Архитектор душ XIII. Последнее дело Громова. Часть 2 - Александр Вольт

Я выдвинул свободный стул, опустился на мягкое сиденье и начал выкладывать факты, объясняя физику процесса. Описал закон сохранения энергии и тот факт, что пропуск колоссального объема магии через один организм приведет к мгновенному разрыву сосудов и полному физическому выгоранию тканей. Человек просто превратится в пепел за доли секунды.

Я внимательно следил за лицом Императора. Федор II слушал меня, сохраняя ровный зрительный контакт. Его дыхание оставалось размеренным.

— Нам нужен контур, — произнес я, опершись предплечьями о стол. — Живая цепь, способная разделить нагрузку и снизить напряжение на каждый отдельный элемент. И для этого мы обязаны привести с собой самых близких по духу существ. Тех, кто обладает магическим потенциалом.

Я сделал короткую паузу, чувствуя, как пульсирует кровь в шейной артерии.

— Чем больше таких людей встанет в круг, тем выше наши шансы выжить. Эмоциональная и ментальная связь работает как предохранитель. Она синхронизирует потоки и не дает энергии разорвать нас изнутри. И это правило касается абсолютно каждого участника ритуала.

Федор II слегка наклонил голову.

— Вы готовы втягивать себя, Ваше Величество? — прямо спросил я, глядя ему в глаза. — Готовы привлечь своих приближенных магов, свою личную охрану, своих близких для того, чтобы пойти на этот шаг? Знакомые, друзья, доверенные лица — они рискуют жизнью. Вы готовы взять на себя эту ответственность?

Какое-то время император молчал. Монарх поднял руки, оперся локтями о столешницу и сцепил пальцы в замок у лица. Указательные пальцы легли на губы. Он смотрел сквозь меня, куда-то в пространство кабинета.

Я сидел неподвижно, ожидая ответа. В ушах мерно тикал пульс. Вентиляционная решетка под потолком едва слышно гнала воздух. Я прекрасно понимал, какой тяжести выбор сейчас ложится на плечи этого человека.

Тишина затягивалась. Федор II сделал медленный, глубокий вдох.

А затем коротко хмыкнул, прикрыв глаза.

Он опустил руки на стол, расцепил пальцы и отодвинул стул. Монарх поднялся на ноги и обошел длинный стол, сокращая дистанцию, остановившись рядом со мной. Я повернул к нему голову.

— Знаешь, Виктор, когда мы только познакомились, я и представить не мог, что на наши жизни выпадет такая история, — произнес Император.

Он протянул руку и по-дружески положил ладонь мне на плечо. Пальцы крепко сжали мою мышцу. В этом жесте не осталось ничего от самодержца, правящего целой империей на планете. Рядом со мной стоял молодой мужчина, примерно одного со мной возраста, который четко понимал все риски и принимал правила этой игры.

Федор посмотрел на меня сверху вниз, и на его лице появилась искренняя улыбка.

— И пусть меня разит гром, если я о станусь в стороне, когда предстоит такое испытание.

Глава 18

После всех этих разговоров я лежал в кровати, смотрел в потолок бункера и думал.

Мысли тяжело ворочались в черепной коробке, прокручивая все, что случилось. От самого первого дня до текущего момента. Кто бы мог подумать, что после того, как я умру в своем мире и перерожусь здесь, в теле опального коронера, погрязшего в темных оккультных схемах, имеющего отвратительную репутацию у всего южного берега Крыма, я окажусь среди тех, кто будет буквально спасать мир.

Спасать мир… Звучит как дешевая аннотация к голливудскому блокбастеру или бульварному роману в мягкой обложке. Только вот со мной все это происходило на самом деле. Здесь не было возможности сохраниться перед сложным боссом. Ни повторных дублей, ни вторых жизней, ни чекпоинтов. Если мы оплошаем во время ритуала, второго шанса не будет.

И если судьба, обладающая крайне специфическим чувством юмора, решит перекинуть мою душу в ЕЩЕ ОДИН мир, то там я уже точно ничего исправить не смогу. Обратного билета сюда не существует.

Сон долго не шел. Мысли скакали, как в детской игре, наслаиваясь одна на другую и постепенно превращаясь в белый шум.

Этой ночью мне снились Алиса и Лидия.

Они лежали на узких больничных койках инфекционного изолятора. Их лица были абсолютно серыми и лишенными мимики. А затем они поднимались и начинали бесцельно бродить по замкнутой комнате, наворачивая круги, шаркая босыми ногами по линолеуму, не узнавая друг друга и не видя стен.

Следом в этот же сон вторглись остальные. Мой здешний отец, сжимающий трость, Григорий Палыч, и, к собственному удивлению, даже брат Димка. Появились Шая, Торбин с двустволкой, Даграль, опирающийся на секиру, Император в строгом кителе и многие, многие другие.

Я словно завис в воздухе под потолком и смотрел вниз, наблюдая, как вся эта огромная толпа собирается вместе и начинает медленно кружиться в гигантской черной воронке. Они шли друг за другом, без цели и смысла, как муравьи, затянутые в муравьеворот.

И там, во сне, чувствуя сухость в пересохшем горле, я четко осознал лишь одну вещь. Я просто обязан положить конец Выбросу Тьмы. Любым доступным способом. Хоть потерей магии, хоть выжиганием собственных нервных узлов, хоть любыми иными методами. Я вытащу их из этой воронки.

Проснулся я от того, что по телу пробежал легкий озноб. Искусственная вентиляция бункера работала без перебоев, поддерживая стабильные двадцать два градуса.

Я сел на кровати, потер лицо ладонями, прогоняя остатки дурного сна, и спустил ноги на пол. Организм функционировал в штатном режиме. Энергетические каналы больше не зудели от пустоты, мышцы налились привычной силой.

Проведя просто внутренний анализ, я отправился в душевую, где, приняв контрастный душ, чтобы окончательно разогнать кровь и проснуться, натянул свежую форму, выданную местными интендантами, и направился в пищеблок.

В столовой пахло жареными яйцами и растворимым кофе. Взяв поднос с едой, я окинул взглядом зал и заметил своих спутников.

Я подошел к их столику и отодвинул стул.

— Доброе утро, — произнес я, опуская поднос.

Шая сидела с кружкой черного чая, медленно отпивая по глотку. Даграль с завидным аппетитом уничтожал огромную порцию гречневой каши с тушенкой.

Эльфийка подняла взгляд. Темные круги под ее глазами стали значительно светлее, кожа вернула привычный ровный оттенок.

— Привет, — она коротко кивнула. — Как спалось?

— Бывало и лучше, но в целом пойдет, — я взял вилку. — Сами как?

Даграль прожевал мясо, сглотнул и с громким стуком опустил ложку в пустую тарелку.

— Жить можно, — пробасил дварф, утирая бороду тыльной стороной ладони. — Кости ночью не ломило, значит, спал крепко. Силы вернулись. Вы там со своими обрядами долго тянуть не планируете?