Касаясь пустоты: Черная Птица - Джон Олдман

здесь мало. Корабли заходят на часы, максимум — на несколько суток. И почти все с устоявшимися экипажами. — Она пожала плечами. Я бы не хотела здесь застрять.

— Я не занимаюсь извозом.

Она повернулась ко мне.

— Я не прошу долгий контракт. — Пауза. — Мне нужна работа. Тебе нужен человек, который не даст твоему кораблю развалиться при первом же манёвре.

Она подняла стакан.

— Считай это взаимной выгодой.

Я посмотрел на неё. На зелёные волосы. На спокойную уверенность. На человека, который уже решил, что будет на моём корабле.

И где-то в глубине систем, искин “Чёрной птицы” отметил: Потенциальный член экипажа. Замена роли EG-BLK-HLD-99143002 главный инженер, совпадение компетенций — 78%. Надо сказать, что Алисе искин не давал и сорока, впрочем я ей дал доступ первого помошника, а не допустим медицинского офицера.

Я ещё не ответил.

Но решение уже начало формироваться.

Глава 15

У администратора станции Фарпост — Эдварда Нойса — были уставшие глаза, такие, какими смотрят люди, давно разучившиеся спать по-настоящему. Худощавый, вытянутый, с чуть чрезмерно длинными руками и тонкими запястьями — типичный житель внешнего рубежа, выросший в пониженной гравитации.

Он налил себе воды. При 0,3g она текла медленно, лениво, будто не желала подчиняться законам, которые когда-то знала. Вода вытягивалась прозрачной лентой, прежде чем тяжело осесть в стакане. Эдвард подождал, пока поверхность успокоится, поднял стакан и сделал небольшой глоток.

Алисе он воды не предложил.

— Мисс…

— Алиса.

Он коротко кивнул и вздохнул, будто уже пожалел, что согласился на эту встречу.

— Так вот, Алиса. Вы далеко не первый человек, который решил сойти со своего корабля и остаться на Фарпосте. Обычно такие решения принимают на эмоциях.

Он пролистал её временный профиль. Экран почти не светился — данных было мало.

— Документов у вас нет. Рекомендаций, подтверждённой квалификации — тоже.

Алиса не отвела взгляда.

— Я умею работать в скафандре. И прошла начальный курс спецподразделений ОПЗ в VR.

Он поднял бровь.

— В VR.

Не вопрос. Констатация.

— Да.

Она не добавила ни оправданий, ни пояснений. Он ещё раз посмотрел на неё — уже внимательнее. Не на одежду, не на лицо. На осанку. На то, как она сидит. Как держит плечи.

— Это не то же самое, — произнёс он ровно.

— Я знаю, — ответила она так же спокойно.

Алиса достала планшетку и взмахом руки отправила Эдварду последние отчёты боевого VR «Чёрной Птицы».

— Вы можете связаться с капитаном моего бывшего корабля. Он ещё на станции.

Твёрдой уверенности у неё не было. Но почему-то ей казалось, что Алекс даст ей хорошую рекомендацию. Она вспомнила момент в шлюзе. Тот короткий взгляд. Пауза. Она тогда была почти уверена, что он её не отпустит... И часть её, которой она стыдилась, до сих пор не знала, чего хотела в тот момент больше: чтобы он удержал… или чтобы позволил уйти.

Эдвард пролистывал записи без особой спешки. Скорее из любопытства.

На первый взгляд всё выглядело почти анекдотично: девчонка заигралась в боевые VR-сценарии и решила, что реальность ничем не хуже симуляции.

Своего возраста Алиса не называла. Он машинально отметил: а она вообще совершеннолетняя? Не то чтобы это что-то меняло, за пределами Марса законы ОПЗ работали плохо.

Подросток, сбежавшая от обеспеченных родителей с внутренних планет? Такое случалось. Фарпост регулярно принимал беглецов, которые искали «свободу», а находили только жёсткую экономику дальнего рубежа.

Но что-то не сходилось.

Во-первых — расстояние. Люди с внутренних планет на Фарпосте почти не появлялись. Во-вторых — корабль.

Выключенный транспондер. Нелепое название — явно выдуманное на ходу.

Обгоревшая обшивка. Профиль корпуса, который буквально кричал о спецоперациях ОПЗ.

Слишком много признаков, чтобы считать всё совпадением.

К счастью, капитан проблем не доставлял. Представился выдуманным именем, но это было обычным делом. Заплатил за топливо без торгов, не пытался качать права, прошёлся по кольцу как обычный транзитник. Даже инженера нанял из местных, вот у кого-то хватило глупости или отчаянья подписаться на такой контракт.

Эдвард не любил, когда военные корабли с неясными целями, задерживаются на станции дольше необходимого. Но этот пока вёл себя… слишком спокойно.

Земля решила вмешаться в дела его станции?

Мысль была неприятной. Но Земля посылает боевые платформы или ультиматумы по узкому лучу, а не девчонку без документов.

Эдвард перевёл взгляд на Алису. Она сидела слишком спокойно. Потом до него дошло в какой именно VR, Алиса “играла”.

— Интересный профиль, — сказал он медленно.

Алиса молчала.

— Обычно кандидаты вашего… — он на секунду задержал взгляд на её лице, — …типа выбирают другие роли.

Он слегка постучал пальцем по экрану.

— Это не совсем то, что ожидаешь увидеть.

— От меня? — спокойно уточнила она.

Он посмотрел на неё внимательнее.

— Скажите, — произнёс он ровно, — вас заставляли участвовать в этих сценариях?

Алиса не сразу поняла вопрос.

— Заставляли?

— Библиотека боевого VR. Нефильтрованная боль, невозможность прервать симуляцию — Он чуть наклонил голову. — Это не стандартная развлекательная программа.

Она поняла.

И неожиданно улыбнулась. Почти легко.

— Нет. Никто не заставлял.

Он продолжал смотреть.

— Тогда почему?

Алиса пожала плечами.

— Развлекательная библиотека оказалась повреждена.

— Повреждена?

— Да. Долгий рейс. Почти ничего кроме тактических симуляций. — Она чуть развела руками. — Было скучно.

Эдвард молчал.

— Вы хотите сказать, — произнёс он осторожно, — что добровольно выбирали сценарии боевого VR… от скуки?

— А что в этом такого? — спокойно ответила она.

Он задержал взгляд на её лице чуть дольше, чем нужно. Чего-то она явно не договаривала.

— Допустим, я вам верю. Фрегат ОПЗ, который называет себя «Счастливой звездой». Эти записи… — Эдвард замедлил прокрутку, останавливая кадр на моменте, где Алиса продолжает бой с раздробленной рукой. — Боевой VR ОПЗ — это не симулятор. Это вивисекция.

Он поднял на неё взгляд.

— Доступ к нему есть только у военных Земли. Даже большинство служащих ОПЗ никогда его не видят.

Он сделал паузу.

Пальцы его задержались над экраном.

— Нефильтрованная боль. Невозможность выйти. Отработка боевых сценариев до полной нейропсихологической адаптации.

Он снова посмотрел на неё — уже внимательнее.

— По слухам, после нескольких сессий продолжают тренировки не больше десяти процентов кандидатов. Остальные отказываются.

Он закрыл окно отчёта.

— Фарпост — нейтральная станция. Мы не участвуем в конфликтах внутренних планет. Нам не нужны проблемы