Удар скорпионов - Елена Анатольевна Прудникова

— Кто не курит и не пьёт, тот здоровеньким помрёт! — Нишич, напротив, прямо-таки светился от радости. Последний раз ему было так хорошо со «Скорпионами» на Джалне. Эх, Ари бы сюда!

— Отставить панику, коллега! — майор госбезопасности Сокол попал в Велико-Варстово в качестве прикомандированного к штабу следователя — то есть на правах вольного охотника, но с большими полномочиями. Увидел в списках прибывших Ивчева и милицейских спецназовцев, с которыми штурмовал притон в Светлоградово, да и забрал их себе. Увы, удалось выцепить всего одно отделение. — Взяли тот бордель, возьмём и этот! У нас теперь и танки есть! Во, пошли!

На улице залязгали гусеницы. Неуклюжие громадины с короткими, торчащими из корпуса пушками и маленькими пулемётными башенками поползли по проспекту Победы. Грохнуло орудие переднего.

— Ты чем заряжаешь, дубина? — гаркнул артиллеристу командир головного танка. — Это же баррикада! Какого чёрта по ней болванкой лупишь? Осколочно-фугасный давай!

Артиллерист виновато втянул голову в плечи, пробормотав: «Сам должен был приказать…» — и потянулся к другой укладке. Чуть поправил прицел…

— Другое дело! — командир с удовольствием посмотрел на развороченную середину баррикады и, обернувшись к механику-водителю, скомандовал: — Вперёд, на пятнадцати верстах! Увидишь кого со стволом или гранатой — вали на месте.

Валить оказалось некого — уцелевшие брызнули по дворам. Огромная машина, лязгая гусеницами, въехала в пролом и, раздвигая остатки баррикады, двинулась к следующей в сотне метров впереди. Та смотрелась солиднее: проспект перегораживали полдюжины автобусов, поверх которых навалили столбы фонарей, спиленные деревья, мусорные контейнеры и выкинутую из разграбленных квартир мебель. На самом верху гордо красовалась детская коляска, рядом вился потрёпанный бело-красный стяг. Снятое с резиденции городского головы знамя изрядно выцвело от солнц и дождей, а с его нижнего края соплями свисали зелёные лохмы. Бунтовщики содрали с флагов Народной республики Хонор ненавистную «плесень» — зелёные полосы, добавленные после присоединения к Народному Союзу.

Из-под крайнего справа автобуса затрещали выстрелы, водитель ответил из лобового пулемёта, командир добавил из башни. До чего же она тесная: один человек, пулемётная спарка и рация еле помещаются. Да и обзор оставляет желать лучшего, а старший лейтенант Буич должен видеть многое. Ведь ему надо командовать и машиной, в которой сидит, и тремя танками своего взвода, и ещё палить из спарки по всему, что приближается с боков.

Старлей пригнулся к микрофону и приказал второму танку, идущему сзади и правее, бить по баррикаде. Потом повторил приказ расчёту пушки. Снаряды ударили рядом, полетели обломки, и бронированная туша с воем медленно полезла через осевший завал. Сейчас она казалась уязвимой, и двое парнишек, притаившихся в подворотне, пригибаясь за опрокинутым взрывом автобусом, выскочили из-под арки с зажигательными бутылками. Да не с простым бензином, а с густой смесью из горючей жидкости, мелкой мыльной стружки и металлических опилок! Такой коктейль прилипает к броне, а, попав на человека, прожигает его до костей.

— Делаем всё, как учили: поджигаем десятисантиметровые спички, примотанные к бутылкам проволокой, размахиваемся, кидаем. И ждём, когда слепая неуклюжая железяка вспыхнет, и вендские оккупанты запекутся в ней, словно курицы в духовке. Те, кто выйдет, получат меткую пулю — нам сам командир боевых отрядов «Сполоха» бан Анрац Мацевич пистолеты вручил. Ну да, мы ещё и школу не кончили, так и что с того? Повстанцы из «Войны в подвалах» были лишь немногим старше, а некоторые даже младше!

— Молокососы! — никто не требовал от давно отметившего полувековой юбилей Мацевича лично лезть в драку. Но он предпочитал добрую потасовку даже выпивке и женщинам, потому лично возглавил группу боевиков из двух пулемётчиков и снайпера, сидевших в квартире над баррикадой. — Учил же придурков!

Бан Анрац негодовал. Сверху, в крышу над мотором, надо швырять. Там щели воздушного охлаждения, через них вовнутрь и затекло бы. А эти недоноски о башню и борт разбили!

Огненные капли бессильно сползали по броне и стекали на мостовую. Там же лежали и неудачливые поджигатели. Командир второго танка, увидев шевеление и взлетевшие бутылки, нажал на гашетки. Двойная очередь изрешетила и автобус, и обоих школьников.

Буич сверился с картой. Далее проспект Победы пересекался с магистралью Земовиста, названной в честь легендарного основателя Хонорского королевства. Двум танкам взвода надлежало встать на перекрёстке, взяв его под контроль. Пехоту по проспекту поведут два остальных и взвод, следующий за ними. Ближе к северу войска встретятся с колонной, наступающей от небесного порта. Кварталы, занятые бунтовщиками, отрезаются от остального города, и их можно будет зачистить. Хреново, что половина снарядов — учебные, без взрывчатки, но против такой шпаны сойдёт. Небось, в штаны наложили, когда болванка, пролетев сквозь первую баррикаду, выгрызла кусок из угла дома!

Комвзвода проорал приказ в рацию, но привычного: «Есть!» не услышал — одно лишь невнятное шипение. От души выматерившись, Буич высунулся из люка, обернулся и указал второму танку двигаться к правому дальнему углу перекрёстка. Не выпускавший из рук карабина Мацевич мгновенно нажал на курок и прострелил ему голову. Снайпер «Сполоха» что-то прошептал и тут же завалил одного из идущих за танками солдат, а пулемётчики дали очередь по остальным.

Шёпота снайпера бан Анрац не расслышал, но, увидев шевелящиеся губы, был готов поклясться, что тот сказал: «За Аньелку!» Сперва он не хотел брать с собой сына Прежильна, потом увидел, как тот кладёт пули в центр мишени, и взял. Хорошими стрелками не разбрасываются, а коли убьют — так и ладно. «Сполоху» нужны мёртвые герои: с девахой-то как славно вышло!

Через несколько мгновений улица взорвалась огненным шквалом. Башенные пулемёты танков лупили по нижним этажам, солдаты палили из винтовок по верхним. Кто-то сдуру кинул в ближайшее окно гранату — рвануло, затем раздался истошный женский визг. Квартире, в которой сидели боевики, тоже досталось, но в ней пострадали лишь шкаф, зеркало и пара тумбочек. Сделав дело, бан Анрац с подчинёнными скатились по лестнице чёрного хода. Пробежались по ней, дальше через дворы — и вот уже вся четвёрка снова оказалась в очередном доме на проспекте, где у них была заранее подготовлена огневая точка.

Таких групп — в каждой командир, снайпер и двое с ручным пулемётом — в Велико-Варстово работал не один десяток. Целей на всех хватит. Безмозглая солдатня так и продолжит тупо переть по улицам да палить куда попало, отстреливая подвернувшийся под пули мирняк. И это просто замечательно! У каждого из покойников есть мужья, жёны, родители и дети, которые теперь готовы будут рвать власть зубами. Или хотя бы отдать последнее доблестным борцам с этой властью.

Ну, а пока