Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 2 - Шуан Мэйхуа

– Жестоко… – Мао Яньсяо перевел на наложницу свой взгляд, а после спросил: – Ты знаешь, как люди добывают черный жемчуг?

Вопрос казался обычным, но одновременно пугающим. Как будто Мао Яньсяо вовсе не интересовало, знает ли она ответ на этот вопрос, а ему хотелось поделиться с кем-то этими знаниями. Покачав головой, девушка тихо прошептала:

– Кажется, их добывают из русалок.

Мао Яньсяо прикрыл свои глаза:

– Верно. Но все не так просто. Видишь ли, чтобы получить черный жемчуг, нужно лишить русалок самого драгоценного. Русалки очень наивны. Они любят искренне, а если полюбили кого-то, то полностью отдаются этому чувству и остаются верны своему партнеру до последнего вздоха. Чтобы получить одну слезу, нужно убить всю русалочью семью. Отца, мать и плод их любви. Когда русал видит, как на его глазах расправляются с его семьей, его янтарные глаза тускнеют, и слеза, с последним стуком сердца, медленно стекающая по его щеке, приобретает глубокий беспросветный черный оттенок, – уголки губ Мао Яньсяо потянулись вверх, но эта улыбка вовсе не была искренней. – Какая красивая трагичная история, не правда ли?

Губы наложницы едва заметно приоткрылись, но она не решалась заговорить. Это не ускользнуло от внимания Мао Яньсяо.

– Ты хотела что-то спросить?

Она колебалась еще миг, прежде чем кивнула:

– Я слышала… император демонов носил бусы из черного жемчуга. Интересно… он знал, как их добывают? А если знал, почему продолжал их носить?

Мао Яньсяо тихо выдохнул:

– Он все знал, потому и носил их, не снимая.

Откуда этот демон мог знать, что было еще со времен Цзюнь-шан Лун Чжи? Или откуда он мог рассуждать о смысле, вложенном в эту привычку самим императором демонов. Поэтому этот ответ, хоть и звучал утвердительно, был воспринят наложницей как догадка. Но это было вовсе не так. Ведь Мао Яньсяо все знал, все видел и мог не только мучиться догадками, а лично, без стеснений спросить об этом у Лун Чжи.

Отведя девушку в ее покои, Мао Яньсяо поспешил вернуться за стол. Он не знал, что именно эти люди будут делать с тем русалом, но однозначно знал, что превратят во что-то поистине зрелищное и ужасное.

В этот момент Ши Тао, что все это время стоял поодаль, как ему и было приказано, оказался у входа в императорский сад. Мао Яньсяо замедлил ход, покосившись на мальчика. Казалось, Ши Тао что-то нашептывает себе под нос, внимательно наблюдая за реакцией принца. Но единственная реакция, которая была у Мао Яньсяо, это смесь удивления и настороженности.

Глава 43. Мандариновое танхулу

Где проходит та тонкая грань, за которой незнакомые люди перестают быть для нас безразличными? Вы ловите себя на мысли, что невольно чувствуете его взгляд на себе, а после отворачиваетесь, одновременно желая потерять в толпе. Хотя по сути ваши отношения даже дружескими назвать сложно.

– Как тут людно, – недовольно пробормотал Му Ян, скользя недоверчивым взглядом по жителям Шанцианя.

Ю Вэйюань сказал:

– Поэтому держись рядом, чтобы не потеряться.

Му Ян приподнял одну бровь, скрестив на груди руки:

– Я что, ребенок?

– Нет, но в толпе легко потеряться.

Му Ян замешкался еще пару фэней, после чего все-таки бросил:

– Так постарайся не отставать…

Карнавал устраивали в начале марта, украшая город яркими декорациями в виде колокольчиков, цветочных гирлянд, расписных фонариков и талисманов. По приказу Цзюнь-ван Чэнь Цаньжэня по основной улице столицы проходило грандиозное шествие. Впереди колонны ехала стража верхом на белоснежных скакунах. Позади двигались несколько платформ, на которых люди, разодетые в яркие наряды, показывали представления для граждан Шанцианя, танцуя под громкую музыку и удары барабанов.

Дети кричали от радости, заприметив огромных зверей в виде драконов, фениксов и карпов, сотканных из шелка. Люди под каркасом двигались синхронно под ритм музыки, заставляя зверей извиваться и парить над землей, словно живых.

В воздухе витал аромат свежеприготовленной еды, наполняя улицы пряными, острыми и копчеными ароматами. Торговцы громко зазывали прохожих, устраивая между собой соревнования, чья лапша вкуснее и у кого баоцзы[10] с самым тонким тестом. Тем временем посетители не отставали от них, споря между собой, кто быстрее съест горячие сяолунбао[11] и не прольет ни капли бульона.

Мужчина, решивший слопать сяолунбао целиком, лишь бы опередить своего друга, громко завопил, когда горячий бульон обжег его горло.

Его друг осуждающе смотрел на него, ворча, что спор спором, но после того, как он обожжет язык, долгое время будет мучиться, не чувствуя вкуса во время еды.

Повар поспешил принести ему холодного соевого молока, чтобы хоть немного облегчить его состояние. Заприметив двух молодых прохожих, он моргнул, а после улыбнулся им, приглашая за стол.

– Господа, моя еда куда свежее и порции больше, чем у этого гэгэ напротив.

Гэгэ, про которого дурно отзывался этот мужчина, прикрикнул на него чуть ли не с кулаками:

– Да что ты такое несешь!

Сохраняя все ту же невозмутимую улыбку, повар предложил:

– Не хотите отведать вкусных сяолунбао?

Му Ян на мгновение замешкался и, оставив приглашение без ответа, пошел вперед, но Ю Вэйюань потянул его за рукав, заставив остановиться.

– Ты чего? – поинтересовался Му Ян.

– Давай немного передохнем.

Казалось, затея с перекусом явно не понравилась демону, однако Ю Вэйюань продолжил настаивать на своем:

– Это не отнимет много времени.

– Мне это все равно не нравится, – добавил Му Ян, когда Ю Вэйюань уже насильно подводил его к столику, – нас могут узнать. Тем более здесь полно стражи.

Недолго думая Ю Вэйюань подошел к ларьку, где продавались различные маски, и, почти не глядя, выбрал две: одну для себя, а вторую для Му Яна.

– Лица многих скрыты под масками, поэтому если и мы наденем их, затеряемся в толпе.

До ушей Ю Вэйюаня дошел слух, что старший сын князя Чэнь, Чэнь Юн, лично встретился с Цзунсылином Шэнь Панином и его войском, который сопровождал младшего сына Нюй-ван Хань Ян, Хань Яоцзу. По их словам, причиной, по которой им в срочном порядке нужно было пересечь границу между Биянья и Шанцианя, было то, что старшая сестра Хань Яоцзу, Хань Иньюэ, тяжело больна, а младший брат, томясь от тоски, желает навестить ее, вернувшись в Чжиюнхай. Но Ю Вэйюань даже не знал, что Хань Иньюэ больна. По правде, его особо не волновала ее судьба и не заботило то, пропустит ли Чэнь Юн их или устроит прямо там драку, а волновало лишь то, что тот день,