Мертвые смотрят вверх - Марина Сергеевна Комарова

Джувон снова улыбнулся, хоть и почувствовал, как по спине пробежал холодок:

– А вы хорошо его знаете?

– Встречались несколько раз, – уклончиво ответил Геджин. – Давно. Еще… до твоего рождения. Поэтому скажу только одно: держись от него на расстоянии. Отдавай свой долг и сваливай, не задерживаясь. Не слушай его сладкие речи. И ни в коем случае не соглашайся ни на что сверх договора.

– Хорошо, – твердо ответил Джувон. – Я буду осторожен.

– Вот и умница. А теперь иди спать. Завтра тебе понадобятся все силы. Нам Кегван выматывает даже простым разговором.

Они попрощались. Джувон медленно положил телефон на подоконник и долго смотрел в окно, не видя ничего перед глазами. На улице уже стемнело. Огни города мерцали в темноте тысячами маленьких звездочек.

Завтра ровно в три часа дня Джувон придет к Нам Кегвану, потому что дал слово.

Но это не значит, что он пойдет покорно, как послушная овечка на заклание. Он пойдет вооруженный. Знанием, что получил от Геджина. Опытом последних недель битв с призраками. И, главное, пониманием границ.

Три расклада. Только три. Ни словом больше. Ни действием больше. Он сделает то, что обещал, и все. Договор будет исполнен. Долг – закрыт.

Джувон повторял это про себя снова и снова, как защитную мантру, пытаясь убедить себя, что все действительно будет именно так. Что все окажется в порядке. И он обязательно справится.

Но глубоко внутри, там, где жил его дар медиума, там, где он чувствовал духов, мертвых, энергетические потоки и не только… Что-то тревожно и настойчиво шевелилось. Предчувствие. Темное, холодное и липкое, как болотная тина.

Что-то пойдет не так. Приближается что-то большое и незнакомое. И завтра, когда он переступит порог студии Нам Кегвана, он узнает, что именно.

Джувон встал, прошелся по комнате и подошел к полке, где лежала его колода Таро в потрепанной коробке. Достал, развернул шелковый платок и разложил на столе. Поправил завернувшиеся уголки.

Может, стоит сделать расклад для себя? Посмотреть, что ждет завтра?

Рука потянулась к картам. Замерла.

Нет. Не надо. Иногда лучше не знать. Иногда знание того, что грядет, только парализует. Лишает способности действовать спонтанно, слушая интуицию.

Он аккуратно собрал карты обратно, завернул в платок и убрал в коробку.

Завтра он узнает все. Что бы Нам Кегван ни задумал, Джувон встретит это лицом к лицу. С открытыми глазами и с поддержкой Геджина за спиной.

Три расклада. И этот долг будет закрыт навсегда.

Он поздно лег спать и долго ворочался, не в силах уснуть. А когда наконец провалился в беспокойный сон, ему снились карты. Башня, падающая в бездну. Дьявол, усмехающийся из темноты. И Повешенный, висящий вниз головой и смотрящий прямо в глаза.

Смотрящий вверх, из своего перевернутого мира.

Глава 8

На следующий день Джувон проснулся с тяжелой головой. На душе скребли кошки.

Сон с картами Таро оставил странное послевкусие, будто он действительно делал расклад, но не мог вспомнить результат. Осталось только ощущение тревоги, густое и липкое.

Он посмотрел на часы. Девять утра. До встречи с Кегваном было еще шесть часов. Слишком много времени, чтобы сидеть дома и накручивать себя. Нужно было чем-то занять голову.

И Джувон понял…

Отец. Он давно не навещал отца.

Ким Чжину было всего шестьдесят два, но деменция съела его разум за последние три года с пугающей скоростью. Сначала он забывал мелочи: где ключи и что ел на завтрак. Потом начал путать даты и имена знакомых. А потом… перестал узнавать сына.

Джувон до сих пор помнил тот день два года назад, когда приехал навестить отца в клинике, а тот посмотрел на него пустыми глазами и спросил: «Простите, молодой человек, а вы кто?»

С тех пор Джувон ездил реже. Не потому что не любил. А потому что каждый визит был как удар ножом в грудь. Смотреть, как человек, который учил тебя ездить на велосипеде, водил в парк, читал сказки на ночь и звал «маленьким дракончиком» медленно растворяется в тумане забвения.

Но сегодня ему нужно было туда. Нужно было напомнить себе, что есть вещи страшнее Нам Кегвана. Болезни, которые не победить ритуалами и картами Таро.

***

Клиника «Ясный берег» находилась на окраине города в тихом районе с парком и прудом.

Джувон приехал к одиннадцати, прошел регистрацию и поднялся на третий этаж. Коридор пах антисептиком, больничной едой и чем-то еще – застоявшимся временем, наверное. Здесь все двигалось медленно. Пациенты в халатах бродили по коридору, некоторые разговаривали с невидимыми собеседниками. Одна бабушка сидела у окна и методично складывала и раскладывала платок.

Отец был в палате триста семь вместе с тремя другими пациентами. Джувон остановился в дверях, собираясь с духом.

Ким Чжину сидел у окна в кресле. Худой… совсем худой. Волосы поседели полностью. Лицо осунулось. Он смотрел в окно на парк за стеклом, но взгляд был пустым, отсутствующим.

– Папа, – тихо позвал Джувон, медленно подходя ближе и стараясь не напугать. – Привет. Это я. Джувон. Твой сын.

Отец медленно, словно сквозь воду, повернул голову. Посмотрел на него долгим изучающим, даже оценивающим взглядом. Джувон видел, как что-то слабо промелькнуло в этих когда-то таких живых глазах – попытка вспомнить, узнать, найти хоть какую-то связь с этим молодым человеком, стоящим перед ним.

Секунда. Две. Три.

Но потом этот слабый всполох узнавания погас, как пламя задутой свечи.

– Здравствуйте, – вежливо и приветливо сказал отец с легкой улыбкой. Сегодня ему было явно лучше. – Вы пришли ко мне? Извините, я не очень хорошо помню… мы с вами знакомы?

Нож в груди повернулся. Медленно. Болезненно.

– Да, папа, – с усилием сказал он и присел на корточки рядом с креслом, стараясь удержать на лице хоть подобие улыбки, чтобы не расстроить отца. – Мы знакомы. Очень хорошо знакомы. Я – твой сын. Джувон. Ким Джувон. Помнишь меня?

Отец нахмурился, на лбу появились морщины. Явно пытался что-то вспомнить, напрячь ускользающую память:

– Сын… – медленно повторил он это слово, будто пробуя на вкус. – У меня есть сын? Правда? – Он посмотрел в окно на парк с цветущими деревьями, потом снова перевел взгляд на Джувона, изучая его лицо. – Извините, пожалуйста, я плохо помню последнее время. Голова… она совсем плохо работает. Доктор говорит, что это временно, что это пройдет со временем, но я… я не уверен, если честно.

Джувон с трудом сглотнул огромный ком в горле. Доктор никогда