Хозяйка Медной Горы. Часть II. Ангелы - Варвара Крайванова

исходит теплое и светлое ощущение поддержки. Сидит совсем рядом, кажется, что это внутреннее тепло греет его левый бок. Пришла. Шагнула в комнату так же уверенно, как тогда, одиннадцать лет назад. И сегодня, в тишине этого яркого, умытого дождем утра, сквозь ставшую привычной вуаль ее улыбки проступало то, что так поразило его тогда, в самую первую их встречу, и что в итоге сделало одно ее существование, одно лишь воспоминание о ней его настоящей броней от отчаяния. В серо-синих глазах Малиники Вернон снова видел стальную решимость и необычную, удивительную твердость, которую он не встречал ни в ком ни до, ни после.

Вернон медленно моргнул. Тем вечером в гостиной Семенова он не смог понять природу этой необычности, и только сейчас, воскрешая в памяти всё, что он знал о Малинике, Ямакава вдруг понял, что делало ее такой особенной в его глазах. «Безопасность. С появлением тебя в моей жизни я впервые почувствовал себя по-настоящему в безопасности».

Выдохнул. Закрыл глаза, сосредоточившись на мерной пульсации в груди. Сердце билось легко и спокойно. Он жив. Он среди друзей. Руки греет чашка травяного чая. Он снова вернулся из Ада. Это было счастьем.

Умение замереть в моменте, отгородиться от всех ужасов и проблем, от решений, которые нужно принять, от рисков, на которые придется пойти, от чувства вины, от всего, что ждет его за стенами этой комнаты ― это умение было для Вернона даже важнее, чем умение ждать. «Находить время для своих чувств, и особенно ― для счастья ― только так в вейвах можно сохранить себя».

Только вот сколько ни удерживай эти маленькие моменты, в них нет будущего.

Вернон медленно вдохнул, словно впуская в себя прочитанную вчера краткую сводку событий последней недели. Почти весь день и всю ночь он проспал, так что времени полноценно разобраться в ситуации у него ещё не было. Пока что ясно было одно.

― Не надо было мне шлем снимать.

И Малиника, И Алия молчали. Эта реплика ответа не требовала.

Ямакава отхлебнул одновременно согревающий и освежающий чай, поставил чашку на поднос, и потянулся за своим планшетом. Открыл, готовый увидеть сообщения о смертях незнакомых ему людей, причиной которых он стал.

Смертей не было.

* * *

Наземная база, 2550-07-25 05:17

― У самого первого заболевшего начали определяться эффективные антитела к вирусу, ― сказал Вернон.

Малиника моргнула.

― Это… просто отлично!

Отставила кружку, наклонилась посмотреть на экран. Вернон тут же протянул ей свой планшет. Та что-то ткнула, проверяя. ― Всё верно. Значит, найденная нами мутация лишь утяжеляет течение болезни, но не влияет на выработку иммунитета. Теперь задача сводится к снижению вирусной нагрузки, и, если продолжать оказывать помощь, люди смогут выжить!

Алия наклонила голову набок. «Вы действительно очень похожи. Одинаковое отношение к работе, одинаковый блеск в глазах. И одинаковая способность вселять уверенность и оптимизм в людей вокруг вас».

― Роб говорит, производство искусственных антител с нашим оборудованием невозможно, ― сказала Алия, продолжая свои наблюдения. Сидят рядом, очень близко. Гораздо ближе, чем принято. Но не среди возвращенцев с Нью-Цереры. «Там мог бы сидеть рядом с Вером любой из нас». Алия наклонила голову на другой бок. Сейчас между этими двумя не было ни намека на смущение или неловкость. Или на ревность. Или на страсть.

Вер на секунду отводит взгляд от экрана, смотрит в сторону.

― Надо поговорить с Лидией. Сходишь со мной?

― Да. Заодно разберемся, почему у меня иммунитет к болезни упал. У нее где-то через полчаса ночное дежурство в инфекционном лазарете заканчивается. Встретимся через три минуты в будущей зоне отдыха.

― Хорошо.

Малиника встала, допила остывший кофе и направилась к выходу.

* * *

Наземная база, 2550-07-25 05:20

Как только дверь за Вязиницыной закрылась, Алия пересела к Вернону на колени. Прижалась всем телом. Бережно обняла. Провела рукой по широкой спине. Он тоже ее обнял, одной рукой ― за плечи, другую запустил в волосы. Из всех мужчин только Вер мог обнимать её вот так, как сестренку, а не как женщину. А ещё Алия чувствовала, что эти объятия сегодня ему нужнее, чем ей.

― Вер, ты знаешь, она тебя любит или нет?

Он чуть отстранился. Она тоже отодвинулась, запрокинула голову, чтобы посмотреть в его глаза.

― Нет, не знаю. Но это ничего не меняет.

* * *

Наземная база, 2550-07-25 05:25

― Хорошо, что зашла. Я уже собиралась тебе написать, ― Лидия обернулась от терминала, тут же встала и направилась к шкафу.

Оба, и Вязиницына, и Ямакава, с интересом рассматривали интерьер госпиталя. Терминал дежурного врача располагался в тамбуре, отделенном от основного помещения прозрачной перегородкой с дезинфекционным шлюзом. В углу тамбура стояла кювета. Вернон подошел к ней, заглянул внутрь. Там, в бережных объятиях инкубационного робота, спал новорожденный ребенок. Ямакава удивленно вскинул брови. Он никогда ещё не видел таких малюток. Эта крохотная девочка могла бы уместиться у него на ладони.

― Странно, что Кейт и я так серьезно заразились.

― Это потому, что вирус мутировал, ― Лидия прижала пробер к протянутой руке Малиники. Щелк. Маленькая пластиковая колбочка стала быстро наполняться. ― Похоже, изменение произошло как раз в матери малышки. Новый штамм более опасен, потому что сильней поражает оболочки головного мозга, но наш иммунитет успешно справляется и с ним до каких-либо серьезных осложнений. Кейт уже завтра вернется в спасательную команду.

Лидия сунула колбу в гнездо анализатора. Она говорила спокойно, но в ее размеренной речи звучала безысходность. Что бы там ни вырабатывалось у одного из пациентов, не похоже, чтобы главврача это обнадежило.

В тамбур зашел ее сменщик, Нкаду. Поздоровался, прошел к терминалу.

Вернон рассматривал ряды реаниматоров. Они были двух типов: большие и сложные, как тот, в котором ещё вчера лежал он сам, и упрощенные, сделанные уже на планете. Все ложементы закрыты прозрачными крышками. Значит, пациенты на интенсивной терапии, под полным контролем компьютера. И в тамбуре, и в помещении с реаниматорами горел теплый белый свет. Взгляд Вернона невольно остановился на втором от двери реаниматоре. Потом на третьем. Вернулся на второй. Оба ― полнофункциональные,