Злодейский путь!.. Том 9 - Эл Моргот

даже не понял, как это произошло. Барышня Муан тоже не сразу заметила отсутствие противника и случайно ударила подвернувшегося под горячую руку Шаола кулаком в глаз. После чего проницательно отметила, что одежда на стражнике изменилась. Она осмотрелась по сторонам, заметила Ю Си с тем самым воином и нахмурилась, а затем горделиво поправила платье и направилась к ним.

Шаол проводил ее левым глазом.

– Этот подчиненный просит прощения, что не выполнил приказ, – услышала приближающаяся Эра.

– Мы просто тренировались, – произнесла она, встав рядом с Тон Ду и поклонившись Ю Си.

Командующий сохранял бесстрастное выражение лица, и Эра продолжила:

– Я – глава школы боевых искусств Муана, мне было сложно устоять и не проверить легендарные способности бойцов контрольного бюро. Ваш подчиненный не виноват – это я настояла на схватке. Я возмещу ущерб.

Голос звучал твердо, но, когда Эра осмотрелась и оценила масштаб разрушений, лицо ее приняло неуверенное выражение. Это же резиденция императора! Сколько может стоить один тот столик, который они сломали? А эта стена, она из розового дерева?!

– Для таких целей существует тренировочная площадка. В следующий раз используйте ее, – изрек Ю Си. Тон его голоса и выражение лица оставались нейтральными, и Эра вообще не могла понять, злится ли он.

Однако воин Тон Ду еще ниже опустил свою склоненную голову и выглядел крайне раскаивающимся.

– Конечно, командующий Ю. Благодарю за понимание, – произнесла Эра и, решившись, добавила: – Командующий Ю, вы можете сказать мне, где сейчас находится Шен? Вам известно, что я здесь только из-за него.

– Он в резиденции.

– Могу я его увидеть?

– Нет.

Эра нахмурилась.

– Вы не говорили, что берете меня под арест!

– Полегче, барышня, ты разговариваешь с самим главой контрольного бюро, – усмехнулся Ер, мысленно немного гордый тем, как сам панибратски с ним общается.

– И ты, и Шен – гости его величества. Однако, пока идет расследование, вам нельзя самовольно бродить где вздумается. И как показала практика, – Ю Си обвел взглядом внутренний двор, и на сей раз в этом взгляде и его выражении лица отчетливо читалась насмешка, – ваши прогулки могут быть опасны для других гостей весенней охоты.

– Если вы о…

– Посмотрите на бедного племянника его величества, – проворковал Ю Си тоном заботливой нянечки. – Бедняжка ослеп на один глаз. Как же он теперь будет читать свои трактаты о сущности бытия?

Эра вздрогнула и, обернувшись, внимательнее рассмотрела Шаола. Тот продолжал смотреть на нее издалека.

– Прошу прощения, ваше высочество! – воскликнула Эра и поклонилась так низко, насколько позволяла ее гордость – то есть чуть-чуть ниже середины груди Шаола. – С вашим глазом все в порядке?

– Я не принц, не называй меня «ваше высочество»! – воскликнул Шаол. Казалось, обращение волновало его больше подбитого глаза. – Меня зовут Шаол. Ир Шаол.

– Ир? – Эра вздрогнула. Да нет, это какой-то другой Ир, бывают же в мире однофамильцы. Ха-ха. Шен не может быть родственником императора. Ха.

– Тон Ду, – обратился Ю Си к своему подчиненному. – Следи за барышней Муан. Она может гулять по открытой территории резиденции и проводить спарринги на тренировочной площадке, если пожелает. Но не нужно больше громить дворцы.

– Слушаюсь повелителя, – поклонился подчиненный.

Ю Си перевел взгляд на Муан Эру.

– Тебе все ясно? – уточнил он.

Эра молча кивнула.

Ю Си пошел дальше по галерее, а Ер не удержался и бросил напоследок:

– Надеюсь, когда мы вернемся, еще будет куда возвращаться! Не женщина, а чума!

Лицо Эры перекосило, но она стойко сдержалась, до хруста сжав кулаки.

Когда бедствие скрылось из виду, Ер вызывающе произнес:

– Надо было ее запереть с тем сектантом!

Ю Си никак на это не отреагировал.

– Ты такой властный… – сохраняя хорошее настроение, решил подколоть Ер. – Тебе нравится, когда тебя зовут «повелитель»? Или лучше «мой господин»?

На сей раз Ю Си посмотрел на него. Ер даже опешил.

– В самом деле не понимаешь? – с любопытством, которого не читалось в тоне голоса, спросил командующий. – Или притворяешься?

Ер растерялся. Он искренне не понимал, отчего тот так отреагировал, ведь это была всего лишь шутка. Ю Си двинулся дальше по коридору, и Ер сокрушенно потащился следом, коря себя за длинный язык.

– На случай, если не понимаешь: я обязан таким быть. Это моя роль.

Ер вытаращился бы на него, если бы имел глаза. Он замер и какое-то время глядел в спину удаляющегося командующего.

«Что-о?! Так тебе это нравится или нет?!»

– У тебя хотя бы есть выбор, – нагнав его, произнес Ер. – Я же вынужден влачить существование Глубинной тьмы.

– У тебя не было выбора? – помолчав, уточнил Ю Си. – Ты ведь говорил, что когда-то был человеком. Ты не совершал выбор, который привел тебя к этому результату?

– Говоришь как Шен, – фыркнул тот.

Ю Си покосился на него.

– Кстати, где он? – продолжил Ер. – Что-то не видно. Тоже сидит под замком? – такая перспектива его бы порадовала.

Командующий Ю махнул рукой страже перед воротами и ничего не ответил.

В это же время где-то в глубинах городской тюрьмы Ланьюа самый молодой и, безусловно, самый выдающийся старейшина ордена РР наблюдал, как очередного бедолагу протащили мимо него и кинули на грязный пол общей камеры. Тело его все было исполосовано кровавыми следами пыток.

– Этого, – бросил глава тюрьмы.

Две пары толстых рук экзекуторов подхватили Рэна и потащили к выходу.

– Нам необходим результат, – пробормотал глава тюрьмы. – Капитан Чэн сказал, что это был приказ главы контрольного бюро! Если мы ничего не добьемся – не сносить головы!

Рэн потрясенно размышлял, как докатился до жизни такой. В тех купальнях точно была какая-то демоническая дрянь, лишившая его сил и разума!

– Не надо меня пытать! Я все и так скажу!

Глава тюрьмы оказался не впечатлен сознательностью заключенного.

– С пытками оно как-то понадежнее будет, – пробормотал он, следуя за тянущими Рэна тюремщиками.

Главный астроном Чао Цяо был сед как лунь, сморщен, как полежалый сморчок, и умудрен жизнью. Однако похер в похеровницах порох в пороховницах не давал ему выйти на пенсию и наслаждаться честно заработанным выходным пособием, поэтому он сговорился с неким сановником, желающим обеспечить безбедную старость трем поколениям семьи Чао. Цели его при ближайшем рассмотрении и с большой натяжкой можно было даже принять за благородные. Однако чем дальше астроном Чао отходил от целей сановника и чем серьезнее задумывался о последствиях своего преступления, тем сильнее трясся ненастными весенними ночами. Давление его подскакивало, когда он думал о том, что ждет двенадцать колен семьи Чао, если его преступление вскроется. Затем он думал о трех поколениях семьи Чао, обеспеченных до конца своих дней. О своем двоюродном внучке непутевом, что сможет наконец жениться. О детишках его, еще даже не запланированных… О золотишке, на