Тренировочный день 1-17 - Виталий Хонихоев

— Точно. — щелкает пальцами Виктор: — рак. Совсем забыл.

— Не уходим в сторону. — перебивает их Маша Волокитина: — чего с Салчаковой решили-то? Будем если что ее в гостинице прятать? Найдут же если захотят. И вообще, что за история у нее с Одиловым вышла, неужели ее и правда в гарем хотели определить, она же маленькая совсем тогда была…

— Наверняка! Это же Средняя Азия, там до сих пор договорные браки родители устраивают. — подается вперед Алена Маслова, ее глаза горят от энтузиазма: — вот взяли и продали девочку в рабство престарелому баю! А тот на нее ошейник надел и в подвал! Ужас! И это в то время, когда космические корабли бороздят пространство Вселенной! Средневековье!

— Насколько я понял там с ее отцом были проблемы, вот мать и уехала. Скорее всего прямой опасности нет. Тем более что по «хлопковому» делу там практически всех секретарей райкомов посадили. На своих местах никого и не осталось. Вряд ли кто зло на нее затаил, она в конце концов вообще дочка своего отца и всего лишь. Никакой вины на ней нет, а демонстративно ее преследовать никто сейчас не будет, здорово там мафию поприжали. Ну и… Марина же с нами поедет, а значит и Николай тоже.

— А что Николай? Ну поедет и поедет… — хмурится Маша: — какая разница? Да и травмирован он сильно.

— На нем как на собаке все заживает. — машет рукой Виктор: — и если что, то такой человек в обеспечении безопасности пригодится. Кстати, у «Крылышек» их «Бортпроводники» в том числе и охраной служили, если что, а не только чемоданы таскали и автографы просили. А с Железновой тут их тоже человек пять осталось. Ну плюс вон папа Саши Изьюревой с нами будет… итого человек семь на всякий случай.

— А еще с нами Валя Федосеева. — кивает Алена: — выдать ей палицу богатырскую и указать цель, она на руки поплюет и каак размахнется! И все. Валька бьет всего два раза, и второй раз — по крышке гроба. Бац! И ты уже на небесах.

— А еще нам свой медик понадобится. На выездных обязательно свой медик нужен. — говорит Маша Волокитина: — Вить! Имей в виду, нужно чтобы нормальный человек был, а не по объявлению с отдела кадров. Я понимаю, что на должность помощника тренера ты Наташку Маркову поставил, мне ее тоже жалко из команды выкидывать, а играть она как не умела, так и не умеет, но в отношении медика нам профессионал нужен, а не тетка с улицы.

— Нам нужен медик. Хм. Как-то не задумывался, но ведь и правда нужен. — говорит Виктор: — точно. Знаю я тут одну…

— Он медсестру подберет. В обтягивающем халате и с воот такими бидонами как у Вальки. — ябедничает Алена: — по глазам вижу. Видели его третьего дня в ресторане с училкой этой. Которая стерва и в бежевом плаще ходит, будто тут Юрмала. Высокие каблуки и яркая помада. А завтра он на квартирник пойдет с какой-то чувихой из бухгалтерии гормолзавода.

— Ты, Витька, скоро сотрешься. — говорит Маша: — станешь как Серега Холодков, притчей во языцех. У нас и так в городе перекос в сторону женского населения из-за Комбината, так еще и ты со своим Крестовым Походом. Между прочим, Лилька твоя официальная пара, так что у вас и репутация одна на двоих, имей в виду.

— На квартирник я иду, потому что там мне встречу с деятелем из РОНО обещали. — говорит Виктор: — по программе ранней диагностики рака как раз. Ты вот сейчас правильно сказала, Алена, у нас город с неблагополучной экологией, Комбинат воздух в три трубы коптит, зимой если с соседней сопки смотреть, то город как дымная чаша вообще… я и хочу такую программу в школах запустить. С Ленинградским НИИ меня Николай свел, там готовы, но нам разрешение от районного отдела народного образования нужно. И быстрее будет вот так, в неформальной обстановке поговорить, чем по инстанции обращаться.

— Квартирник у Ивановой, — закатывает глаза Алена: — весь бомонд города соберется. Кстати, Маш, тебя же тоже приглашали вроде как? Ну после нашего товарищеского матча с «Крылышками»?

— Я на квартирники не хожу. Вот еще глупости. — складывает руки на груди Волокитина: — собираются на квартире, курят так что хоть топор вешай, все такие из себя пафосные что тошнит. О культуре рассуждают. Сами Диогена от Аристотеля отличить не могут. Хвастаются что иностранное носят, курят, едят и пьют. Фу. Общество потребления. Была бы у них идея кроме того, что выпячивать свою исключительность…

— Грубая ты Машка. — говорит Алена: — там же лучшие люди города собираются.

— Лучшие люди города на заводе работают сейчас, в горячем цеху металл стране дают, а не дефилируют в заграничных шмотках. — возражает Волокитина: — а ты, Маслова — мещанка. Тебе лишь бы колготки французские напялить и мужикам на танцульках головы кружить.

— Тебе хорошо, у тебя в личной жизни все налажено! — запальчиво возражает ей Алена: — у тебя вон Лилька и Витька есть в твоей шведской семье, а у меня нет никого! Как девушке одной по жизни идти? Скучно и холодно! У меня, между прочим, потребности!

— Вы уже начали, я смотрю. — дверь в кабинет открывается, входит Светлана Кондрашова. Она в синем спортивном костюме с белыми полосами по рукавам, через плечо висит спортивная же сумка: — это тут у нас «оперативное заседание штаба» или просто собрание сплетниц и сплетников? У нас на носу самая важная игра нашей жизни, а вы сплетни про личную жизнь собираете.

— Вот! — привстает со своего места Волокитина: — спасибо, Свет. Видишь, Маслова! Даже Кондаршова понимает, что у нас оперативное заседание, а не собрание кумушек на завалинке! И нету у меня никакой шведской семьи, скажи ей, Вить!

— Нету. — кивает Виктор: — но если хочешь присоединиться — то пиши заявление в трех экземплярах, мы рассмотрим твою кандидатуру.

— Товарищ Полищук!

— А что, Маш,