Властелины страха - Максим Александрович Лагно

— Смогут, но не все, а лишь те, которые им позволит Моральное Право. Их и ваше. Точное число врождённых и свободных граней ученика видно только высокоморальному учителю, но такие давно не занимаются чтением Путей учеников, а заняты интригами с другими учителями в совете сословия Сохраняющих Опыт. Опасаться нужно не их знания числа ваших граней. Сокрытие истинного имени вольнорожденного — вот ваша главная забота, ибо светлое «Чтение Путей» способно через ваш Внутренний Взор увидеть имя человека, на которое он привык откликаться. Ну а если учитель увидит имя вольнорожденного, к которому вы прикрепились, то догадается кто вы такой.

— И что он сделает? — спросила Смертельный Туман. — Вызовет стражу?

— Нет, конечно. За что? Просто учитель будет знать кто ты. Решит, что ты на Пути к тьме и недостойна истинного знания. Таких учеников учителя ограждают от вступления в сословия. Они рассказывают о них учителям всех предназначений. От вольнорожденных учеников стараются поскорее избавиться, им перестают давать задания или спрашивать во время учёбы. Даже когда они станут старшими и начнут учиться слиянию граней, то им не назначат сложного испытания, а поскорее объявят закончившим учёбу в Доме Опыта и отпустят.

Молодой Теневой Ветер спросил:

— То есть, если учителя перестанут донимать нас, значит, они узнали наше истинное предназначение?

— Вот именно.

— И что делать?

— Главное не подавай виду, что ты знаешь, что тебя раскрыли. На положение в гнезде это раскрытие не повлияет, хотя сделает посещение Дома Опыта бесполезной тратой времени.

— Почему? — спросил Неотвратимая Погибель, почёсывая родимое пятно на щеке.

— Это навсегда закроет твоё вступление в какое-либо сословие.

— А зачем нам вступать в сословия? — спросила Смертельный Туман. — Ведь у нас уже есть предназначение. Мы — вольнорожденные. Зачем нам становиться целителями, ремесленниками или, защити Луна от позора, танцорами?

Смотритель Гнездовья хитро ухмыльнулся:

— Или небесными стражниками?

— Тем более, зачем вступать в ряды этих грязеедов?

— Затем, дурочка, что вольнорожденный, проникший в ряды стражников, полезен другим вольнорожденным.

Девушка осеклась:

— Хм, а ведь так можно узнать о грядущих налётах…

— Верно.

— Или выведать, что старшие стражники знают о гнёздах…

— Именно.

— Разведать численность отрядов стражи во всех Кольцах…

— Да, да, да. И многое другое.

Смертельный Туман сказала:

— Я не прочь стать небесной стражницей.

— Если ты это сделаешь, голубушка, то я лично нанесу тебе на кожу знак важной птицы.

— Тогда — решено.

Смотритель Гнездовья утвердил:

— Приходи ко мне позже. Я и другие вожаки надоумим, как действовать в Доме Опыта, чтобы стать небесной стражницей.

ОДНАЖДЫ НОЧЬЮ ВСЕХ ПТЕНЦОВ подняли по тревоге. Вожак Теневой Ветер бросил молодому Теневому Ветру какие-то тряпки и приказал:

— Переодевайся.

Не задавая лишних вопросов, он надел старый, но чистый халат и обулся в тяжёлые сандалии из задубевшей кожи. Остальные птенцы тоже переоделись в какие-то непримечательные одежды. Крыша сарая раздвинулась, и на ристалище приземлился незнакомый старый акраб с большими пустыми окнами. Внутри воняло слугами, и валялись их обмотки. Большую часть акраба занимали длинные деревянные лавки.

— Фу, — сказала Смертельный Туман, занимая место на лавке, — нас повезут в скотовозке.

— А куда повезут? — осведомился Теневой Ветер, сев рядом с ней.

— Ну как куда? Известно же.

— А, ну, да, точно… — закивал он, чтобы не показать, что он чего-то не знал.

Старый акраб долго летел в ночной темноте, громыхая и покачиваясь.

— Силовые жилы этого небесного дома совсем истончились, — заметил Неотвратимая Погибель тоном знатока.

Скоро небесный дом остановился. Вожак открыл ворота и сбросил вниз верёвочную лестницу. Она задёргалась, показывая, что по ней кто-то весьма лихо взбирался. На пороге показалась лысая голова Косматика…

«Молодой Неистовый Ураган», — поправил Теневого Ветра Внутренний Голос.

Одет бывший Косматик в скромный серый халат с деревянными шкатулками на поясе. На ногах не сандалии, а кожаная намотка, которую носят совсем уже бедные жители ветроломов.

Ухмыляясь, Неистовый Ураган нагло втиснулся между Теневым Ветром и Смертельным Туманом, хотя кроме них на лавке никого.

— Чё, Водоносик, возвращаемся в родную клетку, а? — ткнул он локтем молодого Теневого Ветра. Одновременно с этим потрепал девушку по выглядывающей из-под халатика коленке: — Как жизнь, красотка?

Молодой Теневой Ветер хотел напомнить, что он больше не Водоносик, но бывшая Дымок опередила:

— Жизнь лучше, чем будет у тебя, если не уберёшь руку, болван.

— Ишь ты какая, — причмокнул Неистовый Ураган, но руку поспешно убрал.

Момент, чтобы напомнить о своём новом имени, упущен. Молодой Теневой Ветер сделал вид, что увлечён тем, как вожак втянул лестницу и задвинул ворота. Небесный дом закачался и полетел дальше.

Теневой Ветер думал, что их везут в Дом Опыта, хотя и не понимал, почему ночью. Слова Неистового Урагана сбили его с толку. Зачем им в родную клетку?

Скоро акраб снова остановился, вожак вывалил лестницу и сказал:

— Ветролом Вознёсшихся. Давайте вниз, ребята. И не забывайте, что вас снова зовут, как назвали родители, и как вы записаны в скрижалях священников. Так учителю и скажете.

Какому ещё учителю, — недоумевал Теневой Ветер, но уточнять не стал. Уцепившись за лестницу, первым спустился вниз. Ночь была тёмная, но по освещённым синими фонарями и проблесками огня стенам узнал сторону главного входа в Ветролом Вознёсшихся.

Когда все трое спустились, вожак втянул лестницу. Провонявший слугами небесный дом, мигая фонариками, улетел ввысь.

— Мне в ту сторону, — сказала Дымок и поспешно пошла прочь.

Теневой Ветер вспомнил, что Дымок жила где-то на верхних уровнях Ветролома.

— А нам в ту, — повелительно сказал бывший Косматик и невежливо потащил Теневого Ветра за локоть.

Это было сделано нагло и с пренебрежением. Молодой Теневой Ветер снова почувствовал себя Водоносиком. Будто не было первичного гнезда, не было уроков вожака и увлекательных рассказов Смотрителя Гнездовья. Будто всё это приснилось! На мгновение даже стало страшно. Точнее — накатило воспоминание о страхе.

ТЕНЕВОЙ ВЕТЕР ВОШЁЛ В клетку вслед за Неистовым Ураганом и замер, подумав, что ошибся воротами.

Родную клетку не узнать. Исчезли сундуки, тряпки и старые кувшины, принадлежавшие отцу. Стены и балки покрашены весёлой жёлтой краской и увешаны свёртками тканей. Пол чисто выметен и покрыт коврами. Пространство просторной когда-то клетки разделено на три комнаты дощатыми перегородками, тоже обшитыми коврами. Оставлено только пространство в середине, где вместо прежнего крошечного очага, выложенного когда-то отцом Водоносика из осколков кирпичей и черепков от кувшинов, расположился внушительный круговой очаг, накрытый раструбом вытяжной трубы — такую могли позволить только зажиточные жители.

Кроме огня в очаге, клетку освещал белый фонарь, подвешенный к потолку. Из уроков о жизни простаков Теневой