Фантастика 2026-171 - Игорь Валерьевич Минаков

советского командования и партийного руководства, а также — союзных стран, лидеры европейских коммунистических партий. Необходимо, чтобы этот комитет стал реальной силой, чтобы в любой европейской стране мы имели своих людей, готовых действовать в наших интересах.

Сталин подошел к столу, сел напротив. Неторопливо вскрыл коробку «Герцеговины Флор», набил табаком из папирос свою знаменитую трубку, со вкусом раскурил ее, выпустил клуб дыма. Спросил:

— Ну как, товарищ Жуков, справитесь с новым заданием партии?

— Справлюсь, товарищ Сталин, — ответил я.

— И еще, — добавил он. — Это не должно выглядеть как наша инициатива. Пусть европейцы думают, что это их собственная идея. Вы будете их поддерживать, но не руководить. Они должны быть впереди. Мы — за ними.

— Вас понял, товарищ Сталин.

— Жду ваших предложений.

— Представлю их в кратчайшие сроки.

В нашей беседе наступила пауза. Я чувствовал, что разговор не окончен и ждал, что еще скажет Верховный главнокомандующий.

— Кстати, как там себя чувствует полковник Сталин? — спросил он.

— Занимается укреплением противовоздушной обороны объекта в Пенемюнде, — сказал я. — Также я поручил Василию Иосифовичу проработать вопрос о объединении командования ВВС наших союзников, товарищ Сталин.

— Это правильно, товарищ Жуков, — одобрил вождь. — Полковнику Сталину необходимо расти, как офицеру и будущему политическому деятелю… До свидания, Георгий Константинович.

— До свидания, товарищ Сталин!

В коридоре я задержался у окна. Москва, в отличие от Берлина, все еще оставалась заснеженной, но я чувствовал приближение весны, которую когда-нибудь назовут «Русской весною», если мы победим в борьбе за умы и сердца сотен миллионов людей.

Предстояло создать «Комитет освобождения Европы», само название которого будет вызывать на Западе вой, плач и скрежет зубовный. И нужно все было сделать так, чтобы он действительно стал инструментом создания нового мира.

Шаг за шагом, человек за человеком, год за годом будет придется работать. Пока вся Европа не станет нашим союзником. Или, по крайней мере, пока не перестанет быть нашим врагом. А для этого необходимо продемонстрировать всю мощь СССР и не только военную.

Мюнхен. Конспиративная квартира штази. 21 февраля 1942 года.

Обер-лейтенант подошел к окну, глядя на сумрачные улицы Мюнхена. Дождь все еще моросил, размывая очертания фонарей. Спустя двенадцать часов, они снова с напарником вернулись к обсуждению задания, данного «доктором Вольфом».

— Если их цель — Василий Сталин, то это меняет все, — сказал Штольц. — Все-таки он сын вождя. Если они попытаются подобраться к нему, это будет удар по престижу всей советской администрации.

— Именно поэтому мы должны действовать осторожно, — ответил Вебер. — Грибник уже в курсе, что британцы проявляют интерес к Василию. И начальник ООО знает, что через тебя они пытаются выйти на Сталина-младшего. Мы должны использовать это, чтобы выяснить их планы.

— Значит, ты думаешь, что Вольф и его люди не знают, что мы их уже раскусили?

— Скорее всего, нет. Они считают, что ты — надежный курьер, который выполняет задания. Если мы будем аккуратны, то сможем получить от них информацию о том, кто стоит за этой операцией и каковы их реальные цели.

— Если я продолжу играть их игру, я смогу передавать им дезинформацию, — сказал обер-лейтенант, — но я должен знать, что мне говорить.

— У нас есть предварительный план, — сказал Вебер. — Его суть заключается в том, что ты будешь сообщать Вольфу, что Василий Сталин редко покидает штаб, что его охрана усилена. Мы дадим им правдивую информацию, но такую, которая не навредит советскому руководству.

— А если они потребуют от меня большего?

— Тогда мы будем решать по обстановке, но ты должен быть готов ко всему. Если они попросят тебя о чем-то, что может угрожать жизни Василия, ты откажешься, под предлогом, что опасаешься за собственную жизнь.

Штольц кивнул.

— Я понимаю, — сказал он. — Я продолжу работать с ними, но буду держать тебя в курсе.

Напарник подошел к нему, положил руку на плечо.

— Ты делаешь важное дело, Ганс, — сказал он. — Если мы сможем раскрыть их сеть, это станет большой победой. Не только для штази, но и для всей Германии.

Обер-лейтенант усмехнулся.

— Я не герой, — сказал он. — Я просто делаю свою работу.

Вебер убрал руку.

— Тогда продолжай делать ее… Кстати, тебя вызывают в управление.

Подмосковье, НИИ-88. 22 февраля 1942 года.

Задачи, которые поставил вождь, требовали не только немедленных действий, но и нетривиальных решений. И я знал, с чего начать. С того, что могло показать всему миру мощь СССР без единого выстрела.

Переночевав дома, к радости жены и дочек, утром я вызвал на Грановского машину и сказал шоферу, чтобы он отвез меня в Подмосковье, в НИИ-88, где создавались новые реактивные двигатели и проектировались ракеты будущего.

Я хотел поговорить с Сергеем Павловичем Королевым с глазу на глаз, потому что такой разговор нельзя было доверить даже спецсвязи. Дороги были свободны и через сорок минут я был на месте.

Здание института выглядело скромно, но внутри кипела жизнь. В цехах и лабораториях работали люди, которые создавали будущее. Встретивший меня комендант, проводил меня в кабинет Королева. Тот сидел за столом, заваленным чертежами, и не сразу заметил меня.

— Сергей Павлович, — сказал я, — здравствуйте.

Он поднял голову, удивленно посмотрел на меня.

— Товарищ маршал? Не ожидал вас увидеть.

— Я решил навестить вас лично, — сказал я, садясь напротив. — Есть разговор.

Королев отложил чертежи и приготовился слушать.

— Я хочу поговорить о космосе, — сказал я без предисловий.

Главный конструктор удивленно поднял бровь.

— О космосе?

— Да. Вы наладили выпуск ракеты «Р-1М» у нас в Германии. Это прекрасно. Благодаря им и изделию Курчатова, мы можем теперь умерить аппетиты любого агрессора. Однако сейчас требуется нечто большее. Нечто, что покажет всему миру, что мы — величайшая держава современности.

— Что именно вы имеете в виду, товарищ маршал? — осторожно спросил Королев.

— Я имею в виду, что мы должны запустить искусственный спутник Земли, — сказал я. — Рукотворный объект, который облетит Землю и подаст сигнал, который можно будет принять обыкновенным любительским радиоприемником… Для начала…

Главный конструктор молчал несколько секунд, потом повторил задумчиво:

— Для начала… «Стать ногой на почву астероидов, поднять камень с Луны, устроить движущиеся станции в эфирном пространстве, образовать живые кольца вокруг Земли, Луны,