Я бегу по снегу босиком дальше - Нани Кроноцкая

Посмотрел вопросительно. Она вдруг встрепенулась, вглядываясь через плечо в глубину Сумерек.

— Она мертва? Я почувствовал оружие. Та же дорога, что уготована была и мне. Откуда ты забрала меня, маленькая.

— Они возвращаются, идем, нам нужно будет не дать им упасть. Я чувствую: истощены и слабы. Двое. Да, Лад. Да.

Быстрый выход из Сумерек бьет наотмашь взрывом звуков и света. Расплющивает и дезориентирует, как падение с большой высоты. Едва удержавшись, поймал Марго, услышал болезненный вздох, даже всхлип.

— Держи их! Не давай отключиться!

Давненько дракон не ловил выпадающих обессилевших, полумертвых иных на границе реальности.

Люся держала Илью, кажется, даже зубами. Тащила, не отпускала, борясь за крупицы сознания, как за жизнь. Ругала его, целовала, не отпускала. Боролась и побеждала.

Марго была специалистом в вопросах жизни и смерти, настоящим врачом. Быстрые манипуляции с лечебными заклинаниями — и Илья уже приходит в себя. Обессилевшая Люся упала на землю, как будто подкошенная. Придерживавший ее Ладон присел на корточки рядом.

— Павлик?

Сейчас была жизненно-важна каждая даже секунда.

— Я не смогла удержать его. Ладонис, это ловушка! Тот, кто сделал это, знал, что мы будем пытаться!

— Где мой сын? — Перед ними возник внезапно пришедший в себя Канин-старший.

Решителен, сосредоточен и зол.

— У самой Грани. Он пытается вернуть свою мать. И ты не остановишь его. Теперь Павлик все знает, — голос Корвуса прозвучал очень тихо, как будто устало.

Канин вздрогнул всем телом как от толчка. Похоже, Всевышний испытывал на прочность Великого. Хотя… какое дело Создателю до иных? Еще немного, и самый могущественный из светлых ведов отчетливо потемнеет.

— Она мертва. Абсолютно. Да, это ловушка, — Марго стояла у тела Нины Каниной, держа руку мертвые пальцы в ладони. — Любой некромант, позвавший такого ушедшего, очень рискует. Илью затянуло потоком смерти за ней. Как? Что у нас с вами здесь происходит?

— Лучше скажи нам, как так быстро ты здесь оказалась, косатка?

Канин двинулся вдруг в ее сторону, яростно сжав кулаки. Путь ему молниеносно преградил сам дракон.

— Паша. Остынь, ее вызвал спасатель. Больше никто не смог бы так быстро понять… стадию смерти. Я видел все сам.

Получив в ответ злой и скептический взгляд, Ладон еще больше прикрыл собой Маргариту. Обезумевший от горя ведун мучительно искал виновного в произошедшем. Павлик там, один, и насколько хватит сил мальчика? Чем закончится эта дуэль проводника с измерением? За прошедшие дни Канин чудовищно изменился. Перед друзьями стоял сломленный легендарный бессмертный. Не азеркин — его тень.

Марго мягко выскользнула из-за спины защищающего ее дракона.

— Послушайте, Павел. Вам нужно забрать ее и похоронить. Вы же помните: тело, что не предано земле…

Он помнил отлично: бездушная плоть питает нечисть и потусторонние сущности. Они уже скоро слетятся на свой страшный пир, и допустить этого он не мог. Павел сейчас просто верить отказывался в то, что все это ужасное с ними все же случилось. Невозможно! Проснутся бы, вынырнуть из морока. Но нет, реальность неумолимо кричала ему: Нина мертва, окончательно и бесповоротно, и он должен выполнить свой человеческий долг. Снова эти долги, он опять словно в костлявых лапах у смерти-ростовщика. И нет права на слабость.

— Паш, я перенесу вас своим порталом, будет не так быстро и просто, как у… но точно быстрее, чем все остальное. Приготовься. Мне нужно кое-что сделать еще.

Дракон произнес это тоном, не терпящим возражений, взял мягко за руку задумчиво смотрящую на них Маргариту и потянул ее в сторону от ведуна.

Отведя метров на десять, оглянулся, покачав головой. Порывисто вдохнул запах волос ее, привлекая к себе, обнимая.

— Он не напугал тебя? Прости.

— Аффект. Типичная реакция на подобное. Я часто сталкиваюсь с таким, я же военный врач, хирург и травматолог. Меня только редко собой прикрывают.

Улыбнулась, светло и тепло. Словно солнышко вышло.

— Мне нужно идти. Напишу тебе. Кстати, ты серп рассмотрела?

Нахмурилась, молча кивнув. Он подхватил ее пальцы в ладони, очень нежно целуя.

— Лад, береги себя. Я боюсь за тебя. Не могу сформулировать внятно, просто — боюсь.

Поцелуй быстрый в лоб, взгляд красноречивый, и дракон, развернувшись, ушел.

Яркая вспышка портала (в исполнении древних драконов он всегда был таким) — и вот уже Канин, сгорбленный под бременем навалившихся бед, покачиваясь и спотыкаясь на каждом шагу, медленно в нем скрывается, неся на руках свою страшную ношу.

Ладон оглянулся в секунде от входа, словно хотел впрок насмотреться, и тоже исчез.

Сидевшие на земле Люся с Ковусом сделали было попытку следовать за драконом, но были остановлены его взглядом. Мысленный диалог штука полезная.

Илья вдруг растерянно оглянулся, прошептал одними губами: «Мы уходим, меня вызывают», и опираясь на Люсю шагнул в открывшееся вплотную с ним окно быстрого портала. Девушку он туда просто втянул.

У камня на площадке остались лишь двое: очень внимательно осматривающая все Маргарита и растерявшийся Линкс.

— Маргарита… Викторовна. И как мы с вами отсюда выберемся? Я не проводник и в Сумерках… Так себе, если честно. Недолго и неглубоко. Как в темном лесу. А порталами провести нас здесь некому. Ну… то есть, меня.

— Яги ущербные. Валь, вызывай сюда Клавдия, или ребят. У меня с ними нет прямого канала. Нужно собрать пепел останков экспедиции, и кровь, и вот это… Ладон им оставил. Я не умею следов не оставлять на вещ доках, не трогай.

На камне остался лежать тот самый серп, зловеще поблескивая кривым лезвием. Потемневший, как будто от времени, он отливал разводами запекшейся крови. Дракон оставил его, вынужденно уходя, под присмотр Маргариты.

Линкс быстро отправил краткое сообщение, молча губы поджав в ответ на вопросительный взгляд Маргариты. Кто знает, что там слышат ненужные уши.

Спасибо продвинутым демонам, иносвязь не знала границ (пока не было шторма в Сумерках.) И уже спустя несколько долгих минут из Сумерек на площадку шагнул сам сьерр Клавдий. Он был, как обычно: немного небрит, потерян и какой-то взъерошенный Как будто бы, его только что из постели подняли и не разбудили. И даже сказать не сказали, куда волокут.

Обвел глазами пейзаж, повел крупным носом, щелчком пальцев наколдовал себе личную кружку с дымящимся кофе, поймав задумчивый взгляд Линкса, ему дал такую же, достав ее просто из Сумерек.

— Это все, что у меня получается вкусно из всей бытовой шелудени. Никогда не освою я все эти фокусы, так что ватрушек не ждите. Итак, что мы имеем и где рептилоид? Мне без него неуютно.

— Аве,