Вольный наследник. Том 6 - Артём Кей

Прохожий на другой стороне улицы покосился на меня и прибавил шагу. И правильно. Нечего подслушивать чужие расследования.

Получалось, что связь между Пепельным Фениксом и Белгородовым появилась не сама по себе. Её организовал Прокофьев. Это уже факт.

Именно через него люди ордена вышли на Белгородова. Более того, судя по тому, что происходило перед этим в архиве, вся история с Трейденом начала готовиться гораздо раньше, чем Белгородов собрал войска.

Сначала кто-то изучает древние документы.

Потом появляется Белгородов.

Потом Трейден оказывается под его контролем.

Очень уж аккуратная последовательность.

Самое интересное заключалось в другом.

Чем больше я об этом думал, тем меньше верил, что Белгородов вообще понимал, во что его втянули.

Нет, дураком он не был. Захватить соседнюю страну, поставить там своих людей и получить под контроль новые земли — вполне понятная цель. Тут не требовалось быть великим стратегом, чтобы увидеть выгоду.

Ему могли помочь людьми, деньгами, магами, информацией. Подтолкнуть в нужную сторону. Объяснить, что Трейден сейчас слаб, что момент удобный, что серьёзного сопротивления не будет.

А дальше Белгородов сам с удовольствием сделал всё остальное.

Причём наверняка считал, что это именно он всех переиграл.

Удобная схема.

Дать человеку то, чего он и так хочет, а потом заставить его выполнить твою работу, не объясняя, зачем она тебе на самом деле понадобилась.

Белгородов получает страну и власть.

Пепельный Феникс получает доступ к Трейдену.

Прокофьев сидит в столице, никуда не лезет, не светится и продолжает изображать уважаемого советника монарха и заботливого воспитателя будущего наследника.

Красота.

Особенно если смотреть со стороны Прокофьева.

Я свернул на следующую улицу. Здесь было совсем пусто, только возле перекрёстка горел одинокий фонарь, вокруг которого носилась какая-то ночная мошкара.

В одном я практически не сомневался: Белгородова разыграли втёмную.

Вопрос был лишь в том, насколько глубоко.

Знал ли он вообще про Пепельный Феникс? Понимал ли, что этим людям нужен именно Трейден? Или ему просто подсунули нужных магов, помогли с подготовкой войны и позволили считать происходящее собственным гениальным планом?

Теперь это уже не имело большого значения.

Белгородов свою роль сыграл.

Меня интересовал человек, который стоял за ним. Прокофьев.

Он каким-то образом был связан с орденом ещё до начала всей этой истории, помог им добраться до нужных сведений.

Но зачем?

Вот здесь красивенькая картинка начинала разваливаться.

Прокофьев не был бедным бароном, которому показали мешок золота и предложили немного предать родину. У него имелись деньги, земли, титул, место возле монарха и влияние, о котором большинство местных аристократов могли только мечтать.

Таких людей обычно покупают не золотом.

Им предлагают что-то гораздо интереснее.

Власть. Возможности. Должность. Услугу, которую невозможно получить другим способом.

Или обещание чего-то в будущем.

Что именно Пепельный Феникс пообещал Прокофьеву, я пока даже представить не мог.

Но почему-то сильно сомневался, что вся цена ограничивалась Белгородовым и Трейденом.

Особенно теперь, когда Прокофьев сидел возле Дмитрия и старательно помогал ему добраться до престола.

От этой мысли стало совсем неуютно.

А потом в памяти всплыл ещё один эпизод.

С Пепельным Фениксом как раз в Трейдене мы и столкнулись.

И столкновение то закончилось довольно интересной находкой.

Кинжал!

Вот же зараза.

Я даже остановился посреди улицы, настолько хорошо всё начало сходиться.

Тогда, после разборки с отрядом Пепельного Феникса, среди их вещей нашёлся странный клинок. На обычное оружие он походил разве что формой. Зазубренное лезвие, непонятные знаки, сложная магическая структура — в общем, штука явно не из тех, которыми режут колбасу за завтраком.

Я тогда ещё не понимал, что именно попало мне в руки.

Зато понимала Амалия.

Стоило ей увидеть кинжал, как она побледнела и заявила, что теперь мы все покойники. Очень, надо сказать, ободряющее начало разговора.

Но потом выяснилось, почему она так впечатлилась.

Кинжал был ключом.

Не в переносном смысле и не красивой легендой про «ключ к могуществу», которыми любят разбрасываться всякие древние пророчества. Настоящим магическим ключом, созданным древними мастерами для открытия вполне конкретного хранилища.

Империя Астерия, где находилась родина Пепельного Феникса, стояла на руинах древней магической академии. Настолько древней, что даже самые старые местные государства по сравнению с ней можно было записывать в подростки.

И где-то в этих руинах находилось запечатанное хранилище.

За прошедшие тысячелетия его так и не смогли открыть.

Что там лежало, никто толком не знал. Зато слухов хватало на несколько хороших войн. Древние магические знания, забытые заклинания, артефакты, сокровища — каждый добавлял в эту историю то, чего ему самому хотелось больше всего.

А тот самый кинжал, судя по всему, должен был открыть дверь.

И Пепельный Феникс очень хотел его получить.

Тогда я воспринимал всё это как отдельную историю. Есть древнее хранилище. Есть потерянный ключ. Есть орден магов, который этот ключ разыскивает. Ничего особенно удивительного. Если бы мне рассказали про склад древних артефактов, который можно открыть одной железякой, мой внутренний хомяк тоже немедленно потребовал бы найти эту железяку, а желательно ещё и прихватить склад вместе со стенами.

— Вот теперь совсем интересно, — пробормотал я.

Политика, войны, Белгородов и прочее веселье вполне могли быть для них всего лишь инструментами.

Им были нужны древности.

Точнее, похоже, им был нужен оставшийся от древних кинжал-ключ, способный открыть хранилище древней академии. И на этом всё закончилось?

Вот этого я не знал.

И гадать особого смысла не было. Можно придумать сотню красивых вариантов и успешно промахнуться во всех ста.

Если Прокофьев помогал этим ребятам не первый год, то вопрос был уже не в том, что понадобилось Пепельному Фениксу в Трейдене.

Вопрос был в другом.

Что они дали Прокофьеву взамен?

Вот этот вопрос мне нравился всё меньше и меньше.

Деньги можно было сразу отбросить. Ну то есть совсем отказываться от старого доброго золота я бы не стал — я и сам человек небедный и прекрасно знаю, что лишних денег не бывает. Мой внутренний хомяк сейчас вообще возмущённо закивал.

Но Прокофьев — не мелкий дворянин, которому можно показать сундук золотых и отправить предавать всё, что движется.

Что можно предложить человеку, у которого всё это уже есть?

Ответ напрашивался довольно простой.

То, чего у него пока нет.

Власть?

Вполне возможно.

Только непосредственно на трон Прокофьеву при всём желании не забраться. Не та фамилия, не та кровь, да и нынешний монарх наверняка очень удивится, если любимый советник внезапно сообщит, что решил немного подвинуть хозяина.

Зато рядом находился Дмитрий.

Мальчишка, которого Прокофьев воспитывал с детства.