Еще раз уйти, чтобы вернуться - Ольга Геннадьевна Соврикова

данное за ними виконтессой Варнари, поможет им не только войти в высшее общество, но возможно даже поспособствует заключению удачного брачного союза. Самым убедительным из всех моих аргументов конечно же оказалось категоричное заверение в том, что все молодые леди, воспитывающиеся в столичных пансионах, получают приглашения на королевские балы. Да! На балы хотели попасть даже такие маленькие леди, а потому у меня получилось. Слезы высохли. Заработала фантазия. Зажглось в сердечках ожидание и надежда.

Мне же, со своей стороны, оставалось пообещать самой себе не только позаботиться о том, чтобы новоявленная бабуля оформила свои обязательства по всем правилам, но и чтобы не забыла при этом их подписать, оставив оригиналы мне, забрав с собой лишь копии. А так как согласие молодых баронесс на разговор с бабулей было получено, за гостьей отправилась карета. Мы ожидали ее к вечернему чаю. Девочки с трепетом и волнением. Я с любопытством и настороженностью.

И она приехала. Весь ее вид, от черного глухого платья и гладко зачесанных волос, украшенных не менее черной лентой, до сурово поджатых губ, выражал недовольство и презрение. Слова, произнесенные ею в ответ на мое приветствие, были вежливыми, а тон ровным и тихим. Мадам умело держала себя в руках. Вот только, как оказалось, она не собиралась ни о чем просить, она с ходу начала приказывать «глупенькой» мне. И потому следующие полчаса я выслушивала вежливые, витиеватые оскорбления.

Это был высший пилотаж! Бабка ни разу не повысила голос и не сбилась на простонародные ругательства. Это было красиво. Теперь я точно могу сказать, чем знатные, воспитанные, столичные дамы отличаются от провинциалок. Они умеют оскорблять собеседника, не теряя собственного достоинства. Мне до нее в этом искусстве, как от Луны до Земли пешком. Но я была внимательна и, тешу себя надеждой, сумела понять из ее монолога главное. Я молодая дура с долгами. Поместье – дрянь. Люди мои – наглые невежи. Бедные падчерицы обречены на нищету, прозябание в глуши. Она же может дать девочкам правильное воспитание, мужей и приданое. А еще я, невзирая на то, что день клонится к концу, должна начать сборы девочек в дорогу, ибо знатная дама желает выехать в дорогу уже через пару часов.

Что мне оставалось делать? Естественно, бегом бежать, теряя тапки, выполнять ее распоряжение? Ха!

Прежде всего, я, не говоря ни слова, протянула ей королевский указ, обязывающий меня воспитывать дочерей мужа. А уж затем, по-прежнему глупо хлопая глазами, дрожащим голосом довела до ее сведения свою точку зрения на ее требования. Я не могу отпустить девочек в столицу без письменных обязательств с ее стороны.

Не знаю почему, но своим требованием я эту фурию довела-таки до точки кипения. Она заорала, но опять же почти вежливо и велеречиво. Еще через полчаса я наконец-то поняла, что такие тупые провинциалки, подобранные благородными аристократами в канаве, не имеют права требовать что-либо. А потому она готова забрать бедных девочек в чем есть прямо сейчас без багажа и сопровождения.

На ее вопли в нашу малую гостиную сбежалось куча народа. Все заохали, захлопотали, увиваясь вокруг гостьи. И, судя по всему, она и сама не поняла не только, как ее убедили в том, что ей вредно волноваться, нервничать и просто необходимо отдохнуть, но и как оказалась за воротами, в нашей старенькой карете, увозившей ее обратно в трактир.

У меня же из-за ее истерики добавилось проблем. Баронессы отказались от поездки в столицу. Полночи у меня ушло на то, чтобы убедить их снова в обратном. Я честно рассказала им о том, как им будет тяжело в чужом доме, как сложно будет выжить там, где они будут проходить обучение. А еще о том, какими умными и красивыми леди они могут стать, если приложат все свои силы к достижению этой цели, как будут блистать на балах в королевском дворце, какие высокородные женихи будут добиваться их внимания! Балы, платья, женихи – какая девочка сможет отказаться от этого? Нет, ну есть, конечно, такие ненормальные, но не аристократки в этом мире. Это точно. Вот и мои подопечные в конце концов окончательно уверились в своих силах и желаниях, и клятвенно пообещали мне начать сборы в дорогу прямо с утра. А бабушка? А что бабушка? Как уехала, так и вернется. Не зря же она столько времени дожидалась моего возвращения.

Вернулась! Да. Вот только документ, который она привезла с собой, меня не устроил. Ночью я составила свой, в коем не забыла указать не только то, что виконтесса Нарси Варнари берет с собой в столицу баронесс Маурику и Настури Вранских, как в ее варианте договора, но и что она обязуется оплатить обучение своих воспитанниц в столичном пансионате (а то засунет в тьмутаракань), назначить их своими наследницами, а также сохранить до их совершеннолетия отданное ей мною в денежном эквиваленте приданое, назначенное им отцом, и дорогостоящих кукол, привезенных им же. О том, что кукол им привез именно отец, девочки были просто уверены, с этого утра, разумеется. Испытывала ли я сомнения, когда подправляла им память? Нет. Спокойствие и безопасность всех нас остающихся в этом почти забытом уголке королевства стоили моих усилий и малой толики неточностей в памяти девочек.

А виконтесса, она не сразу, но все же подписала мой вариант договора. Стоило ей только познакомиться с девочками, увидеть их кукол, и она сдалась. С ними она была другой. Не такой чопорной, не такой занудной. И да… Я влезла ей в голову. Не копалась и не пыталась понять необъятное. Просто закрепила уже существующие у нее желания любить и заботиться о девочках до скончания ее дней.

Они тронулись в путь сразу после полудня. Леди Варнари была приятно удивлена количеством багажа своих воспитанниц. Это при том, что она еще их платьев не видела и шубок с шапками. Но увидит еще. И, как мне кажется, довольно скоро. Путь им предстоит не близкий, а погода, она такая переменчивая.

Пусть я уже успела привыкнуть к своим падчерицам и глядела им вслед с легкой грустью, но зато я была уверена в том, что сделала все, что могла: защитила, обогрела, обеспечила будущее. Четверо детей – это много, это тяжело. Но и двое – не легче. Если ты не сумеешь заявить себя как сильного и уверенного «вожака», они тебя на клочки «порвут». Будут любить, конечно, но при этом взнуздают и поедут. Они дети – это в их природе. А ведь у меня на