Вприпрыжку по мирам - Пол Кофе

– Великий Дэн. Неужели он?! Он не растворит меня на атомы, не поразит молнией?!

Такая странная реакция обитателей срединного мира начала уже немного утомлять Дэна.

– Я ничего тебе не сделаю… – пообещал он.

– Милая, – подсказала Иоланта, чуть кусая губы и косясь на Дэна. – Нужно добавлять «милая», когда разговариваешь с Паническими Альпаками.

– Милая… – выдавил из себя Дэн.

Нужно было видеть, какое впечатление это обращение произвело на зверюшку. Альпака по-человечески вздохнула, захлопала ресницами, а потом (о ужас!) показала ряд желтых резцов.

– Неужели я милая?

– Нужно ответить «очень», – подсказала Иоланта, давясь от смеха.

– Очень, – смущенно ответил Дэн.

– Что, он совсем еще новичок? – спросила вдруг Альпака совсем другим, нагловатым тоном.

Иоланта кивнула.

– Ладно, расслабься, чел. Я себе и так нравлюсь, – сказала Альпака. – Говори, зачем пришел? И что это за черная отвратительная штука у тебя за спиной?

Альпака вдруг чаще задышала, стала покачиваться и хвататься двойным копытом за сердце. Дэн открыл было рот, но Иоланта его опередила.

– Это наш охранник. Он вообще мало что понимает.

– Вот это меня и напрягает… – сказала Альпака, то раздуваясь, то сдуваясь.

– Что с ней? – шепнул Дэн.

– Паника, естественно, – спокойно ответила Иоланта. – Или ее предвестники: головокружение, тахикардия, одышка…

– А причина?

– Причина не нужна. Послушай, Аля, ты обещала кое-что рассказать о той железнодорожной станции, где ты недавно побывала, и о девушке по имени Нора. Ты слышишь?

Альпака взбрыкнула, навострила длинные, почти кроличьи уши и еще больше вылупилась.

– Я?! Когда?!

– Прошу, милая, напряги память. Вспомни: ты гуляла себе по болоту и услышала стук колес, увидела серую ограду, оказалась по ту сторону, а там дом…

– Хватит! – взмолилась Альпака. – Хватит! Вы меня в могилу сведете! Ох, как сердце надрывается. Ну зачем, зачем сейчас об этом напоминать?!

Дэн похлопал себя по карману рубашки и вынул фотографию Норы.

– Эту девушку ты видела?

Паническая Альпака покосилась на портрет.

– Может, эту, а может, другую…

– Ее звали Нора?

– Может, Нора, а может, Мара или Дура – не помню!

Дэн хотел взять Иоланту под руку и отвести в сторону, но его рука сомкнулась на пустоте. Следовало бы помнить, что Иоланта призрак, но он уже так привык к ее обществу, что воспринимал как живую.

– Ты уверена, что наша свидетельница вменяема? – шепнул Дэн, когда они отошли.

– Она рассказывала мне много интересных деталей. Просто ей нужно успокоиться.

– Успокоиться?! Но она же Паническая! Это же ее нормальное состояние!

– Значит, мы должны ввести ее в ненормальное.

Дэн потер виски.

– Хорошо. Итак. Я слышал, что человеку, у которого паническая атака, нужно дать яблоко. Нельзя есть яблоко и испытывать панику! А еще хорошо бы крепко обнять.

– Ну так чего ты ждешь?

– В смысле – чего я жду?! Где я тебе найду яблоко в этом болоте?

Иоланта звонко расхохоталась.

– Дэн! Ты же проводник! Ты умеешь менять сны! Да любой человек умеет менять свои сны. Нужно только представить, чего ты хочешь.

Дэн раскрыл рот. Как он мог забыть об этом? Он тут же закрыл глаза и вытянул ладонь. Вообразил на ней красное, сладкое яблоко. Открыл глаза. Гладкий румяный плод лежал у него в руке.

– Вау. И я мог так раньше?

– Ну конечно! Проблема лишь в том, что вы с профессором натренировали осознанность в сновидениях. Теперь она мешает вам использовать воображение на полную.

Дэн подошел к Альпаке.

– Э-м, хм, милая?

– Да? – резко повернулась Паническая. – Что там? Что у тебя за спиной?

– Всего лишь яблоко для тебя… Милая.

– Для меня? Серьезно? – Она сощурилась. – Оно ведь не отравлено? Там нет бритвы или иглы?

Дэн вздохнул и надкусил сочный плод.

Альпака потянула воздух носом.

– А твоя слюна, она не…

Дэн сунул яблоко ей в пасть. Резцы Альпаки с хрустом вцепились в мякоть. В стороны полетел сок. Она щурилась и громко глотала плохо пережеванные куски.

– А теперь обнять… – подсказала Иоланта.

Дэн закатил глаза и обнял зверюшку за длинную лохматую шею. Странно, но она пахла сахарной ватой.

– Ты меня душишь? – спросила Альпака, напрягшись и перестав жевать.

– Я тебя обнимаю. Успокаиваю.

Через мгновение у его глаз оказались огромные, черные, блестящие, как чернослив, глаза.

– Меня?

Вздох. И Дэн услышал, как сердце Панической Альпаки замедляется.

– Дэн, мой друг, – прошептала она в упоении. – Ты слышишь, Иоланта? Теперь я готова идти за своим другом на край земли!

Звучало чересчур патетично. Но Альпака, похоже, говорила всерьез. Что не могло не пугать Дэна.

– Кажется, ты ее приручил, – шепнула, проходя мимо, Иоланта. – Это все твое яблочко. Нельзя приручать Панических Альпак – они потом не отстанут.

– А раньше ты сказать не могла?!

– Расслабься. Теперь она приведет нас к цели. Скажи ей, что ты ищешь.

Альпака как раз перестала вылизываться.

– Милая, хм, милая Альпака! – обратился к ней Дэн, чувствуя себя плохим актером в дешевом театре. – Не отведешь ли ты меня к тому месту, где видела Нору?

У зверюшки чуть дернулся глаз, и Дэн уже скривился, готовясь к новому взрыву, но на этот раз все обошлось.

– Конечно, друг! Садись мне на спину!

– А на своих двоих нельзя?

– Ни в коем случае! Если жизнь и рассудок дороги вам, сэр, держитесь подальше от торфяных болот!

Альпака опустилась на колени, давая возможность студенту забраться ей на спину.

Дэн обернулся.

– Стоп. А как же преступник?

– Прикажи тени следовать за тобой, и она перенесет его над топями, – подсказала Иоланта.

Дэн повторил тени приказ. Тело преступника невысоко поднялось над землей.

– А ты, Иоланта? – спросил Дэн.

Она вдруг погрустнела.

– Я буду ждать тебя на той стороне. У самых границ царства Ч. Ч. До встречи, Дэн.

С этими словами она просто взяла и исчезла.

Следующие несколько минут, а может, часов Дэн всерьез жалел о том, что он не привидение, которое может исчезнуть и появиться в другом месте; что он не преступник, которого переносит тень…

Альпака на то