Люби смерть - Стелла Так

– Это все сформированные гомункулы, – пояснил нам Кайн. Ни один из них не реагировал на нас. Возможно, из-за того, что стекло было зеркальным, и они банально не могли нас видеть, а возможно, что им было все равно.

Некоторые ходили взад-вперед по своей маленькой камере, но большинство все-таки либо лежали в позе эмбриона, либо сидели, поджав ноги.

– Почему ты выглядишь как Зэро? – повис в воздухе вопрос Лиф, когда она остановилась у одной из камер. Гомункул прижимал колени к себе и катался туда-сюда, закрыв глаза. Лиф аккуратно прислонила ладонь к стеклу, но парень никак не отреагировал.

– Насколько мне известно, генофонд Z был скрещен с новым, который был протестирован на Фалько. Разведение прошло успешно, но, видимо, внешний вид им неподвластен. Я слышал, что они пытаются выпутаться из ситуации, но уж слишком боятся загрязнять ДНК.

– Значит, теоретически, они братья и сестры Зэро? – пролепетала Лиф.

– Ну, можно и так сказать.

– Сколько их здесь?

Кайн сделал движение рукой, словно хотел поправить оправу очков, прежде чем заметил, что их нет. Мне стало интересно, было ли его последнее тело в очках?

– Около тысячи, когда я крайний раз проводил подсчет.

– Тысяча? – переспросила Лиф с ужасом во взгляде.

– Наверное, больше. Это самые молодые из них – месяца три, не больше, учитывая, что время их полного созревания около четырех месяцев.

– Три месяца…

Я посмотрел на одну из вывесок рядом с клеткой гомункула и зачитал ее вслух:

«H10004, последний триместр – продан».

– Этого гомункула уже приобрел Демон-Лорд. Это значит…

– Что скоро мы будем иметь дело с целой армией Демонов-Лордов в чрезвычайно мощных телах гомункулов. Как только Люцифер обретет тело – нам хана, – констатировал Кайн.

Рука Лиф со скрипом скользнула со стекла.

– Нам надо вытащить их отсюда, – словно в трансе, она двинулась куда-то, но я встал на ее пути.

– Это невозможно.

– Как это? Мы не можем бросить их тут и ждать, пока в них вселятся Демоны-Лорды!

– Можем и будем, – спокойно сказал я ей.

– Да как ты можешь такое говорить? – заговорила она практически в слезах, но я перебил ее.

– Ты знаешь, что происходит с цыплятами, если их выпустить из клетки?

– Что?.. нет! Какое это имеет отношение к этому?

– Цыплята, прожившие всю жизнь в клетке, обычно не умеют ходить. Выпусти их – и они просто рухнут на пол и, скорее всего, сразу умрут. Потому что выросли в стерильной среде без каких-либо навыков выживания. Ни один не выживет на свободе.

– Но это не цыплята, а боевые гомункулы! – сердито парировала она.

– Они еще не созрели, значит, нежизнеспособны. К тому же это существа, которые вообще не знают, что такое жизнь. Мы не понимаем их когнитивных способностей, не знаем, умеют ли они говорить. Нельзя бездумно выпустить их и ждать, что они сориентируются. Даже если открыть дверь, большинство даже не попытается бежать – они не подозревают о существовании внешнего мира. Нам пришлось бы взять их с собой. И что мы будем делать с лагерем полуготовых гомункулов? Кто о них позаботится? Уверяю тебя, любой снаружи просто убьет их. Мы не сможем спасти их всех. Уна поймает нас, как только…

– Все, хватит. Я все поняла, – прервала меня Лиф.

– Когда мы выберемся отсюда, мы придумаем какой-нибудь план и попытаемся вытащить гомункулов отсюда, а пока нам надо идти, – попытался успокоить я демона, не до конца понимая, зачем я это делал. Просто хотел избавить ее лицо от столь грустного выражения.

– Мы вернемся за ними, – сказала Лиф, поворачиваясь к камере безэмоционального ребенка. Она коснулась рукой холодного стекла и прошептала: – Мы вернемся за вами.

Темпест уже нетерпеливо махала нам из конца почти бесконечного коридора, когда мы двинулись дальше. По обе стороны от нас были одинаковые лица, от пустоты во взгляде которых мне самому становилось дурно.

Еще одна дверь вывела нас в комнату с небольшим смотровым окошком. Когда я заглянул в него, то все внутри сжалось от напряжения: десятки демонов в медицинских халатах, десятки демонов в военной форме. Среди них я сразу нашел свою сестру в белом халате и на шпильках, болтающей с одним из демонов, который что-то отмечал у себя в планшете. По комнате демоны с планшетами за пазухой суетливо бегали туда-сюда. Это просто чудо, что нас еще никто не заметил.

– Куда дальше? – спросил я, натягивая маску на лицо. Лиф сделала то же самое, а Темпест указала на другой конец комнаты.

– Нам нужно добраться до лифта вон там. Кайн отвлечет внимание демонов, а мы должны быстро и незаметно зайти в него. – Ловкая призрачная рука тыкала в кнопки панели ввода. Раздался тихий писк, и дверь открылась.

– И как ты отвлечешь их внимание, Кайн? – скептически поинтересовалась Лиф у демона, который тут же широко улыбнулся.

– По старинке. Ничто так не задорит толпу, как одно незначительное убийство, – с этими словами демон протиснулся мимо меня и хрустнул костяшками пальцев. – Да начнется шоу!

Тьма щупальцами обвилась вокруг Кайна, он выбежал в центр комнаты, схватил первого попавшегося под руку демона этими же щупальцами и поднял его в воздух. Все взгляды устремились на Кайна, который безумно смеялся, сжимая демона в тиски.

– Долой лжекоролеву Уну! Да здравствует единственный настоящий принц! Да здравствует принц Лор! – с этими словами он оторвал голову своей жертве. Темная кровь брызнула во все стороны, как причудливый фонтан. Голова отлетела ровно к ногам Уны. Мгновение – и темный дым вырвался из обезглавленного тела.

Нижнее веко Уны дрогнуло. Она подняла голову на Кайна, и я увидел, как в ней закипает гнев.

Секунду в комнате была тишина.

А затем, как и обещал Кайн, разразился хаос.

23

Лиф

Гибриды. Гибриды – полудухи, полумонстры, распространенные в основном в азиатских странах, таких как Япония, Китай, Индия, Корея, Вьетнам и Таиланд.

В Японии отношения между людьми и гибридами (также называемыми йокаями) уникальны. Взаимодействие с йокаями не является исключительной обязанностью ни охотников, ни синтоистов. Экзорцистов, которые специализируются на гибридах, обучают по особой программе. Их называют синтоистскими священниками. Синтоистские священники отвечают за собственный храм, и эта должность обычно передается по наследству.

– Это и был ваш план? – рявкнула я Темпест, указывая пальцем на окруженного демонами Кайна, пока тот, смеясь как сумасшедший, хватал первого попавшегося под руку демона и разрывал пополам.

– Веди себя спокойно, – сказала тень.

Пока все мои познания в ненормативной лексике не вылились на темноволосую экзорцистку, Фалько побежал трусцой к лифту, и я последовала за ним. Повсюду подымались клубы пыли, сыпалась побелка со стен, когда часть очередного тела пролетала над нашими головами. Каким бы безумным не был этот план, он был действенным.

Внимание Уны было приковано к Кайну. Она медленно двигалась в его сторону, словно в трансе.

– Кайн! –