Академия Арканов - Элис Кова

Двери бесшумно распахиваются, открывая проход в кромешную тьму.

Сделав глубокий вдох, я прохожу сквозь стену живой тени и попадаю в тусклую комнату с ровным песчаным полом. Освещают ее десять лучей. Они тонкие, как бритва, вертикальные и расположены через равные промежутки подобно колоннам. Я щурюсь, пытаясь определить источник света, но он скрыт от глаз. Лучи текут словно из ниоткуда, проникая между пазами в потолке.

В дальнем конце комнаты находится арочный проем. И он манит меня. Как же легко мне допустить мысль, что выход – на противоположной стороне.

«Слишком легко», – подсказывает предчувствие. Особенно учитывая, как трудно было пройти через двери. С другой стороны, вдруг они служат главной защитой? Нет, здесь что-то не так. Лучи света без источника. Тишина, давящая настолько, что кажется осязаемой, почти живым человеком… Хотя Кэйлис так и не объявился, и я начинаю сомневаться в собственных суждениях.

Я перебираю карты в колоде, пытаясь найти ту, что могла бы мне помочь. И снова жалею, что не спланировала побег более тщательно. Но я не знала, что такая возможность представится так скоро.

Лучше Тройки Жезлов, воплощающей безопасный путь, у меня ничего нет. Только она сможет принести мне пользу. Я возвращаю колоду в держатель на бедре, роняю карту и наступаю на нее. Магия струится по ногам, поднимаясь по телу огненными лианами, но они исчезают, не успев создать никакой опасности.

Собравшись с духом, я ступаю на песок. Меня не засасывает вниз. На самом деле ничего не меняется.

Сосредоточившись на дверном проеме напротив, я делаю еще один шаг, а за ним и следующий. Краем глаза улавливаю мерцание. Один из лучей света исчезает, и магия Тройки Жезлов усиливается. Ноги сами собой несут меня вперед благодаря тому, что я в ботинках. Волшебство ведет меня на «безопасный» путь, и я делаю два шага назад. Луч снова загорается, освещая то место, где я только что стояла.

Избегать света? Едва эта мысль формируется в голове, как другой луч исчезает и появляется рядом со мной. Я поворачиваюсь, на этот раз используя защищающую меня магию в своих интересах, но двигаюсь быстрее, чем следовало. Но тут перемещается еще один луч – либо я стояла к нему ближе, чем думала.

Моя рука слегка задевает свет.

Острая боль пронзает все нервные окончания, растекаясь от пят до самой макушки. Она настолько сильная, что вышибает из меня дух. Едва ли не оглушает. Рукав куртки прорезан насквозь ровной и четкой линией. С предплечья на песчаный пол стекает кровь. Но я на мгновение забываю о боли, когда мой взгляд притягивает бледный камешек. Я шевелю ногой, расчищая его от песка. Это не камень… То, что, без сомнений, является осколком кости, служит мне предупреждением.

Королева Кубков, сверкая, вылетает из колоды. Кожа заживает, но боль не проходит. Снова мерцание. Свет сдвигается. Я уворачиваюсь.

Лучи то вспыхивают, то гаснут. Я танцую вокруг них. Один шаг вперед, один назад. Два вперед. Три назад. Из стороны в сторону.

Я не могу добиться никакого прогресса, и магия Тройки Жезлов быстро угасает. Мышцы горят, и я выпускаю этот огонь вместе с криком, не успев увернуться от очередного луча. Он пронзает мою ногу насквозь, кровь брызжет на песок, и конечность мгновенно становится почти бесполезной. Дрожащими пальцами я ищу еще одну Королеву Кубков, но ее в держателе нет. Она помогла мне открыть двери.

Из-за поврежденных сухожилий я теряю равновесие. Пытаюсь выпрямиться, но нога подворачивается на песке. И я падаю. Луч света исчезает и появляется у меня за спиной. Твою мать. Жизнь даже не успевает промелькнуть перед глазами, как плечо натыкается на острый, словно бритва, луч. Я выгибаюсь, чтобы он не задел жизненно важную вену на шее, но все равно получаю рану. Достаточно глубокую, чтобы из моего горла вырвался не вопль, воплощающий собой всю мою боль, а лишь кровавое бульканье.

Я моргаю, глядя на серый потолок, и замечаю мерцающие огни. Они все ближе и ближе, словно преследуют меня, издеваются надо мной. Перед глазами плывет и темнеет. Открывать веки становится все труднее. Я даже не могу пошевелить правой рукой. Тело дрожит, а меня пробирает холод.

Я хочу думать о клубе, о матери, о сестре. Но не могу собраться с силами ради последней мысли, которая принесла бы мне хоть какое-то утешение. В голове крутится лишь одно:

Я умру здесь.

21

Только эта мысль возникает в сознании, как я слышу шаги по камню. Рядом со мной с глухим стуком приземляется мужчина, и песок разлетается в разные стороны.

А вот и он, наконец-то… Похоже, Кэйлис наигрался со мной.

Я чувствую вспышку магии, а потом две сильные руки подхватывают меня под мышки. Королева Кубков сращивает мышцы и сухожилия на плече, оставляя после себя лишь тупую боль. Эта карта может залечить любую рану, но фантомные боли никуда не деваются. К счастью, если я в чем и хороша, так это в преодолении боли.

Меня тащат обратно сквозь завесу теней, за порог, прямо на холодный каменный пол, куда бесцеремонно бросают. Пока чьи-то руки не отпускают меня, сознание то затухает, то возвращается вновь. Пауза. Затем шаги затихают вдали.

Серьезно? Он собирается оставить меня здесь?

– Кэйлис, ублюдок, – хриплю я, – если хочешь моей смерти, то прикончи меня уже.

Снова молчание, а потом эхо шагов рассеивается. Но я все еще чувствую его присутствие. Я тихо вздыхаю. Боль уходит.

– Ты просто хотел, чтобы я поверила, будто у меня есть шанс сбежать, не так ли?

– Я не Кэйлис, – произносит незнакомый голос. Он мягче, чем у Кэйлиса, и немного выше, почти как протянутая шепотом песня. От шока я замираю.

Не Кэйлис… Но тот, кто знает это место достаточно хорошо, чтобы оказаться поблизости и услышать мои крики. А может, именно его взгляд я ощущала, когда думала, что за мной следят. Я таращусь в потолок, обдумывая варианты развития разговора с незнакомцем. По крайней мере, он спас мне жизнь. Это чего-то да стоит.

– Ты работаешь на Кэйлиса? – спрашиваю я.

– Разве не все мы на него работаем? – Нерешительность, прозвучавшая в его вопросе, вселяет в меня надежду. В словах не слышится слепого почитания принца… и в них определенно нет любви.

Я с трудом сажусь и поворачиваюсь к нему лицом. Незнакомец стоит на границе света и тьмы, которая частично скрывает его. На студента он не похож, насколько я могу судить. Ему около двадцати пяти – чуть старше Кэйлиса. Носит