Любить вампира – это хаос - Аура Хейс

Я продолжаю волочить его по полу, и раздается отвратительный скрежет. Кажется, грудь – главный источник его боли, поэтому я осторожно переворачиваю его, чтобы взглянуть на раны.

– Завьер. Боже мой… – Я в ужасе прикрываю рот руками. Передо мной открывается жуткая картина: кожа внизу живота разорвана в клочья. То, что осталось от рубашки, прилипло к ранам и болтается на его худом торсе.

Из глубоких ран непрерывно сочится кровь, и я не могу понять, кто мог такое сотворить. Похоже на следы от когтей, но их размер и форма указывают на гигантское животное. Ума не приложу, как он сумел добраться до квартиры. Я заношу руку над зияющей раной, не понимая, как могу помочь.

– Нужно вызвать скорую. И ехать в больницу. – Я ловлю ртом воздух, перебирая в голове все возможные варианты, но замираю, когда его слабая рука хватает меня за запястье.

– Нет. – Его зеленые глаза, полные боли, пристально смотрят на меня. – Никакой скорой или полиции.

– Это что еще, твою мать, значит?! – Я уже на грани истерики, вокруг него растекается лужа крови. – Ты умираешь! Тебе нужна медицинская помощь! – Трясущимися руками я достаю из кармана толстовки телефон и пытаюсь набрать нужный номер. Только я собираюсь нажать 9, как Зав выбивает из моих рук аппарат, и тот приземляется у дальней стены.

– Да что с тобой не так?! Я же пытаюсь помочь! – Я стараюсь подняться, но он впивается в меня мертвой хваткой.

Его дыхание становится все более прерывистым.

– Я… же… говорил… – Еще один хрип, переходящий в стон. – Кровь… мне нужна… кровь…

Он отпускает мою руку, хватаясь за грудь.

– В шкафу есть пакет с кровью. – Он показывает в сторону спальни. – Он… в сейфе… код… 2354663.

Он кашляет, и кровь брызжет мне на одежду.

Что, черт побери, вообще происходит?

Я бросаюсь к шкафу в спальне и спотыкаюсь на ровном месте. Резко распахиваю дверь и чуть не прибиваю Полуночника, который лежит около нее. Должно быть, он потрясен происходящим не меньше моего.

– Пакет с кровью. Сейф. Пакет с кровью. Сейф. – повторяю я самой себе, разгребая одежду в поисках цели. – Бинго!

Сейф скрывается в дальнем углу, за грудой одежды, и я убираю ее в сторону, чтобы добраться до панели. Звуковой сигнал подтверждает, что код верный, и я вижу внутри самый обычный пакет с донорской кровью. Из открытого сейфа тянет холодом, и когда я хватаю пакет, он кажется ледяным на ощупь. Пластик податливо мнется в пальцах, а жидкость плещется внутри. Стараясь не думать о странности всего происходящего, я бегу в гостиную и бросаюсь к Заву, лежащему на полу.

Он выглядит еще хуже, чем минуту назад. Хотя, казалось бы, куда еще хуже. Его кожа приобрела сероватый оттенок, глаза почти закрыты, а прекрасные черты искажены болью. Я прикладываю пальцы к шее в поисках пульса и начинаю паниковать – он едва прощупывается.

– Завьер! – Я хватаю его за плечи и трясу. Он стонет, и я воспринимаю это как хороший знак: он все еще жив.

– Я… здесь… моя хорошая. – Рука дрожит, он едва может ее поднять. Он тянется ко мне, его пальцы судорожно хватают воздух. – Кровь?

– Вот, держи. – Я кладу пакет ему в руки и придерживаю, чтобы он его не уронил. – Я… Слушай, тебе нужно не просто переливание, Зав. Я не медсестра, а коп. Я вообще не знаю, как делать переливание. Откуда у тебя вообще эта кровь?

Он качает головой.

– Просто дай мне… кровь. Это все… что нужно.

Его губы почти полностью побелели, и меня сковывает страх.

– И… что?

Его зеленые глаза встречаются с моими, и я вижу в них ужас. Как ни странно, мне кажется, дело совсем не в ранах.

– Мне… нужно… ее… выпить.

Я смотрю на пакет с кровью в наших руках. Но он же не…

Он кивает, словно читая мои мысли.

Твою мать.

– Открыть его?

Какого черта я такая спокойная? Это просто сон. Очень странный и страшный сон.

Не говоря ни слова, он снова кивает, и я быстро откручиваю пробку.

Зав пытается приподняться, чтобы не пролить кровь на себя, но с трудом отрывает голову от пола. Я подсаживаюсь сзади, чтобы он мог на меня опереться, осторожно приподнимаю его, но он все равно морщится от боли. А затем я, как завороженная, с ужасом наблюдаю, как он пьет эту кровь. Пьет жадными глотками, и струйки красной жидкости стекают по лицу и шее. Даже испытывая шок, я все равно глажу его по волосам и из последних сил стараюсь удержать его тело.

Что за черт?

На моих глазах рана Зава начинает медленно затягиваться. Я зажмуриваюсь, надеясь, что это всего лишь иллюзия, но, когда открываю глаза, рана выглядит еще лучше.

Это же невозможно.

С рекордной скоростью Зав осушает пакет и валится мне на колени. Я тут же начинаю паниковать, думая, что кровь его добила, но на лице у него покой, и я вижу, как грудь поднимается и опускается. Я провожу пальцем по одному из недавних багровых, жутких порезов, но чувствую лишь гладкую кожу. Рана еще не полностью затянулась, но все равно ни у одного человека она бы не смогла зажить так быстро, как у него.

Полуночник устроился в дверном проеме и наблюдает за сценой, помахивая хвостом.

Я перевожу взгляд на мужчину, лежащего на моих коленях без сознания, и тянусь назад, чтобы достать с дивана плед.

Боясь навредить ему, себе или размазать повсюду кровь, я укутываю его в плед, медленно выползаю из-под него и поднимаюсь на ноги. Выдыхаю и замираю, не в силах поверить в происходящее.

– Что за черт? – Мой взгляд мечется между Завьером и пустым пакетом на полу. – На моих глазах он едва не умер, а потом залпом выпил кровь, словно какой-то лимонад.

Я плетусь в ванную и смываю с рук кровь Зава. Решившись взглянуть в зеркало, вижу привидение: растрепанные из-за сна и паники волосы, дикий взгляд, синяки под глазами. Выгляжу я дерьмово, но Зав в куда более плачевном состоянии.

А вдруг он не поправится?

Здравый смысл подсказывает, что произошедшее совершенно невозможно, и все же он лежит там на полу, без сознания. Мне нужно лечь в кровать и проснуться утром. Возможно, это всего лишь сон, и, когда я открою глаза, мы оба посмеемся над моим разыгравшимся воображением.

Глава 24. Завьер