Галактические происшествия - Полина Липкина

Впрочем, я тут, кажется, должен кое-что пояснить. На всякий случай, для полной ясности.

Энергетическая защита планет-мусорохранилищ непреодолима. Так было и до захвата этих планет перегринаторами.

Все четыре слоя защиты закручены в спираль, не просто в спираль, а почти что в кольцо Мебиуса. Еще немножко – и была бы самая настоящая лента Мебиуса. И тогда – преодолеть преграду было бы принципиально невозможно. Совсем. Но тогда и пространство около системы планет-мусорохранилищ стало бы опасным. Весьма опасным. Даже опасней, пожалуй, чем сейчас. Вот и не докрутили до этой ленты Мебиуса.

Что, впрочем, и несущественно, – решили мудрые головы в Галактической канцелярии. Все равно точку перехода вычислить невозможно. Принципиально невозможно. О чем же тогда беспокоиться? Правда, координаты этой точки известны управляющему составу обслуживающего персонала мусорохранилищ, но ведь никто из них все равно не сможет выдать эти координаты кому-либо без того, чтобы имя переметчика не узнало начальство. Какой же идиот согласится променять стабильный заработок с кругленьким годовым доходом на пожизненное заключение в квадратной одиночной камере?

Но такой идиот нашелся. Точнее, идиотка.

Это было более ста лет назад, но по Головидению до сих пор крутят о ней передачи. Как-то раз (когда мне совсем нечего было делать) я досмотрел до конца целую длинную дискуссию о том, переспала ли она хоть раз с мужчиной, которому выдала тайные координаты. Но этого, как я понял, никто не знает. Зато известно другое – в тюрьму, в свою одиночную пожизненную камеру она вошла, улыбаясь во весь рот и светясь от счастья.

А как тогда отбивали мусорохранилища – знают все.

А потом, говорят, вышел негласный приказ – не допускать женщин к обслуживанию систем планет-мусорохранилищ.

Но это не помогло. Следующим переметчиком оказался мужчина. Мужчина-гомосексуалист, в камеру он тоже вошел, улыбаясь, ну и вновь длинная морока, закончившаяся взятием под контроль банков и мусорохранилищ, и длинным-длинным финансовым кризисом.

И вот теперь – опять. Выдал координаты опять мужчина. Выдал ради женщины-перегринатора, внешность которой обсуждали теперь по всем каналам Головидения, вперемешку с прогнозами грядущих охрененных катастроф с финансами.

Но какова бы ни была ее внешность, контроль над мусорохранилищами перехватить было надо, и именно для этого нас сюда и отправили.

Так, продолжаю про корпускулярно-плазменные слои защиты. Перегринаторы закрутили их в кольцо Мебиуса считай полностью (опасное пространство им было только на руку), и проход через переход (будь его координаты даже и известны) сделался почти невозможен. Но, к счастью (в смысле, наоборот, к несчастью), часть энергии они направили на то, чтобы пробить туннель к центральному банку. Благодаря этому стало возможным выявить координаты перехода.

Условно возможным, разумеется. Я не знаю, как получилось у умников из Высшей школы Клузии справиться с этим делом, но они справились. И они же придумали как, следуя этим координатам, пройти через корпускулярно-плазменные слои. Или, во всяком случае, нам так сказали.

Мы вошли в гамма-проход. Теперь должна была поработать корабельная команда. А мне, собственно, пока нечего было делать. Не считая, разумеется, того, что я собирался дать ребятам самые последние инструкции и окончательно убедиться, что они все поняли. И заодно посмотреть, как суетятся штурманы и крейсерные техники. Занимательное зрелище, на мой взгляд.

Кстати, сейчас наступало время нашего, вероятно, единственного шанса на этом задании сыграть в ящик. Если что-то пойдет не так, то мозги и экипажа, и наемников вряд ли найдут и, соответственно, вряд ли засунут на место, в череп.

Ну, я все-таки надеялся, что академики из Клузии не подкачают.

Короче, я заглянул на ют, полюбовался совсем недолго на то, как техники дружно напрыгивают на гравинатор, а старший техник время от времени дергает этот гравинатор за веревку, на то, как старший штурман поворачивает главный штурвал, а его помощники вращают штурвал второй и третий, ну и на то, как четвертый штурман и младшие техники поливают турбинный охладитель водой; посмотрел, говорю я, на все это, и отправился на шкафут.

Там я внимательно оглядел свою манипулу, еще раз рассказал им про то, что им сейчас предстоит и что они должны делать, задал несколько вопросов троим из ребят, чьи физиономии мне показались недостаточно уверенными, выслушал ответы и не нашел, к чему придраться.

Тогда я опять пошел на ют, но там уже не было ничего интересного. Что ж, некоторое небольшое время мне оставалось только ждать. Сейчас окончательно выяснится, гробанемся мы или нет. Я принялся вновь вспоминать план грядущей операции. Делать пока все равно было больше нечего. Итак – что у нас там?

Сначала – спуск на планету.

Длинный энергетически-воздушный лифт, скользящий вдоль плазменного крюка. Обычный проход перегринаторы перекрыли, но воздушный лифт перекрыть было не так-то просто, слишком уж тесно он связан с плазменным крюком мусорохранилищ.

Вот только зеленых меток на нас не было, потому что не существовал сейчас КПП – контрольно – пропускной пункт – перегринаторам удалось его уничтожить.

А раз не было меток, и раз двигаться нам предстояло по запасному проходу, то в конце пути, как ни старайся, у меня будет некоторое количество трупов.

Они, положим, ввиду свежеподписанного контракта скоро оживут, но мне от этого не легче. Если трупов будет слишком много, то с кем я тогда стану выгонять из планет-мусорохранилищ перегринаторов? С кем мне захватывать южную башню? Если трупов будет слишком много…

Гравинатор вдруг заорал дурным голосом, и засветился красным, синим и зеленым. Я вспомнил, что сейчас мы должны передвинуться через барьер. И как раз сейчас станет ясно, превратимся ли мы, вообще все мы до единого, в жмуриков, причем окончательно. Или, может, все же нет.

Вот как раз сейчас…

Гравинатор перестал орать и засветился зеленым.

Значит, все, мы не жмурики.

Отлично.

И мы уже по ту сторону барьера.

Операция начинается.

Из шлюзов все мои ребята выпрыгнули без проблем – никто даже и слегка не задел ни одной из нитей плазменного крюка, складные гравитаторы тоже все открыли без проблем, и без всяких хлопот все оказались на воздушном лифте.

Там я их по своему разумению перегруппировал.

Конечно, предсказать, как и куда свалятся гравитационные уплотнители, было невозможно, но я все-таки попробовал.

Справа я поставил тех, кто казался мне попроворнее. На всякий случай. Скорее всего, плазменный крюк все время нашего продвижения по долбаной энергетически-воздушной кишке будет оставаться неподвижным, но если нет – с правой стороны уплотнители гравитации начнут реагировать со стенками волнообразнее и живее (хотя и слабее). Есть шанс отпрыгнуть.

А слева я