Хозяйка Медной Горы. Часть II. Ангелы - Варвара Крайванова

привезенные с Метрополии. Вернон прислушался к себе. «Невозможно узнать, кто лежит в реаниматоре, глядя с этого ракурса». Да и если бы было видно, он не знал, как выглядят люди из Деревни, кроме того странного разрисованного старика. Тогда откуда это чувство, словно этих двоих он знает?

Сердце вдруг пропустило удар. В дальнем конце госпиталя происходило что-то нехорошее. Вернон нахмурился. Там стоял точно такой же короб. Включенный. Поддерживающий чью-то жизнь.

Нкаду вежливо спросил, как Вернон себя чувствует. «Надо ответить». Но тот дальний реаниматор словно крючком зацепил его внимание. Ямакава не мог отделаться от ощущения, что человека в том блоке уже не спасти.

Нкаду ждал ответной реплики. Ненужная пауза затягивалась.

Мигнул экран, отображая результаты анализа.

― Да, это новый штамм, и антител к нему пока нет.

Щелк.

Врачи и Малиника обернулись на звук. Ямакава прижимал пробер к сгибу локтя. Нкаду недоуменно нахмурился.

― Проверь на антитела, ― Вернон протянул капсулу Лидии.

Та молча взяла колбу и вставила в анализатор. Что-то выбрала на экране, запустила. Результаты экспресс-оценки появились почти мгновенно. И они зашкаливали для обоих типов вируса.

― Вы готовились к операции. Значит, есть запас моей крови.

Подпись возле цифр на экране сменилась, и они начали расти: компьютер в реальном времени выводил результаты более точного подсчета.

― Эти антитела помогут заболевшим продержаться до выработки собственного иммунитета.

Цифры росли. Рот Нкаду медленно открывался.

Малиника вдруг резко нахмурилась.

― Это что же, я уже два дня как заразная?!

Лидия всё так же молча взяла со стола анализатор выдыхаемого воздуха и протянула Вязиницыной. Та вдохнула поглубже и подула в воронку. Экранчик на приборе загорелся зеленым: вирус не обнаружен.

Малиника задумчиво прикусила нижнюю губу. Моргнула, понимая. На обветрившей, чуть потрескавшейся коже выступила капелька крови. Похоже, растревоженной ядом и недавней похожей болезнью имунной системе Ямакавы хватило и следовых количеств нового вируса, чтобы ополчиться на него.

― Выработка антител ― очень затратный процесс, ― выговорил наконец Нкаду. ― Если извлечь их из крови, он лишь усилится, и может нанести тебе вред. А так достигнет определенной концентрации и остановится.

― Да? И на каком значении? ― Ямакава вскинул брови. Цифры на экране всё ещё росли.

― Это… кровь вообще? ― Малиника недоверчиво прищурилась.

― В любом случае, антитела, выработанные в теле одного человека, могут не работать на других людях. Тесты займут недели!

― Протестируйте на мне, со сканированием химических реакций. У меня нет времени на такую роскошь, как карантин и больничный.

― Хорошо, ― наконец заговорила Лидия. ― Ямакава, встретимся в медпункте на второй террасе через тридцать минут. Захвати завтрак, но не ешь. Лина, приходи часам к восьми вечера, первая доза должна быть готова. Нкаду, единственная существенная новость за ночь ― это начало выработки антител у одного из пациентов. Продолжаем наблюдение в обычном режиме.

Сказав это, Лидия вышла из госпиталя и придержала дверь, показывая, что разговор окончен и гостям пора выметаться.

* * *

Наземная база, 2550-07-25 05:50

Малиника и Вернон вышли.

― Эй! Это ведь они сделали с тобой, ты же знаешь?! ― крикнул Нкаду Вернону вслед.

Тот остановился, шедшая перед ним Малиника тоже. Обернулась.

Ямакава стоял вполоборота к врачу, невидяще глядя себе под ноги и словно к чему-то прислушиваясь.

― Поведение иммунитета после Bear Storm в ситуациях с вирусными заболеваниями не изучено. Это может быть чревато чем угодно, от повторного шторма до какой-нибудь аутоиммунной патологии, ― продолжал Нкаду. Его голос звучал не так нервно, как тогда в медпункте, но было очевидно, что ему искренне страшно за Ямакаву. ― Хочешь снова в реаниматор слечь?

― Ты ведь тоже хочешь их спасти, ― медленно, глухо произнес Вернон. Повернул голову, посмотрел на Нкаду. ― Зачем ты это спрашиваешь?

Ямакава умел подбирать слова так, чтобы они задевали за живое, западали в голову. Когда его голос был непроницаемо холоден, такие слова казались неприкрытой, хоть и эффективной манипуляцией. Но в этот раз в интонации звучали чувства самого Вернона: широкая лента уверенности в предлагаемом решении и в собственных силах, и тонкая нить беспокойства о том, что можно не успеть…

И вот все метания Нкаду странным образом вплелись в эту уверенность, и растворились в ней.

Молодой врач несколько секунд с изумлением смотрел на Вернона. Потом выпрямился. Расправил плечи. Его широкие губы сжались, а в черных глазах появилось… умиротворение?

― Спасибо, ― кивнул он.

Вернон, как обычно, одними глазами, кивнул в ответ.

Эпизод 11

* * *

Наземная база, 2550-07-25 05:52

Джамиль сидел на парапете возле стены столовой, прислонившись спиной и вытянув ноги вперед. На лице ― ДР-очки, на руках ― перчатки управления. Медленно пошевелил пальцем, прокручивая результаты моделирования на показаниях сейсмодатчиков и их сравнение с немногочисленными теперь снимками с орбиты. Кроме этого на виртуальном экране была открыта куча панелей: автономные поисковые дроны, группы быстрого реагирования… Резкое, но скупое движение кисти: Джамиль закрыл всё. Перед ним остались лишь ярлычки самых часто открываемых данных. Информер вирусной нагрузки Мартина перешел в оранжевую зону. Со дня на день ему потребуется аппаратная медицинская помощь. Джамиль закрыл глаза. Стиснул зубы. Добрый, рассудительный и смелый мальчишка, с восхищением смотрящий на Ал-Каласади. «Я сделал всё, что мог. Остается только… ждать».

Среди задач, которые система предлагала Джамилю, не осталось ни одной, что могла бы занять его голову, лишь унылая механическая рутина. Значит, мозг снова заполнится тысячами ненужных мыслей, ядовитых, растворяющих личность, словно укус паука попавшую в его сеть осу. Джамиль согнул ноги, оперся руками на колени.

Утро выдалось свежим и солнечным. Мимо вейвера спешили другие люди, не обращая на Ал-Каласади никакого внимания. Он ведь часто так сидит в сторонке, копается в каких-то своих делах. Джамилю казалось, что вокруг него снова наматывается липкий, темный кокон беспомощного отчуждения, тот самый, в котором он жил до назначения на Нью-Цереру.

Посмотрел на свои руки. Обнаружил их сжатыми в кулаки. Разжал. Сжал снова. Вчера он краем уха слышал, что врачи инициировали у Вернона Bear Storm. Стиснутые зубы скрипнули, внезапно для самого Ал-Каласади. Он вздрогнул и расслабил челюсти.

Раньше он считал, что не способен на сострадание. Ровно до того случая