Мастер из качалки 4 - Александр Гримм

— Ого, — перебил меня на полуслове Небесный Демон. — Не думал, что ты у меня НАСТОЛЬКО кровожадный.

Я само собой попытался возразить, мол, никакой я не кровожадный и вообще меня неправильно поняли. Но посыпавшиеся как из рога изобилия громкие перешептывания не позволили этого сделать.

— Псих…

— Ненормальный…

— А я еще тогда говорил, что этот парень чокнутый…

— Это же он тогда поджег бывшего Крысиного Зодиака…

— Еще и поджечь кого-то умудрился, — с каким-то плохо скрываемым восхищением повторил слова ученика стоящий рядом Небесный Демон.

И ничего я его не поджигал! Он сам! И вообще это несчастный случай!

Но разве теперь, после всех сказанных мной слов, кто-то в это поверит? Вот уже вряд ли. Рядовые ученики и раньше поглядывали на меня с опаской, а теперь в их глазах помимо прочего читался настоящий священный ужас.

Да чего уж там, проняло даже матерых мастеров. Лопоухий, Шрамолицый и Бородатый хоть и не пялились на меня как на врага народа, но настороженности в их взглядах тоже хватало.

Единственным же, кого сказанные мной слова ни капельки не возмутили, был, само собой, никто иной как Небесный Демон. Взгляд названого отца буквально лучился гордостью. А весь его донельзя счастливый вид как бы говорил: да вы только гляньте, какого отморозка я воспитал.

— Я горжусь тобой, сын мой, — смахнул скупую мужскую слезу Небесный Демон. А после зачем-то ухватил меня за плечи и подтолкнул в сторону приближающегося стада. — Ну же, иди, дай волю своим диким необузданным желаниям. Клянусь, мы не станем тебе мешать.

— Не станем…

— Точно не станем…

— Мы лучше здесь постоим… — наперебой загалдели ученики Мадокван.

Стоит ли говорить, что от такого поворота событий мне разом поплохело.

Да как так-то! Я ведь совсем не этого хотел!

Неужто все дело в плохой карме? Но я ведь ничего плохого вроде как не делал. По крайней мере последние пару дней так уж точно.

И как теперь быть, неужто и впрямь придется останавливать несущееся на меня во весь опор стадо?

Украдкой бросив взгляд себе за спину, я увидел довольную улыбку «отца» и его же оттопыренный большой палец. А также глазеющих в мою сторону сборщиков и учеников.

— Вперед, сынок!

«Да иди ты!» — чуть было не ляпнул я сгоряча. Но вовремя сдержался. Все-таки воспитанный молодой человек. Да и погибать от рук Небесного Демона пока что не хочется.

Эх, неужто и впрямь придется разбираться с этой напастью?

Похоже, что так…

Наметанным взглядом прикинул количество голов в несущемся на меня стаде. А затем, поняв, сколько их там, принялся усиленно вертеть головой в надежде отыскать хоть какой-то путь к отступлению.

— Смотри-ка, уже ищет, где хоронить будет…

— Мне их даже немного жаль…

— Нас пожалей, нам с этим ненормальным еще вместе учиться…

Вот заладили! Да за кого они меня принимают⁈ Разве по мне не видно, что я и мухи не обижу…

— Одно хорошо, хоть мяса дикого яогуая поедим.

— Ага, старшие братья говорили, что ничего вкуснее в жизни не пробовали…

Ну ладно, возможно, насчет мухи это я погорячился.

По-новому взглянув на стадо и прикинув, сколько там может быть мяса, перевел взгляд на алеющее закатное небо.

До ужина оставалось каких-то пару часов. А тем временем в повозках наших, кроме лососины, сушеных фруктов и порядком осточертевшего тофу, ничего не наблюдалось. Даже завалящего копченого окорока и того не было.

Ну ничего, сейчас я это исправлю!

— Кажется, начинается, — снова стали доноситься до меня опасливые шепотки.

— Ага, я даже отсюда чувствую, как он воспылал!

— Вот это боевой дух, аж мурашки по коже!

Видит священная корова, я этого не хотел. Но ужин сам себя не приготовит.

Теперь стадо яогуаев уже не казалось мне такой уж большой проблемой. Нет, скорее в нем я видел возможность. Возможность сытно поесть, раз уж этого не удалось сделать прежде в стенах Линь-хень.

Вскоре ноги уже сами несли меня вперед навстречу столь желанной трапезе. При этом взгляд мой ни на секунду не отрывался от бегущего впереди вожака. Именно этому крепкому здоровяку предстояло стать моим сегодняшним ужином.

— Мууууууу! — надрывно промычал прущий на меня як.

До рокового столкновения оставалось каких-то два десятка метров.

И вот, когда казалось бы, встреча наша была неизбежна, могучий парнокопытный вдруг странно прянул ноздрями, будто почуяв какой-то знакомый запах, и сразу следом за этим его налитые кровью глаза вдруг разом потеряли свой опасный блеск. А сам дикий яогуай вдруг резко затормозил… А затем и вовсе рванул куда-то вбок, уводя за собой все остальное стадо!

— Эй, а ну стоять! — кинулся я следом за ним.

— Сынок, вернись! — неслось мне вслед, пока пыльная завеса накрывала меня с головой.

Но я уже не слушал. Все мое внимание было приковано к аппетитным ляжкам улепетывающего прочь быка.

Погоня за ним настолько меня увлекла, что вскоре я и сам не заметил, как полностью утонул в поднятом могучими копытами пылевом море. Теперь перед глазами мелькало лишь непроглядное грязное марево, изредка перемежающееся удаляющимися в неизвестном направлении волосатыми боками.

Однако даже несмотря на ужасную видимость, я с завидным упорством продолжал нестись сквозь серую пелену.

— Врешь, не уйдешь! — вырвался из моих уст рык, пока ноги, как заправский блендер, взбивали и так порядком перепаханный копытами чернозем.

За всей этой беготней я даже не сразу расслышал долетевшие откуда-то издали крики.

— Смотрите, там, в небе!

— Всем приготовиться к бою!

«К какому еще бою?» — делано возмутился я про себя, продолжая как ни в чем не бывало преследовать спешащих по своим делам яков…

Как вдруг, все обозримое пространство накрыла огромная тень!

Она обрушилась на меня словно кусок ночного неба. Правда, в отличие от того самого неба, ей сопутствовали не покой и умиротворение, а весьма противный и столь же протяжный визг.

Квиииии! — раздался тот прямо у меня над головой.

В одночасье разметав всю окружающую пыль, а также волосы на моей голове, «тень» столь же стремительно вцепилась мне в плечи. А после резким рывком потянула за собой. Вперед и вверх!

Все произошло настолько стремительно, что в себя я пришел уже будучи в воздухе.

А где-то там, внизу, между тем уносилось