Где демон выжигает небеса - Ирина Игоревна Голунцова

Хотя куда делся истинный «генерал» в лице Шуан Тяня, Хао так и не понял даже спустя несколько часов работы. Видимо, как обычно, поспешил где-нибудь отсидеться, избегая общения с людьми.

Тёмных заклинателей, которых планировали принести в жертву, держали под действием усыпляющего заклинания последние несколько дней. Адепты доложили, что произошла пара неудачных попыток побега и, как следствие, двух беглецов пришлось устранить с помощью ошейников.

Хао только кивнул, но невольно забеспокоился. К счастью, Вэй Учэнь не стала испытывать судьбу, её в целости и сохранности довезли до базового лагеря. Хотя чему тут радоваться? Через несколько дней этой женщины не станет.

Каждого из тёмных заклинателей разместили в отдельной хижине на одной улице – домов хватило, как и воинов для стражи. Адептов светлого пути прибыло немало, уж точно не меньше сотни.

Пользуясь случаем, пока главы и мастера занимались организационной работой, Хао направился к одной из хижин. На улице разожгли заколдованные огни, по периметру деревни установили защитный барьер: даже когда местность очистили от крупных тварей, небольшие и мелкие особи всё равно продолжали выбегать за пределы пустыни. Небо над головой почернело, отчего вдалеке ещё чётче стали сверкать вспышки молний.

Стража пропустила Хао без возражений и не встала у него на пути, когда он закрыл за собой дверь. Поставив обычную масляную лампу на хлипкий стол и убедившись, что стражи додумались заколотить окно, Хао подхватил пустующий стул и поставил его перед кроватью. Усевшись и стянув с лица тканевую маску, он тяжко вздохнул, уронив взгляд на Вэй Учэнь.

Руки привязаны к изголовью кровати, но путы были достаточно длинными, чтобы не мешать ей спать. Отчего-то это обнадёжило Хао, вслед за чем он поспешил отмахнуться от неугодных ему мыслей. Однако отвести взгляд от умиротворённого лица Вэй Учэнь оказалось сложнее. Кажется, её волосы стали длиннее, хотя в общем она куда сильнее напоминала женщину из его родного народа ху, а не утончённую аристократку.

Тем не менее Хао помнил её красоту, прячущуюся за всей этой дикостью. Трудно игнорировать осознание, что молодая дева Шэнь Цзи сумела взволновать его сердце. Но он знал, какую цену пришлось бы заплатить за кратковременный миг забвения. В меру своего упрямства он и так чуть не схлопотал искажение ци, потеряв контроль во время парного совершенствования.

Хао оглядел Вэй Учэнь вновь. За недели, которые он не видел её, она почти не изменилась. Тонкие запястья помимо верёвок обвивала потрёпанная красная лента. Волосы теперь убраны в небрежный пучок. И ещё…

Присмотревшись, Хао удивлённо изогнул бровь.

«Она что, слюни во сне пускает?»

Выглядело нелепо. Отчасти мило, но нелепо.

Растерев переносицу и прочистив горло, Хао поднялся со стула и, подойдя к Вэй Учэнь, легонько коснулся её лба, развеивая заклинание сна. Она лениво разлепила веки, нахмурилась, а когда увидела Хао, то остановила на нём нечитаемый взгляд. Пару раз сморгнув, Вэй Учэнь сдержанно выдохнула и осмотрелась.

– Этому заклинателю что-то надо?

Хао едва удержался, чтобы не скривиться. Он уже и забыл, что Вэй Учэнь могла вывести его из себя одним только словом. Раздражение обожгло грудь и разлилось неприятным теплом, которое заставило его мысленно усмехнуться: трудно признать, что он не скучал по этой женщине. Никто в Тайян не рисковал открыто возражать ему, разве что Синь Юй, но в последние годы он больше напоминал богомола, преграждающего плечом путь колеснице[60].

– Только взгляни на себя. Жалко смотреть, – прокомментировал Хао. – Ты могла бы стать уважаемой тёмной заклинательницей духовной школы Тайян. Рискну предположить, что составила бы конкуренцию Заклинателю змей. А по итогу…

– Близок час, и тебя пустят в расход, когда перестанешь приносить пользу или сглупишь показать свою истинную силу, – перебила его Вэй Учэнь.

– В отличие от тебя, этот заклинатель не сглупил, – язвительно подметил Хао и, помолчав, спросил: – Ну и? Стоило того?

– Что?

– Твоя гордость. Думал, что сообразительная, а в итоге оказалась очередной глупой женщиной.

– Хм, – усмехнулась Вэй Учэнь, – глупой – да. Но как женщина? Мне кажется, это мужчины предпочитают ставить свою гордость и упрямство превыше всего. Знаешь, как говорят? «Крыса не видит дальше одного цуня» – потрясающее сравнение, очень подходит для мужчин.

– Тц, – раздражённо цокнув языком, нахмурился Хао, – молчала бы.

– Простите-простите. Действительно. Заигралась я… двенадцать лет притворялась мужчиной, набралась вредных привычек и манер.

Пальцы невольно сжались в кулак, но Хао одёрнул себя и постарался не вестись на провокации. За два месяца он отвык от острого языка Вэй Учэнь.

– Так чего ты пришёл? Позлорадствовать?

Спроси это Вэй Учэнь с ехидством, Хао бы не выдержал и оставил её одну коротать остаток времени в этой убогой хижине. Но в вопросе прозвучала усталость, поэтому уходить он не торопился.

Несмотря на то что Шо Фэн отдал приказ принести феникса Фэнхуана в жертву для запечатывания Разлома, Хао не мог согласиться с таким решением. Его мучила совесть, и непонятно, от чего именно: от того, что ему не удалось обуздать Вэй Учэнь и уберечь её дурную голову, или от того, что он разочаровал своего наставника? Ведь Шуан Тянь со своими суровыми методами до последнего старался оградить Вэй Учэнь от трагичной судьбы.

– И хотя ты не сможешь избежать ритуала, есть один способ остаться в живых. Но он подействует только на тебя.

Хао и самому не верилось, что он это говорил. Он хотел биться головой о стену, внутренний голос осыпал его ругательствами, проклиная за допускаемую ошибку. Он действительно дал слабину, раз позволил себе подобное. Но после того как ему пришлось наблюдать наказание Асуры, он поймал себя на пугающей мысли, что никто не вечен. Ведь Асура мог не отделаться двадцатью ударами. Будь он не столь опытен, его могли и казнить. Хао настолько привык к своему брату, что не представлял без него жизнь.

Каково это, когда дорогого тебе человека больше нет? Ужасно. Пугающе. Ведь по факту, кроме Асуры и Шуан Тяня, у Хао никого и не было. Он не питал иллюзий касательно Шо Фэна: тот всем улыбался в лицо, однако на душе у него царила ледяная стужа.

Семейство Вэй… точнее, Шэнь, оказало на них с Асурой явно не лучшее влияние. Но сейчас, сидя в обветшалой лачуге, рискнув поделиться с Вэй Учэнь информацией, Хао невольно понял чувства Асуры. Почему тот позволил Вэй Лу сбежать. Порой появляются такие люди, которые цепляют за душу, словно яд, а после проникают глубоко в сердце и отравляют, ослабляя.

– Ты должна пожертвовать своим духом-хранителем, выставить его перед собой для смягчения удара от заклинания вытягивания энергии. Ты