Восточный фронтир Империи - Иван Валерьевич Оченков

но давайте вернемся к вопросу новых территорий. Разве в России мало земли? Северный Кавказ, Сибирь, то же Приморье, которое, я в этом уверен, усилиями вашего высочества скоро станет нашим, лежат впусте. Они одни могут вместить население, равное российскому.

— Могут-то могут. Вопрос в том, хорошо ли там будет поселенцам? Ты, Иосиф Антонович, человек просвещенный, и я бы даже сказал опытный. Один конфликт со Священным Синодом [1] чего стоит… да шучу я!

— Не думал, что ваше высочество так хорошо осведомлены, — поджал губы коллежский советник.

— Не обижайся. Справок о тебе я конечно не наводил, но есть люди, которым это по должности положено…. На чем мы остановились? Ах, да. Будучи человеком опытным, ты не мог не заметить, что те же берега Амура не слишком подходят для землепашества. Да, мы их разумеется тоже будем осваивать, но много ли людей смогут прокормить эти суровые земли? При том, что счет пойдет на миллионы!

— Вы так думаете?

— Знаю! А посему никакого иного пути, кроме как постараться занять территорию более пригодную для сельского хозяйства, у нас нет!

— И вы решили отнять ее у Японии.

— Ну отчего же отнять? Мы вот который день идем вдоль Хоккай… то есть, прости Господи, Эдзо. Много ты видел на его берегах японских городов или хотя бы селений? Что молчишь? Нет их! А те, что есть — айнские! К которым твои разлюбезные японцы относятся хуже, чем к собакам!

— Уж не хотите ли вы сказать, что вами движет исключительно доброе отношение к несчастным туземцам? — криво усмехнулся Гошкевич.

— Нет, конечно. Если мной и движет какое-либо «доброе отношение», то исключительно к своему собственному народу. А ко всем прочим лишь в той мере, в которой это не противоречит первому.

— Но отчего именно Эдзо?

— Прости, но не ты ли мне говорил о чрезвычайно похожести здешнего климата на российский? Для теплолюбивых японцев здесь холодновато, а вот нам многогрешным в самый раз. Опять же, пролив Цугару — важнейшая стратегическая точка, контролируя которую мы будем держать за горло все здешнюю торговлю.

— И вы думаете, вам позволят здесь укрепиться? — скептически посмотрел на меня будущий консул.

— Если честно, не уверен. Но попробовать стоит!

— Ну хорошо. Какие требования, по мнению вашего высочества, нам должно выставить перед японскими властями?

— А вот тут давай подумаем вместе. Скажем так, принадлежность Сахалина и Курил даже не обсуждаются. Это наша территория и точка. А вот Эдзо… полагаю, есть два варианта. Первый — японцы убираются отсюда к черту, и граница между нами проходит по средине Сангарского пролива. Второй, юг все-таки остается у них, а значит нам нужна демаркационная линия, границы которой обсуждаемы.

— Японцы никогда на это не согласятся.

— Тем печальнее для них.

— Константин Николаевич, — помялся Гошкевич. — Но ведь если мы начнем населять Эдзо своими крестьянами, а подданные Микадо будут против… рано или поздно случится резня!

— Да, такое возможно. И исходя из этих рассуждений мы получаем задачу максимум. Нам нужно, чтобы жителям страны Восходящего солнца, вне зависимости от того, кого они поддерживают, императора или сегуна, ближайшие десять-двадцать лет было не до того!

— Гражданская война?

— Именно.

— И кого же мы будем в ней поддерживать?

— Того, кого выгодно. Будут побеждать сторонники божественного Тенно, мы поддержим Токугава. Если наоборот, то…

— Византийское коварство!

— Вот уж не знал, что англичане потомки византийцев. К тому же нас в Европах частенько именно так и называют. Поэтому, как говорится, сам Бог велел!

— Но за что вы так суровы к бедным японцам?

— Ни «за что», любезнейший Иосиф Антонович, а «для чего». Главным образом для того, чтобы они не выросли и не сделали «бедными» нас. Паровозы надобно давить, пока они чайники. Потом поздно будет. Посему будем добиваться по максимуму: и территориальных уступок, и контрибуции. К слову, как располагаете, какую сумму можно истребовать?

— Даже не знаю. Японцы страна небогатая, но при этом закрытая. Но насколько мне удалось выяснить, общий бюджет центрального правительства — бакуфу составляет порядка 2 миллионов рё.

В ответ на мой молчаливый вопрос он охотно пояснил.

— Золотая монета достоинством 1 рё, она еще называется кобан. Имеет вес 11 граммов.

— Солидно, много дороже, чем британский соверен.

— Не совсем так, ваше высочество. Монета содержит лишь чуть больше половины золота, не больше 6 граммов, остальное серебро. А еще бакуфу регулярно ведет перечеканку старых монет, уменьшая долю золота в них…

— Зачем же они так поступают? Постой… у них дефицит?

— Все верно, ваше высочество. У сегуната расходы значительно превышают доходы, цены непрерывно растут, особенно после открытия страны для иностранных торговцев. Им постоянно не хватает денег, и они вынуждены делать займы у своих же купцов. Говорят, что у одного из богатейших княжеств — Симадзу — долги перед кредиторами из Осаки составили астрономическую сумму в 5 миллионов рё. Пятьдесят лет назад они даже вынуждены были прекратить выплаты долга, объявив себя по факту банкротами, но затем заключили сделку о рассрочке выплат на 250 лет, до 2085 года, ваше высочество… [2]

— Весело они тут живут. На широкую ногу… Что до казны сегунов. Если я правильно посчитал, то один рё это примерно рублей пять с копейками. Получается, весь бюджет бакуфу не больше 10 миллионов рублей золотом? В России только средства, выделяемые Морскому министерству, вдвое выше…

— Вы не совсем правы, ваше высочество.

— И в чем же я ошибся?

— У японцев отношение серебра к золоту один к пяти, а в России и других цивилизованных странах один к пятнадцати. И основные деньги здесь — серебряные. Так что сумма по меньшей мере вдвое выше, если пересчитать на реальные товары. Япония аграрная страна, большая часть жителей земледельцы. И все же она весьма богата и способна поставлять шелковые ткани и шелк-сырец на пятьдесят-сто миллионов франков в год, а еще чай, фарфор, медь, бобы и рис. И учтите, что сегун лишь первый среди князей. Его богатства лишь верхушка айсберга.

— Тем лучше, тем лучше… А ты натолкнул меня на весьма интересную мысль…

Наконец мы добрались до южной оконечности Эдзо, где располагался маленький городок по прозванию Мацумаэ, принадлежавший, как это и следовало из названия, одноименному клану. Собственно говоря, назвать это селение