Вы пришли умереть - Байтал Джи

— Непохоже на Отца, ага, знаю, но это был он, и он это сказал, Кай, — перебила она и продолжила, не дав парню довести мысль до конца. — После мы с тобой сильно рассорились. Ну, не прям сразу, но со временем. Ты себя так дико повёл, что и вспоминать не хочу, но я испугалась и сложила эти две крайности в то, что мне нужно тебя оставить, что я лишь извожу тебя, извожу Отца своим существованием, — глаза богини заблестели, она отвернулась, чтобы продышаться.

— С тобой всё…

— Я знала, что ты сделаешь мне новую планету, чтобы я не грустила и так у меня появился план побега, — снова перебив продолжила Дана, лицо немного покраснело, а в глазах застыли слёзы, — По счастливому стечению обстоятельств, это оказалась одухотворённая планета, так что я вела всё это время записи и эксперименты, — она прикоснулась к лицу Каэля и в его голове всплыли все знания, собранные Даной за тысячелетия жизни в симбиозе с людьми.

Парень застыл. Количество новой информации вызвало небывалую ранее эйфорию, но она закончилась слишком быстро, сменившись на одну единственную мысль «О каком эксперименте говорил Отец».

— Это уже неважно, Дан, мы можем вернуться домой. Ты и я.

— Я не вернусь туда. Отец против меня, против нас с тобой. Какой смысл вечности под куполом презрения. Я же буду чувствовать этот холодный взгляд на затылке буквально вечность, Кай.

— Тогда останемся здесь. Прямо здесь. Мы поселимся где-то на краю этого чудного мира. Обрастём плотью, заведём жуков сколько захочешь. Будем дружить с землянами и помогать им не уничтожить себя окончательно и безвозвратно. Отец поймёт. А если и нет, то и пусть, ко всем гексонам его.

Он мягко притянул возлюбленную и заключил в крепкие объятия. Голова аккуратно лежала на остром хрупком плече, правая рука обвилась вокруг талии, а левая нежно сжимала запястье девушки. Каэль наклонился чуть ближе к уху и прошептал:

— Пац парац парац … — ребячество, тайный шифр что был у них вместо банального “люблю тебя”. Набор букв для собратьев по пантеону, а для двух влюблённых — их кусочек рая, что можно было, условно, положить в карман и доставать в любой момент, уместный он для остальных или нет. Их переносной уют, убежище, в котором они принадлежат лишь друг другу, живут друг для друга и их единственная цель — любовь.

“Пац пац”, — закончила фразу Дана и уткнулась в грудь Каэля. Слеза за слезой катились по щекам, горячие и солёные, полные боли разлуки, мыслей, что она самолично отрезала от себя кусок сердца и была готова жить вечность коря себя за то, что его отпустила. Но всё позади: все ошибки будут забыты, слёзы высохнут и на их месте, на их будущих человеческих оболочках появятся эти игривые заломы от смеха и улыбок.

— Прости меня. Я знаю, это невозможно, но…

— Я никогда не смогу злиться на тебя дольше пяти минут.

— Я люблю тебя, как до луны и обратно.

— Это довольно скромно, немного, я бы даже сказал, — улыбаясь сказал Каэль, смотря в каштановые глаза Даны, как вдруг он услышал его — тонкий, едва уловимый аромат серы и звук, напоминающий треск ветки. Он схватил девушку за плечи, но не успел ни слова произнести, как белая вспышка поглотила планету. Каэль непроизвольно моргнул и почувствовал, как пальцы потеряли барьер и сомкнулись. Белое полотно. Безвремение. Вокруг не было ни космоса, ни Земли, ни пространства, ни времени. Холодок пробежал по затылку, и он ощутил, как крепкая рука из ниоткуда потащила его в никуда.

* * *

— Кай, брат, открой глаза! — Зен нервно тряс Каэля за плечи, пытаясь привести в чувства.

— Зен… Где… Где Дана?

— Брат, ты лежи, пару минут перевести дух не помешает. Хоть мы и боги, но даже на нас стирание действует малоприятно. Оказаться на границе времён… Не представляю, каково тебе сейчас. Но я же… Я же не знал, что вы там!

— Дана где?

— Если бы я знал, что ты за ней попёрся… Я просто помочь хотел, брат, честно. Я увидел твои заметки, что Х.ЗЕ.М.ЛЯ одухотворённые, передал Отцу, и он так тебя хвалил, как он тебя хвалил, Кай! Он и подсказал, что я могу тебе помочь с центрифугированием, чтобы ты как можно быстрее занялся созданием наших золотых планетян, и…

— ДАНА ГДЕ? — закричал Каэль, от ярости его идеальное лицо вдруг исказилось, на лбу появилась трещина, чего не бывало с богами ранее.

— Так, ты только не переживай, но у тебя лицо треснуло, брат…

— Сейчас у тебя что-то другое треснет, если ты не ответишь на мой элементарный вопрос.

— Дана… растворилась, — растерянно отчеканил Зен.

— Что? — недоумевая, переспросил Каэль. — Это как?

— Не уверен, что я должен тебе это рассказывать, но ты же знал, что Дана — планетянка?

— Это бред, ты несёшь чушь, Зен! Ты мне зубы заговариваешь, как земельцы говорят! Какая планетянка выжила бы тут?

— Не любая, конечно, но Дана и не простая планетянка, она — первая планетянка, любимица Отца — планетянка с душой. Он создал первую планету так давно, что половины из нас ещё не существовало. И Дана была единственной, в ком по случайности зародилась душа. Он забрал её к себе, наделил силами богов, а жизнь растянул до линии горизонта. Технически она всегда была смертной, просто старела ну очень медленно, считай и не старела вовсе.

— Ты тупой, и голова твоя тупая, понял? — колени предательски подгибались, но Каэлю удалось удержать равновесие. Руки, как тряпочки, безвольно свисали по бокам в миг ссохшегося сгорбившегося телаю — Даже если так, если ты прав… Как Отец мог допустить уничтожение своего любимого, — парень осёкся. В голове запульсировали воспоминания. «Эксперимента. Она — эксперимент, и, видимо, надоевший настолько, что её просто стёрли», — пронеслось в голове.

— Ты что бы себе сейчас ни надумывал, дели информацию на два. Отец бывает строгим и жестоким, но не к ней, брат. Это особый случай.

— Почему ты это знаешь, а я — нет?

— Так сколько мне годков, брат? Сосчитаешь? Ты вдвое моложе. Ты же и не помнишь, как вы познакомились, — Зен подошёл вплотную и положил указательные пальцы к вискам Каэля. Свет погас, и он погрузился в тёмную вязкую пелену — ВВ, как называли