Деньги не пахнут 11 - Константин Владимирович Ежов

«Какой идиотский тест. Абсолютный обман!»

Любому слепому было бы видно, как между Рейчел и Шоном искрит воздух. Все эти вопросы, кроме последнего, были мусором. Но даже этот провал оказался полезен.

Потому что Джесси наконец поняла, где именно проблема.

«Всё дело в Шоне».

* * *

Даже для обычных людей переход от дружбы к любви всегда давался нелегко. Переступить эту черту — значит рискнуть. Но в случае Шона…

«Это даже не черта. Это стена. Нет — это Гималаи».

Он излучал такую ауру, будто был гигантской заснеженной горой с табличкой: «Запретная зона. Вход воспрещён». Холодной, величественной, неприступной.

И, как назло, Рейчел была совершенно не тем человеком, кто полез бы на такую вершину без страховки. Слишком тактичная, слишком бережная. Она не из тех, кто пойдёт напролом, обдирая ладони в кровь.

«В одиночку она эту гору не возьмёт».

А значит, ответ был только один.

«Придётся мне стать шерпой».

Даже Эверест начинается с базового лагеря. А значит, первая и самая срочная задача звучала просто и страшно одновременно: сделать так, чтобы Рейчел могла написать Шону сообщение просто так. Не по работе. Без повода.

Всего лишь короткое, будничное сообщение. Казалось бы, пустяк. Но на деле — миссия высшей сложности. Джесси знала это по себе. Каждый раз, когда она писала Шону в рамках своего плана «сделать его более человечным», пальцы судорожно набирали текст, стирали, снова набирали, снова стирали.

«Рейчел никогда не сделает первый шаг».

Она слишком дорожила тем, что у них уже есть. И если оставить всё как есть, ничего не изменится — не раньше следующего ледникового периода. Значит, нужен был мягкий, аккуратный толчок. К счастью, способ оказался до смешного простым.

— Рейчел, — как бы между прочим сказала Джесси, — ты же говорила, что у Шона потрясающе вкусно получается готовить. Я прямо умираю от любопытства. Может, как-нибудь приготовишь это для меня?

— Что? — Рейчел растерялась. — Но я вообще не умею готовить…

— Ты же сказала, что он просто строго следовал рецепту. Тогда сделай то же самое. Я помогу!

— А… ну…

На лице Рейчел мелькнула тень смущения, лёгкая, но заметная. А внутри Джесси торжествующе вскинула кулак.

«Так и знала. Рецепт у Шона есть».

Это означало одно: Рейчел придется написать ему самой. Не по работе. Не по делам Каслмана. А просто… спросить рецепт. Пустяковая причина, почти смешная. Для любого другого человека. Но не для нее.

Рейчел обычно и мысли бы не допустила о таком. Написать Шону без официального повода — все равно что нарушить негласный закон. Пальцы бы задрожали, дыхание сбилось, а сердце застучало бы слишком громко, будто выдавая ее с головой.

Пауза затянулась. В комнате стояла тишина, прерываемая только глухим гудением кондиционера и шорохом ткани, когда Джесси нетерпеливо ерзала на диване.

— Пожалуйста… — протянула она мягко, почти жалобно. — Мне правда, правда интересно.

Рейчел была слишком доброй, чтобы устоять перед искренней просьбой. Она вздохнула, словно ныряя в холодную воду, и кивнула.

— … Ладно. Я спрошу.

Она аккуратно достала телефон, словно тот был хрупким фарфором, набрала сообщение, перечитала его дважды и нажала «отправить». Экран погас. Прошла секунда. Другая.

Динь.

Звук уведомления прозвучал почти вызывающе громко.

Ответ пришел мгновенно — так, будто Шон сидел с телефоном в руках и ждал именно этого сообщения.

«Вот ссылка.»

Коротко. Сухо. Ничего лишнего — только голая информация. Но Джесси смотрела не на текст. Ее внимание было приковано ко времени ответа.

Десять секунд.

— Быстрее, чем я думала… — пробормотала она.

Никакого колебания. Ни тени паузы. Это был явный, безусловный знак.

«Мне он так никогда не отвечал», — с легкой досадой подумала Джесси, но тут же отмахнулась от этой мысли.

Сейчас было не до ревности.

«Вот оно!»

Как говорится, куй железо, пока горячо.

— А можешь уточнить у него, — оживленно продолжила она, наклоняясь ближе, — он точно строго по рецепту готовил? Молоко какое брал — цельное, двухпроцентное или обезжиренное? А масло — соленое или нет?

Рейчел моргнула, явно растерявшись.

— Ч-что? Настолько подробно?

Она выглядела смущенной, щеки слегка порозовели, будто их тронул теплый воздух. Но под настойчивым взглядом Джесси она все же снова набрала сообщение и отправила его.

— Мы… мы его не слишком отвлекаем? — неуверенно спросила Рейчел.

А внутри Джесси ликовала.

«Идеально. Самое главное — сделать первый шаг».

Первый раз всегда самый трудный. Второй будет проще. А дальше — почти привычка. Теперь, когда прецедент создан, написать Шону просто так станет куда менее страшно. Конечно, до вершины еще далеко. Пока они лишь вышли из базового лагеря. Но следующий пункт уже маячил впереди.

«Им нужны регулярные поводы видеться. Не из-за Каслмана — по личным причинам».

Сама Рейчел никогда бы не стала навязываться Шону. Но если повод будет связан с Джесси…

— Рейчел, у меня, вообще-то, серьезная проблема, — вдруг сказала Джесси, понизив голос. — Можно с тобой поговорить?

Так началась их «консультация».

— Честно говоря, я очень хочу стать для Шона почти семьей, — призналась она, глядя в сторону. — Но мне кажется, он меня избегает… Он даже отказался прийти ко мне на Рождество. Я перегибаю палку?

Если попросить Рейчел помочь наладить отношения с Шоном, она неизбежно будет вмешиваться всякий раз, когда появится повод. А значит — новые встречи, разговоры, моменты наедине. Формально — дружеский совет. По сути — продуманная стратегия свиданий. Но Рейчел неожиданно задумалась и дала куда более тонкий ответ, чем ожидалось.

— Может, дело в культурных различиях, — медленно сказала она. — Для американцев Рождество и День независимости — очень важные даты. А Шон ведь переехал в Штаты еще в средней школе, да? Возможно, ему ближе русские праздники.

И тут она, словно между прочим, добавила:

— Например, Старый Новый Год. Дичь конечно. Как Новый год может быть старвм… Шон как-то говорил, что этот праздник всегда напоминал ему семейные ужины с родителями. Как же называлось блюдо… А, точно. Сельдь под шубой. И еще эти… жареные пельмени. Они их там что ли во всех возможных видах едят?

У Джесси округлились глаза.

— Подожди. Ты хочешь сказать, что Шон… рассказывал тебе о еде, связанной с его семьей?

— Ну… да. Мы даже как-то ходили вместе, — Рейчел слегка пожала плечами. — Он не хотел есть один. Правда в какой-то корейский