Позиция Сомина 2 - Павел Смолин

Поздоровавшись с пришедшим раньше меня соперником — тридцатисемилетний мастер, пятый год безработный тунеядец, и я ему немного от этого завидую — я сверился с результатами жеребьевки на информационном стенде и сел играть черными. Ну как «играть» — двигать руками согласно программе и ждать победы, которая позволит мне уйти домой и лечь на диван, разглядывая трещинки в известке на потолке. Сорок девять вчера насчитал, может за ночь новая образовалась?

Фигуры двигались, часы тикали, соперник — мрачнел, а я побулькивал в своем личном болоте уныния и ждал, пока игра закончится. Где-то в разгар миттельшпиля я размял шею. Взгляд упал на зрителей в зале, и во втором ряду я заметил пару знакомых лиц — парень чуть за двадцать и девушка-ровесница. Те самые, из Москвы. Мажоры. Зачем они здесь? Проверить, не врал ли я тогда? Странные они, дети элитариев — могут в разгар рабочей недели сорваться в Куйбышев на чемпионат по шахматам. О, девушка машет. Как ее там? Марина?

Помахав ей в ответ, я отметил румянец на ее щеках. Ярко.

Глава 21

— Ну ты силен, сибиряк! — похвалил Сергей, когда я подошел к ним с Мариной после игры.

На таблицу кивает. Я там благодаря скорости над Карповым, то есть — на первом месте.

— Неплохо разыгрался, — согласился я. — А вы тут как?

Марина спрятала глаза — кажется, понимаю — а Сергей ответил:

— Да че там, у меня — отпуск, а Маринка на автоматы идет. Делать нечего, решили на пару дней слетать в славный город Куйбышев, чемпионат посмотреть.

— Это правильно, — сделал я вид, что поверил. — Надо расширять кругозор, — и почему бы и нет? — Я, если честно, здесь кроме шахмат ниче не видел, пойдемте погуляем?

— Это по-нашему! — хлопнул в ладоши Сергей. — Идем. Я в шахматах, если честно, слабо понимаю.

— Это нормально, — по пути к выходу пожал я плечами. — Владимир Ильич как-то сказал, что «Шахматы — слишком наука для игры и слишком игра для науки». Полагаю, с такой головой до гроссмейстера он бы дорос, но у него проблемы поважнее шахмат были.

Марину плохонькая шутка рассмешила хорошо, Сергей — пофыркал.

Мы вышли на крыльцо.

— А день-то какой хороший! — потянулся я, впервые за долгое время ощутив тепло солнечных лучей на лице, запах расцветших деревьев и легкую нотку неизбежного в городах выхлопа.

— Погожий, — согласилась Марина. — А когда у вас финал?

Вопрос простой, но девушке дался непросто — вон, ушки порозовели.

— Через три дня. С Карповым буду играть. Смешно — у нас обоих фамилии рыбные.

Под звонкий Маринин смех и фырканье Сергея мы миновали площадь ДК и подошли к остановке.

— Чем же может порадовать странников славный город Куйбышев? — спросил я.

— Я думал, ты уже куда-то нацелился, — улыбнулся Сергей.

— А я думал, что вы, как сознательные туристы, хотя бы достопримечательности наметили, — парировал я.

Посмеялись, но проблемы это не решило. Первым импульсом было пойти на Волгу, погулять по набережной — по карте на остановке видно, что она рядом, но реки для меня пока слишком сильно пахнут Таней. Эх, что же ты, принцесса?

Мир снова начал меркнуть, апатия возвращалась. Принцессы. Уже вторая на мою голову свалилась. Сама в руки идет, да еще и брата для прикрытия с собой взяла. Как-то странно все это. Странно, но логично — понравился деревенский рубаха-парень. И та же фигня, полагаю — паренек деревенский, но одновременно перспективный.

Посмотрев в отражающие солнечный свет глаза Марины, я усилием воли отогнал лишнее. К черту — мне что, не жить теперь? Симпатичная девчонка из хорошей семьи, вон до куда слетать ради меня не поленилась. Будь, что будет.

К остановке подошел мужик средних лет, усатый и в теплой рубахе с закатанными рукавами. Сергей проявил инициативу:

— Здравствуйте, товарищ. Вы местный?

Окинув нас взглядом, мужик солидно ответил:

— Здорова, молодежь. Туристы?

— Туристы, — улыбнулся Сергей. — Хотим красоты Куйбышева посмотреть.

— Это правильно! — оживился мужик. — Я в Куйбышеве родился и вырос, каждый двор знаю. И меня все знают — любого про Фильку с четвертого комбината спросите, вам расскажут.

— Спросим, — пообещал Сергей.

— А зачем? — нахмурился мужик. — Вы что, мне не верите?

— Так вы же сами сказали — «спросите», — влез я.

— И что? — пожал он плечами. — Я специально сказал «спросите», чтобы вы поняли, что я говорю правду. Тьфу, — сплюнул на асфальт. — Все вы там в своей Москве тупые.

— Так, уходим, — решил я. — Спасибо, товарищ, — поблагодарил мужика.

Мы перешли дорогу — Марина удивленно оглядывалась.

— Странный какой, — заметил Сергей.

— Мож у него жена к москвичу ушла, — предположил я.

— Или весеннее обострение, — предположил он. — Нужно еще попробовать.

— Попробуем пенсионерок, они обычно в курсе.

Первая пенсионерка послала нас подальше, вторая долго жаловалась на свою пожилую подругу, пока мы не ушли. Повезло на третьей:

— В такую погоду лучше всего набережная или Загородный парк. Еще у нас есть площадь имени Куйбышева и площадь Чапаева. На ней же — драмтеатр Горького, — подумав, она добавила. — Билеты доставать замучаешься.

К остановке подъехал автобус номер три, мужик уехал, и мы вернулись ждать следующий.

— Ну че, Чапаев? — предложил Сергей.

— Годится, — согласился я. — Марин? — посмотрел на девушку.

Моментально порозовев, она отвела глаза и кивнула.

Прогулка получилась замечательной — мы посмотрели площадь с памятником и театром, посидели в скверике неподалеку с купленными в ларьке рядом пирожками, дошли пешком до площади Куйбышева и конечно все это время общались.

— Говорил, в отпуске? А где работаешь, если не секрет? — спросил я Сергея.

— Не секрет, — улыбнулся он, но не ответил. — Не о чем рассказывать, в конторе сижу, бумажки перебираю.

Ух, подозрительно! Либо и впрямь «ничего особенного» или вообще комплексы от недостойной сыночки из элитной семьи карьеры, либо — «контора» имеется ввиду та самая. Или милиция. Или армия — в нашей стране традиционно огромное количество силовиков, и почти все они не шибко любят рассказывать малознакомым людям о работе.

Решив больше не тратить