там говорилось, что полиция не нашла следов взлома.

Как и сказал Эрн, хоть Чудков не существовал физически, он мог управлять «Серым домом» и всеми монстрами из справочника. Он обитал в «Сером доме» и контролировал его, а потом устроил жильцам мясорубку. И он организовал те убийства, но как именно? Он не пошел бы убивать людей сам. Их могла исполнить другая версия «крыши» или… вырвавшиеся на свободу монстры из справочника!

Клим открыл дневник на той странице, где прекратил чтение, и принялся листать дальше. Скоро ему попалась занятная запись о том, что в 1965 году Чудков спрятал справочник на чердаке своего дома. Неужели он имел в виду «Серый дом?»

Заинтересованный Клим обратился к интернету. После коротких поисков он нашел информацию про семью с неспокойным ребенком, которая въехала в «Серый дом» через два года после смерти известного археолога. Он увидел фотографию Чудкова. Профессор выглядел молодо и совершенно нормально.

В другой статье упоминалось о том, что однажды сын новых хозяев каким-то образом разнес половину чердака и его пришлось восстанавливать. Это было за день до жестокого переломного нападения. Что, если мальчик нашел справочник монстров? Что, если достал карточки, чтобы поиграть, и выпустил на свободу кого попало?

После трагической гибели семьи в «Сером доме» больше никто не селился. Получается, именно таким образом Чудков прогнал жильцов из своего дома. Но это сделал не тот Чудков, который вел дневник, а другой – воскресший, который приходил к Климу домой и напугал своей мерзкой рожей.

Жаль, что новый Чудков не завел своего дневника. С его помощью прояснились бы многие вопросы. Бездумно полистав дневник, Клим обнаружил запись, в которой профессор мечтал подчинить себе всех монстров, но сам тут же соглашался, что это какое-то безумие:

«Зачем мне армия монстров? Я только хочу изучать древние артефакты и извлекать их из-под толщи земли. Конечно, в некоторых делах археологам необходима сила. Вот для такого дела монстры бы пригодились».

Клим шумно выдохнул и откинулся на спинку дивана. Вот это расследование! Ему показалось, что он на несколько минут перенесся в прошлое и не хуже опытного археолога покопался в столетних слоях земли.

Удовлетворенный поисками, он закрыл дневник и задумался о завтраке. Его внимание сфокусировалось на идущих по телевизору местных новостях, о которых он забыл.

Красивая девушка бесчувственным голосом рассказывала про парня, который спрыгнул с крыши.

– Свидетели говорят, что слышали пронзительный крик. Он спрыгнул на том же месте, откуда всего пару дней назад прыгнула школьный завуч.

Клим метнул взгляд на экран и увидел фотографию Глеба. К его горлу поднялся плотный ком и застрял там, причиняя боль. Нет! Глеб не мог… Черт!

– …по странному совпадению, именно его учительница. Они вместе работали в школьной газете. Возможно, у них был роман? Наша передача высказывает соболезнования родственникам и напоминает, что самоубийство – не выход.

– Что за дурость?! Какой роман?! – ругнулся Клим, не выдержав такой глупой версии.

За завтраком мама напомнила про ужин. Это были едва ли не первые ее слова – вместо «доброе утро». Она зашла на кухню и кинула быстрый взгляд на Клима.

– Ты обещал, – застегивая пустую кобуру на бедрах, сказала она. – Ты, я и мой парень.

Настроение у Клима было на минусовой отметке. Он не считал Глеба другом, но они работали вместе, «горели» журналистским делом. Неуместное слово «парень», сказанное мамой, исказило его восприятие в каком-то демоническом направлении.

– Ему двадцать лет? – не удержался он от язвительного вопроса.

Хлоя нахмурилась – наверное, заподозрила в его фразе сарказм, – но ответила:

– Нет, тридцать шесть.

Клим гадко усмехнулся. Даже ему самому показалось, что в его усмешке проявилось слишком много злости.

– Тогда какой же он парень? Это настоящий мужик.

Хлоя наставительно склонила голову к плечу и окатила его осуждающим взглядом.

– Он не похож на мужика. Он милый и молодой.

– Как тебе нравится, да?

Хлоя методично сложила салфетку и кинула в Клима. Целилась в лицо, но попала в его тарелку с макаронами. Ее промах спровоцировал новый выпад:

– Меткое попадание. Ты точно служишь в полиции?

Неожиданно Хлоя перестала сердиться и засмеялась, подошла к нему, поцеловала в макушку.

– Рада, что у тебя появилось настроение. Больно смотреть на твое кислое лицо.

Клим приуныл от напоминания, по какой причине у него именно такое выражение. К смерти Эрна приплюсовалась смерть Глеба, и с его эмоциями происходил какой-то апокалипсис. Спасая свой рассудок, он вспомнил вчерашнее свидание и невольно заулыбался.

От Хлои реакция не укрылась.

– О, я знаю это выражение лица! – пропела она, демонстрируя свои наблюдательские способности. – Девочка?

От ответа Клима избавил звонок. Взглянув на экран смартфона, Хлоя нахмурилась и посерьезнела.

«Работа», – понял Клим.

Больше ничего не вызывало такого эффекта. От всех этих убийств мама становилась жесткая, быстрая и