Вы пришли умереть - Байтал Джи

— Чтобы стать мастером, нужно пройти отбор, на котором проверят твою родословную аж до дремучих 00-х, а тогда почти каждая семья запятнала свою репутацию, потому… Деньги, конечно, огромные, но и пожить так-то хочется, потому идут туда либо совсем отчаявшиеся, либо продолжают семейную традицию.

Раз в 10 лет по всей стране проходят смотры. Их задача — найти самого бескорыстного, при этом амбициозного и одарённого человека, который нашел применение дару в служении обществу. Не обязательно лечить людей или помогать бедным, главное, чтобы это применение соответствовало каким-то неизвестным стандартам, о которых известно только самим организаторам.

— А зачем нам это? — нараспев спросил Элди.

— На кону космических масштабов количество денег, плюс социальный статус, плюс отсутствие налогов на бизнес, ведь с такими деньгами только дурак не откроет свое дело. Что происходит на смотре неизвестно. Ходят разные слухи, но у каждого участника своя версия происходящего. Одно можно сказать точно: у каждого своё испытание, — наконец закончила я и выдохнула.

— Даю час. Нам нужно встретиться и обсудить стратегию. Я применил свои волшебные волшебства и добыл кое-какую информацию, но только лично и, между нами. Жду тебя в баре Путь самурая. И Диа, ни минутой позже, а то получишь порцию самобичевания, ну или внушу тебе, что ты жирная. Вперед и с песней.

Не дождавшись ответа, Эльди бросил трубку. Вот бы просто взять и уйти в лес. Ну, тот, что на картинках в интернете и бесплатно. Хотя, если выиграю, мне хватит денег на путешествие по лесу. Может, даже на лес и море… И даже на поплавать, а не просто посмотреть. Точно хватит, там же такая сумма… Вот выиграть бы и купить в лесу домик. Прям как были модно лет двести-триста назад. И ведь почти каждый мог себе позволить, а сейчас выбор невелик — комнатушка в сотнеэтажке или, если ты из мастеров, то квартира.

Наспех собрались и в путь. Лучше не заставлять Элди ждать. Хоть это и мой лучший друг, его дар может стать большой занозой в жо… Элди достался дар ослеплять и влюблять в себя. Использует он его исключительно по назначению: получает всё, что хочет, не переходя за черту. Дар позволил ему ни разу за двадцать восемь лет не работать. Да и зачем, если всё получаешь за то, что ты есть на свете. Можно подумать, что мой друг — тот ещё шалопай, и это будет правдой, но кроме такого креативного способа бездельничать он мягко и аккуратно меняет мир.

Благодаря нечеловеческой харизме несколько больниц получили новейшее оборудование, детский дом значительно опустел, так как многие, нерешительные наконец смогли обрести смелость. Таких чудес Элди сделал немало, потому правительство ещё ни разу не обратило внимание на его небольшие шалости, или он и их очаровал. Он же не признается.

Улица сегодня была на удивление приветлива. На остановке надземного трамвая было всего человек пятьдесят, а значит, поездка будет с комфортом. Перенаселение земли подарило очень внушительных размеров транспорт, а затем наступил очередной вирусный вирус и население существенно сократилось, а транспорт остался комических размеров.

Возле окна сесть не удалось, зато досталось место недалеко от выхода, значит можно не вставать за одну остановку до. Уже победа. Двери захлопнулись и трамвай медленно поднялся над землёй. Движение началось. Стоэтажные мрачные дома, как часовые на посту горделиво скрывали свои вершины в мягких пушистых облаках.

Десятки, сотни машин стояли в привычной пробке, в которой им предстоит простоять три-четыре часа. Почему люди до сих пор предпочитают автомобили городскому транспорту — большая загадка, словно желание торчать в пробках и опаздывать вшито на генетическом уровне.

Солнечные лучи поблескивали на куполе, панцире, защищавшего реку, которая тянулась через весь город. Состояние водных ресурсов Земли давно на волоске от катастрофы, потому по всему миру установили систему Черепаха — плотную систему пластин, которые закрывают воду от человеческого влияния, при этом пропуская ультрафиолет и воздух, не мешая естественной экосистеме.

Одно радует — всё ещё можно любоваться водой, хоть и через уродливые металлические плиты.

Путь самурая — небольшой старенький бар, который по странным стечениям обстоятельств до сих пор остаётся на плаву. Законы нового времени, или, как их ещё называют, пять статей, за которые тебя с большой вероятностью оштрафуют, безжалостные к частным предпринимателям. Иногда кажется, что они существуют исключительно для того, чтобы подмять всех под одну глобальную машину прогресса — государственный центр регулирования бизнеса Шанти ЛаВей.

Сперва казалось, что госцентр — лучшее решение для маленьких бизнесов: франшиза регулируется государством, налоги платить не нужно, прибыль 80 на 20, где 20 идут исключительно на благоустройство города. Одно единственное «но» заставляет людей всё ещё сопротивляться — по сути, бизнес принадлежит государству. После смерти обладателя франшизы, его детище переходит в государственное владение, а значит с наследием можно делать всё, что заблагорассудится.

Зачастую Шанти ЛаВей превращает бывшие булочные и сувенирные лавки в пункты политического обозревания для молодёжи. Либо в очередные школы обучения мастеров даров. С одной стороны, ничего плохого в этом нет, но небольшой островок людей, зарабатывающих своим ремеслом, считают это варварством и вырождением самой души общества.

Владелец бара — один из борцов за душу, и название его детища говорит само за себя. Андер Трук стоял в дверях своего бара, с трепетом оттирая откосы и стену от самовыражения местной молодёжи. Смесь причудливых иероглифов, политических слоганов и модных символов красовалось на ветхой поверхности.

Обычно Андер был приветливый, любил поговорить о том, как мораль и нравственность остались позади, пару веков назад, а человечество с любовью и нежностью закопало их, подожгло и пепел развеяли по ветру. Сегодня же к нему страшно было походить. Я ненадолго задумалась, а стоит ли заходить. Может попытаться вытащить Элди из бара или, если он ещё не пришёл, перехватить на пороге.

— Эй, долго собираешься на меня глазеть, или рискнёшь прослыть вежливым человеком и поздороваешься?

— Прости, Андер, я задумалась о своём. Привет! Что, делаешь? — мне вдруг подумалось, что для сорокалетнего мужчины он выглядел вполне себе моложаво: высокий, статный, с острыми скулами и копной каштановых волос, собранных в небрежный хвост, а небольшой округлый животик смягчал его суровый вид. — Ты только проснулась? Глаза протри. В очередной раз ликвидирую последствия мелкого хулиганства. Сил нет уже. Слушай, может, мне выкрасить бар в белый и хай пишут в своё удовольствие? Во у Шантей мозг взорвётся.

Андер заливисто рассмеялся, а мне вдруг стало так тоскливо. Последний оплот сопротивления, которому суждено остаток жизни провести в борьбе.