Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-7) - Александр Алексеевич Иванов

высокий болевой порог, а ввиду очень крепких нервов напугать таких людей гораздо сложнее, чем нормальных. Благодаря все той же устойчивой нервной системе они не склонны к тревогам, переживаниям и рефлексиям. Крайне хладнокровные субчики.

Мне вспомнилось, как автор письма, описывая их последнюю встречу, отметил тот факт, что некто совершенно неожиданно взорвал неподалеку петарду, а Воланд при этом даже не моргнул.

В-четвертых, психопаты, если достаточно умны, очень рациональные люди. При этом их мышление часто носит поверхностный характер, хотя в случае с Воландом, это, скорее всего, не так (опять же, если верить автору письма, который был убежден, что этот тип — творец и единоличный хозяин «паутины»).

Ну и, в-пятых, психопаты крайне бедны на эмоции.

Вот и предатель считал Воланда человеком безэмоциональным, а все его фиглярство насквозь наигранным. Такое поведение мне очень знакомо по собственному опыту, после истории с наркозависимостью.

Итого: я имею дело с невероятно опасным и дьявольски умным человеком, чей эгоцентризм возведен в абсолют и которому начхать на жизни окружающих. Плюсиком у него еще наверняка присутствует мания величия, а также некое мессианство со знаком минус. Не зря же он выбрал для себя образ Воланда, то бишь дьявола (по-другому и быть не может, орудие Вселенной как-никак, которому к тому же обитатели преисподней нашептывают основные события возможного будущего — тут и у здорового человека, хочешь не хочешь «крышку сорвет»). Вместе с тем, он крайне рациональный «персонаж», не склонный колебаться, ударяться в панику и совершать импульсивные поступки. Это утверждение прекрасно подтверждается тем, что Воланд годами успешно «плетет» свою «паутину» и при этом до сих пор не только не изловлен органами госбезопасности, но и вообще по-настоящему попал в их (и царской Семейки) поле зрения лишь сейчас — по чистой случайности.

Своими внезапными и непрогнозируемыми действиями кошка (скорее всего, впервые за все мои попытки) сорвала потрясающе нетривиальное покушение на царских дочерей, которое он срежиссировал с невероятной выдумкой. И только лишь вследствие этого, одна из «нитей», почувствовав, что существует реальный шанс вырваться из «паутины», решилась «отстрелиться», вытащив при этом на свет божий самого «паука» (со слов автора письма).

И если Воланд действительный, а не номинальный главарь, то все это мне только в плюс. Если, конечно, возможно найти плюсы в подобном интересе могущественного психопата к моей персоне.

А теперь вопрос, Кайа: чем конкретно ты в данный момент можешь помешать планам Воланда?

В данный момент ничем, наверное. Его планы мне попросту неведомы, так что помешать им могу разве что случайно. — ответил самому себе я, а затем ощутил, как начало успокаиваться сердцебиение.

Тогда вопрос следующий: а знает ли Воланд, что тебя отсылают в Москву?

Это вряд ли. Кошачий «кусь» явно направил здешнюю историю по иному, совершенно новому и неожиданному для обитателей преисподней «руслу». Если от самой Жени эта информация не «утекла» к одной из «нитей», конечно. Что сомнительно, ибо маменька уже в курсе наличия «паутины». Таким образом, о моей поездке в Москву он может прознать только в том случае, если Женя вновь решит половить «на живца» (в роли «живца» я). И такой «игрок», как Воланд, это тоже должен учитывать.

Из Питера в Москву меня могут доставить на авто, по железной дороге, на теплоходе, на самолете или вообще пешкодралом (ну а что, если будет нужно, Женя и не так раскорячиться заставит — без вариантов). Это уже, не говоря о том, что по нескольким маршрутам наверняка будут пущены и «ложные цели».

Воланд не станет тратить ресурсовремя на мои поиски и устранение во время поездки в Москву. Зачем ему это сейчас? Если мое существование каким-то образом мешает его планам, то он попросту заранее «заминирует» (может, и без всяких кавычек) «точки» на «игровом поле», где я с большой долей вероятности появлюсь в рамках «заскриптованных событий». Которые известны и вряд ли радикально изменились, несмотря на отдельные «правки» здешней истории. Плюс, учитывая его склонность к деланному эпатажу и пижонству, вкупе с какой-то извращенной страстью к организации сложнейших схем, мое убытие отсюда он постарается оформить крайне запоминающимся способом. В конце концов, я срывал его планы уже как минимум дважды (кошка-то моя!), так что нездоровый эгоцентризм не позволит Воланду «просто» и с «миром» отправить меня на следующий «цикл». Возможно, он даже захочет лично встретиться со мной перед этим. Москва, Патриаршие…почему бы и нет, это стало бы практически сценой из «Мастера и Маргариты», а он, как я понимаю, к таким «постановкам» весьма неровно дышит.

Но мое убийство — это явно не та сверхцель, которую желает достичь этот «кукушонок»-психопат и из-за которой он принялся «плести» свою «паутину».

Так что убить меня он непременно попытается — если сам останется в живых — но это случится потом. А сейчас, когда маски сброшены, он начнет претворять в жизнь то, ради чего создавал «паутину», а также активно противодействовать государству. Не станет же этот целеустремленный психопат просто стоять и спокойно наблюдать за тем, как маменька и спецотдел УВБ «разбирают» то, что он выстраивал годами?

Понятия не имею, что за «шоу» он планирует устроить, но это точно будет нечто запоминающееся! И в тот момент, когда он начнет свое «представление», мне определенно стоит быть подальше от столицы, ведь приведение в чувство обуреваемых мегаломанией «попаданцев»-психопатов с демонами в голове — это не по моей специальности, я писал диплом на совсем другую тему.

Маменька разбирается в подобных материях гораздо лучше меня, разумеется, а посему моя ссылка в Москву, возможно, является банальной эвакуацией, на всякий случай. Если это так, то меня ожидает перевод на «казарменное положение».

Вопрос последний, Кайа: существует ли прямосейчас объективная причина для того, чтобы вот так вот трястись от страха перед этим Воландом?

Нет, в какой-то обозримой перспективе психопату заниматься мной будет совершенно недосуг. То есть, на ближайшее время я в относительной безопасности. По крайней мере, от Воланда. Хотя не стоит и подставляться по-глупому, ибо этот человек очевидно старается по максимуму использовать подвернувшиеся возможности.

Я ощутил то, как совершенно ушел страх, а сердцебиение враз вернулось в норму.

Вот и правильно Кайа! Победив свой страх — победишь и свою смерть!

Пребывая в себе, я едва не врезался во внезапно остановившегося папашу.

— Благодарю вас, барышня, дальше мы пойдем уже сами. — сказал горничной он.

Когда та уже не могла ничего услышать, Игорь обернулся на меня.

— Волнуешься, Кнопочка? — улыбнувшись, спросил он.

— Нет,