Рыжее (не)счастье императора - Светлана Томская

— Так это Крейра не давала тебе формировать шар?

Кора словно не услышала вопроса.

— А Лера сказала, что будет заботиться об мне на протяжении всех лет в Академии, если я принесу ей вассальную клятву.

— То есть ты принесла её добровольно?

— А что мне было делать? — вскипела Кора. — Ты выглядела как неудачница, а Лера дочь первого из высших. Мне надо было выжить. Если бы ты не солгала про отца, я доверилась бы тебе и была бы верна до сих пор.

Не верю своим ушам.

— Ты два раза хотела меня убить, а теперь винишь меня? — моя спина невольно выпрямляется и каменеет.

— Какие два раза? Никто не собирался тебя убивать. Я всё для тебя делала, и ты называла меня подругой, а, когда у меня настал тяжелый момент, ты думала только о себе. Это ты меня предала, — зло бросает Кора, глядя мне прямо в лицо.

Несправедливость обвинения взрывается у меня в голове огненным шаром. Внутри меня разгорается пламя, я еле сдерживаюсь, чтобы не ударить безоружного:

— Пояс, который ты принесла, сбросил меня в водопад, — кажется, я рычу.

— Он должен был сбросить тебя на землю, — она растерялась, но всего лишь на миг. Тут же в глазах появляется недоверие и снова злость. — Ты лжёшь, я видела этот водопад, ты бы не выжила.

Серьёзно? Она это искренне? Я теряюсь, пытаясь понять, не сошла ли я с ума. Может мне всё это мерещится?

Рассказывать, как и кто меня спас, всё равно что оправдываться.

— А лазарет?

— Что лазарет? Ты вошла, и тут же ворвались магистры. Ты просто хотела избавиться от Леры.

Неожиданно я прихожу в себя. Корины слова настолько чудовищно несправедливы, что я перестаю воспринимать их всерьёз. Моя бывшая подруга просто не в себе. Чувствую, как моя вторая стихия, вода, охлаждает голову и тело.

— То есть ты не помнишь, как Лера дала команду меня убить? — уже спокойным голосом спрашиваю я.

— Не было этого. Ложь! — кричит Кора.

На шум заглядывает Керн:

— У вас всё в порядке, ваше высочество?

— Да, — говорит кто-то холодно и почти равнодушно моим голосом.

— Я могу увести заключённую?

— Уведите.

— Всё из-за тебя, — кричит Кора с искажённым лицом, когда два гвардейца подхватывают её под локти и вытаскивают из комнаты. — Если бы ты не ссорилась с Лерой, она бы не захотела тебе отомстить. Я тебя ненавижу.

Дверь закрывается.

Я напряжённо думаю. Почему-то мне очень важно понять её логику. В тот момент я действительна была занята своими переживаниями, не настояла, чтобы Кора открылась. И одновременно я не чувствовала, что вправе обращаться к императору с какими-то просьбами. Есть ли моя вина?

— Всё в порядке? — снова спрашивает… это уже не Керн. Грет?

Поднимаю на него сухие глаза:

— Как это? Я не понимаю, — чувствую, как дрожит мой голос.

— Зачем ты с ней встречалась? Я же говорил, не стоит, — он обнимает меня, и только теперь я чувствую, как замерзла и внутри, и снаружи. Грет щедро делится со мной теплом своего огня. Я судорожно вдыхаю, воздуха не хватает, ещё короткий вдох, ещё. Наверное, ему кажется, что это всхлипы, а я просто пытаюсь вдохнуть.

— Тихо, — брат гладит меня по волосам, — моя глупая доверчивая сестричка. Люди предают друг друга часто, ты просто к этому не привыкла.

Я поднимаю на него глаза, кажется, в них уже собираются слёзы, но пока держусь, только носом шмыгаю невольно.

— Она сказала, что это я её предала, — почему-то шёпотом говорю я, — что я не помогла ей в трудную минуту.

— И ты с этим согласна?

— Нет.

— И в чём твоя вина, по её мнению?

— Я не сказала, кто мой отец, и не защитила её от Крейры.

— И поэтому она пошла искать защиты у тех, кто хотел тебя убить?

— Уверяет, что не знала.

— Девочка моя, — Грет чуть отстраняется, и заглядывает мне в глаза, осторожно пальцем стирает первую покатившуюся слезинку. — Ты никогда не задумывалась, что слова предательство и преданность очень похожи?

— Ты о чём? — я морщу лоб, пытаясь понять.

— Нельзя предать постороннего человека. Предать можно только преданного тебе. Того, кто полностью тебе доверяет и передаёт себя в твои руки. Пол-ность-ю. А теперь подумай. В чём твоя ошибка? Заметь, не вина, а ошибка!

Я долго думаю, морща лоб. И Грет продолжает:

— Если ты хочешь стать сильным магом, запомни важную вещь: никогда не ищи вину ни свою, ни чужую. Ищи свою ошибку . Почему это произошло с тобой? Где ты оступилась? Нет задачи отомстить и наказать, есть цель сделать так, чтобы с тобой такого больше никогда не произошло.

— Доверять никому нельзя? Ты ведь это говорил. Предупреждал.

— Ну да, в этом случае шанса предать тебя не будет. Но насчёт «никому» — это перебор. Доверие надо завоевать, заслужить, проверить на прочность, а не дарить первому встречному.

— Мне было страшно остаться одной, когда ты увёз меня из обители, а она предложила дружбу.

— Чаще всего так и бывает. Кому нужнее, тот и проигрывает. Ты нарушила баланс. В этом и есть твоя ошибка, — говорит Грет, а потом неожиданно переходит к более земным вещам: — Ты ела сегодня? Понятно, — Грет дёргает шнурок и приказывает появившемуся слуге. — Завтрак на двоих.

— Её кормят? — перебиваю я.

— Кого, — Грет недоумённо смотрит на меня.

— Кору. Она похудела.

— Как положено тюремными правилами.

— А… можно её отпустить? Ну она ведь ничего плохого уже не сделает.

— Ты неисправима.

— Я не собираюсь ни приближать её к себе, ни даже видеться с ней ещё раз. Но пытаюсь понять. Она пыталась выжить. Ты сам знаешь, что иногда давят обстоятельства. Если тестирование не пройдено, девушку выбрасывают из академии. А дальше один путь — в обитель. Такие правила, они загоняют в ловушку.

— Правила правилами, но путь в обитель с чистой совестью лучше, чем предательство. Выбор есть всегда.

— Знаю. Я всё поняла и о вине, и об ошибке. Но поняла и её логику. Кора такая как есть. Это уже не исправить. Но, видишь ли, если её казнят, я всю жизнь буду винить себя, нет не в предательстве, а в смерти человека. Ты сам сказал, что задача не мстить. Пусть она просто уйдёт из моей жизни.

— В любом случае, это решаю не я. Если это так важно для тебя, поговори с отцом. Зла она уже, действительно, не причинит. А спасибо за науку ей можно сказать.

Верно, надо будет поговорить. В этот момент приносят завтрак,