Бледные Лица - Влад Апостол

— У нас техническая эвакуация, — сказал он.

Никто не понял.

— Что? — спросил Жуан.

— Здание закрывают. Нужно разойтись по домам.

— Пожарная тревога?

— Нет.

— Тогда почему техническая?

Алекс вспомнил просьбу Алмейды не разводить панику. За стеклянными перегородками другие руководители уже собирали сотрудников. Кто-то смеялся, кто-то снимал куртку со спинки кресла. Пока происходящее походило на неожиданно подаренный выходной.

— Проблема с системой безопасности, — сказал Алекс. — Берите ноутбуки и зарядные устройства. Завтра работаем из дома.

— Завтра суббота, — заметила Тереза.

— В понедельник.

— А вещи оставлять можно?

— Лучше забрать всё необходимое.

Жуан посмотрел на телефон.

— Это из-за России?

Разговоры прекратились.

— Почему из-за России? — спросил другой сотрудник.

Жуан развернул экран. На нём шло видео без звука: бронетехника на городской улице, люди между машинами, серый дым.

— Мне брат прислал. Говорит, в интернете пишут о вирусе.

Тереза подошла ближе.

— Это старое. Наверное, Сирия.

— Там вывески русские.

Все посмотрели на Алекса. Он вдруг понял, что ложь Алмейды продержалась меньше пяти минут.

— Я не знаю, что там происходит, — сказал он. — Но здание действительно закрывают. Поэтому спокойно собирайтесь и идите домой.

— А вы?

— Я тоже.

Люди начали отключать ноутбуки. Тереза позвонила мужу. Жуан отправил видео ещё кому-то. Один из инженеров достал из нижнего ящика две банки тунца и пакет сухого печенья, хранившиеся там со времени прошлогоднего ночного запуска. Остальные засмеялись. Он пожал плечами и положил еду в рюкзак.

Через несколько минут смеяться перестали.

Из других отделов доносились обрывки разговоров. Кто-то уже произнёс слово «карантин». Женщина из бухгалтерии плакала у лифта, потому что её ребёнок был на школьной экскурсии за городом. Руководитель отдела кадров уверял людей, что закрытие продлится не больше суток, хотя сам торопливо загружал в сумку папки.

Алекс собрал компьютер, блокнот и зарядное устройство. На столе осталась керамическая кружка с надписью на португальском. Её подарили в первый день командировки. Он посмотрел на неё, подумал и оставил.

У лифтов образовалась очередь.

— По лестнице быстрее, — сказал Карлуш Кошта.

Начальник охраны стоял у дверей и считал выходивших. В руках у него был планшет со списком сотрудников.

— Моя машина на нижнем уровне, — сказал Алекс.

— Парковку пока не закрыли. Но выезжайте сразу. Через двадцать минут блокируем ворота.

— У меня нет машины. Я приехал на такси.

Карлуш быстро посмотрел на него.

— Тогда тем более идите. Скоро такси не поймаете.

— Вы верите тому, что нам показали?

— Я верю, когда генеральный директор приказывает закрыть здание среди рабочего дня.

— А роликам?

Карлуш отметил очередную фамилию.

— Ролики ничего не стоят. Приказы стоят дорого.

Поток людей понёс Алекса к лестнице.

На первом этаже охранники открыли обе створки входной двери. Сотрудники выходили небольшими группами и сразу останавливались на тротуаре, чтобы проверить телефоны. Из-за этого снаружи образовалась пробка. Карлуш спустился и начал отправлять всех дальше.

— Не стойте у здания. Идите домой.

У служебного въезда уже опускалась металлическая решётка. Двое охранников заносили внутрь переносные заграждения. На окнах первого этажа медленно сходились защитные ставни.

Люди на улице снимали происходящее.

Алекс заказал такси. Приложение показало ожидание семь минут, затем двенадцать, потом снова семь. Значок машины несколько раз повернулся на соседнем перекрёстке и исчез.

Он попробовал другую службу. Цена поездки до гостиницы выросла в три раза.

Алекс подтвердил заказ.

* * *

По дороге ничего не происходило.

Это раздражало сильнее, чем если бы город уже охватила паника.

Светофоры переключались. Туристы фотографировали жёлтый трамвай. Перед рестораном мужчина мелом писал на доске меню дня. На смотровой площадке стояли экскурсионные автобусы.

Только телефоны были у всех в руках.

Водитель такси слушал радио. Диктор говорил быстро, и Алекс понимал отдельные слова: Китай, Россия, ограничения, неподтверждённые сведения. Потом началась реклама мебельного магазина.

— В аэропорт потом поедете? — спросил водитель по-английски.

— Да.

— Плохая идея.

— Почему?

— Там забастовка.

— Какая забастовка?

— Не знаю. Все едут туда, никто не улетает. Значит, забастовка.

Он сказал это с уверенностью человека, нашедшего простое объяснение.

Возле аптеки стояла очередь человек в тридцать. Водитель указал на неё:

— Видите? Китайцы всё скупают.

В очереди не было ни одного человека азиатской внешности.

— Почему китайцы?

— В новостях Китай.

Алекс не стал спорить.

Гостиница продолжала работать. В холле пахло кофе и полиролью. За стойкой регистрации администратор разговаривала сразу по двум телефонам. Несколько постояльцев требовали вернуть деньги за отменённые экскурсии.

— Вы выезжаете раньше? — спросила администратор, когда подошла очередь Алекса.

— Да.

— К сожалению, неиспользованные ночи не возвращаются без официального объявления чрезвычайной ситуации.

— Мне всё равно.

Она впервые подняла на него глаза.

— Простите?

— Просто оформите выезд.

В номере Алекс разложил вещи на кровати.

До сегодняшнего дня их было немного: два костюма, рубашки, сменное бельё, обувь, папка с рабочими бумагами, электрическая бритва и маленький пакет подарков детям. Он собирался уместить всё в ручную кладь.

Теперь пришлось выбирать заново.

Костюмы остались в шкафу. Рабочие бумаги — на столе. Бритву Алекс бросил в чемодан, затем вынул. Положил две рубашки, свитер, носки, бельё, аптечку, дождевик и удобные ботинки. Подарки детям заняли слишком много места. Он распечатал коробки и оставил упаковку.

Ноутбук положил сверху. Паспорт проверил ещё раз.

Анна не отвечала.

На экране появлялись уведомления от коллег, новостных приложений и корпоративной почты. Компания официально сообщала о временном закрытии лиссабонского офиса из-за технических причин. Через минуту пришло второе письмо с темой «Уточнение»: сотрудникам предлагалось оставаться дома и следить за рекомендациями местных властей.

Алекс открыл сайт авиакомпании.

Прямых рейсов в Осло не было. Система предлагала Франкфурт, Амстердам, Париж и Копенгаген. Возле каждого варианта стояла зелёная цена. При попытке оплаты страница возвращала его к выбору даты.

Он позвонил в корпоративное агентство. Автомат сообщил, что время ожидания превышает сорок минут.

Пока играла музыка, Алекс оделся, застегнул сумку и спустился вниз. Музыка продолжалась в лифте, холле и на улице. Через двадцать семь минут связь оборвалась.

Такси до аэропорта стоило уже в восемь раз дороже обычного.

Свободных машин не было.

Алекс пошёл к метро.

* * *

В вагоне люди сидели плотно, но не разговаривали. Каждый смотрел в свой экран. Над дверями мигала схема линии.