Город забытых легенд - Александра Royal

— Спасибо... Айли. Теперь слушай внимательно. — Он говорил, продолжая смотреть только на врагов. — Что бы сейчас ни произошло — не снимай кулон. Никому. Никогда.

— Но...

— Пообещай.

— Обещаю...

— Хорошо. — Он кивнул. — Теперь беги.

— Что?

— Беги!!

Его голос прогремел так громко, что птицы которых я не видела сорвались с крыш. Практически одновременно прогремели первые выстрелы.

Айзек резко развернулся и толкнул меня обеими руками — я буквально полетела назад. В ту же секунду вокруг него вспыхнул серебристый щит, несколько пуль со звоном ударились о него. Но далеко не все: одна, вторая, третья пробили защиту. Я увидела, как его плечо дёрнулось и белая рубашка мгновенно стала алой.

— Папа!

Я бросилась обратно.

— Нет! — Он снова закричал. — Не сюда! Беги к реке! Сейчас!

Я остановилась всего на секунду. И именно этой секунды хватило.

Земля под ногами содрогнулась — не как при землетрясении, совсем иначе. Будто сам Андовер наконец проснулся окончательно. По земле побежали серебристые трещины, фонари вспыхнули ослепительно белым, дома вокруг тихо застонали — словно огромный живой организм сделал первый вдох после долгого сна.

Альмандит резко изменился в лице.

— Нет... Он уже отвечает ей...

Айзек усмехнулся сквозь боль.

— Я же говорил. Он выбрал свою Хранительницу.

И в этот момент старый город впервые встал на мою защиту — огромная каменная повозка, стоявшая возле площади больше ста лет, сама сорвалась с места и с грохотом врезалась в людей Альмандита, разметав сразу нескольких.

— Не дайте ей добраться до реки!

Я побежала.

Ноги сами несли меня вперёд. Холодный ветер резал лицо, дождь уже не капал — он лил сплошной стеной. За спиной раздавались выстрелы, крики, рычание. Я не смела оборачиваться — если посмотрю, остановлюсь. А если остановлюсь, догонят.

— Держите девчонку! — кричали позади. — Кулон нужен живым!

Эти слова словно подстегнули меня. Я крепче прижала обсидиан к груди — он был горячим, почти обжигающим, будто внутри билось ещё одно сердце.

Я резко свернула в узкий переулок — и едва успела. Позади прогремели новые выстрелы, пули ударились о кирпичную стену, крошка камня посыпалась мне на волосы. Я вскрикнула и бросилась дальше.

Переулок неожиданно закончился тупиком. Высокая каменная стена. Я остановилась, и сердце оборвалось. Позади уже слышались быстрые шаги. Я обернулась — трое мужчин выбегали из-за угла.

— Попалась.

Один довольно усмехнулся. Я прижалась спиной к холодному камню. И вдруг стена за моей спиной дрогнула.

Я испуганно вскрикнула. Каменная кладка медленно заскрипела — один кирпич, потом второй, потом вся стена словно сделала глубокий вдох, и камни начали расходиться сами собой. Перед моими глазами открывался узкий проход — его здесь никогда не было.

Из него пахнуло сырой землёй, лавандой и чем-то очень древним, очень родным.

— Быстрее...

Я отчётливо услышала шёпот — совсем тихий, словно сам город говорил прямо возле моего уха. Я обернулась. Никого — только тёмный проход. Позади раздался испуганный голос.

— Нет! Не ходи туда!

Я посмотрела на людей Альмандита. Их лица изменились — на них впервые появился настоящий страх. Они остановились и начали пятиться.

— Это... дорога Хранителей... — произнёс кто-то почти шёпотом. — Она открылась... Невозможно...

Я не понимала, о чём они говорят. Но знала одно — мне нужно идти.

Я сделала шаг внутрь. Камни за моей спиной начали медленно закрываться. Последнее, что я увидела перед тем, как проход окончательно исчез, — широко раскрытые глаза людей Альмандита. Они больше не смотрели на меня. Они смотрели на сам город. Будто впервые осознали, что Андовер действительно живой.

Темнота окутала меня. Впереди слышался только шум воды и тихий голос, который теперь звучал уже не как шёпот:

— Ещё немного... Айла... До реки осталось совсем чуть-чуть.

Я шла почти на ощупь. Проход оказался намного длиннее, чем казался снаружи. Под ногами вместо асфальта лежали старые каменные плиты — влажные, будто их только что омыла река. Запах сырой земли смешивался с ароматом лаванды.

Бабушка всегда сушила лаванду дома. Каждое лето. Каждый вечер перед сном её запах оставался на подушке. Я крепче прижала кулон к груди.

— Бабушка...

Ответом стала тишина. Лишь где-то впереди мерно капала вода, и каждый звук отражался от каменных стен, словно тоннель дышал.

Я остановилась, прижала ладонь к холодной стене и вдруг стена стала тёплой как бывает, когда кто-то с другой стороны осторожно накрывает твою ладонь своей. Я резко убрала руку. Потом снова коснулась. То же самое.

— Это... город?

В голове прозвучал тихий шёпот — не словами, а ощущением. Я не одна. Никогда раньше я не чувствовала ничего подобного. Будто сам Андовер видел меня, слышал, понимал. В груди стало неожиданно спокойно.

Совсем ненадолго.

Вдалеке раздался глухой удар. БУМ. Потом ещё один. БУМ. Каменные стены дрогнули, с потолка посыпалась пыль. Перед глазами мелькнул образ — не воспоминание, что-то другое: река, фиолетовое небо, огромная трещина, уходящая прямо в облака, и тысячи теней, которые пытались прорваться наружу.

"Главный Разлом. Он уже почти открылся."

Я зажмурилась." Нет. Даже думать нельзя."

И снова побежала. Тоннель начал подниматься вверх. Впереди показался слабый дневной свет, и свежий воздух ударил в лицо — запах дождя, мокрых деревьев, речной воды и чего-то острого, металлического.

Я осторожно выглянула наружу. Передо мной расстилалась старая часть Андовера — совсем не такая, какой я видела её несколько минут назад. Каменные дома стояли неподвижно, фонари мерцали белым светом, и улицы были абсолютно пустыми. Ни одной машины, ни одного человека, только дождь.

И где-то впереди, за старым каменным мостом, небо буквально разрывалось пополам. Фиолетовая трещина пульсировала, как огромное сердце. Каждый её удар отзывался у меня внутри — бум, бум, бум. Из глубины доносился протяжный вой, иногда низкий рык, иногда что-то похожее на человеческие крики.

Кулон вспыхнул мягким золотым светом, тёплым и настойчивым. Он звал меня туда — к реке Мерримак.

Впервые за всё это время страх начал уступать место другому чувству. Я не понимала, что должна сделать. Но совершенно точно знала: именно там меня ждёт то, от чего уже не уйти.

Я подошла к мосту, и под ногами вспыхнули тонкие золотые линии. Я испуганно отпрыгнула, но они не исчезли — медленно расходились по старой брусчатке, переплетались, соединялись, складываясь в огромный узор, похожий на древнюю печать.

Кулон откликнулся лёгкой вибрацией. Я осторожно ступила в самый центр золотого рисунка — и в ту же секунду всё вокруг изменилось. Шум дождя исчез. Ветер стих. Даже разлом перестал гудеть.